Чтение онлайн

Вот я буду идиот, если там окажется лишь то, что может оказаться между ног у богинь.

Я подтянул ноги, сел на корточки, стараясь не подползать близко к краю, подобрался под выпяченный таз богини. Пригляделся. Богиня была изображена во всех анатомических подробностях…

Тьфу! Это просто кусок камня. На женщину это похоже только формой. Я протянул руку, и ладонь вошла в прорезь, ровно между ног богини. Есть!

Я отполз обратно к стене и взглянул на добычу. Из влагалища богини удалось извлечь две коробочки. Небольшие, обтянутые голубым бархатом, совершенно одинаковые. Почему две? Я поковырял ногтем защелку одной из коробок. Поддалась она хотя и не сразу, но довольно легко.

Внутри коробочки лежал клочок бумаги. Старый, пожелтевший от времени, второпях вырванный из тетради.

Я нащупал в кармане зажигалку, щелкнул, прикрывая пламя ладонью.

«Аллочка!..»

Почерк был сбивчивый. Огонек зажигалки скакал на ветру. Текст записки я разбирал с трудом.

«Аллочка! За мной, похоже, пришли. Если ты сейчас читаешь эту записку, значит, ты получила мое письмо с мантрой и обо всем догадалась. Умница! Прошу тебя — увези Шань-бао из этой проклятой богами страны. Владимир Борисович обещал мне, что поможет вам с Сережкой перебраться в Румынию. Позвони ему, телефон А-14-20. Если мне не удастся выйти, то знай — я всегда любил только тебя. Да хранит тебя Бог. Твой Витя».

Я убрал зажигалку в карман. Ветер гудел в разбитых окнах.

Ровно семьдесят лет назад востоковед Виктор Кострюков заканчивал рабочий день. Убирал экспонаты в коробки, или чем он там еще занимался?

Они зашли в кабинет вон через ту дверь внизу. Двое или даже трое. Вежливых, гладко выбритых, похожих на майора Борисова. Кострюков все понял, попросил у них десять минут на сборы и принялся лихорадочно соображать, куда бы ему засунуть алмаз?

Кто такая Аллочка — я уже, наверное, никогда не узнаю. Жена? Сестра? Симпатичная аспирантка? Он был неплохим парнем, этот Кострюков. Понимал, что все — кранты, но думал об этой своей Аллочке.

И засунул свой сияющий бриллиант между ног сладострастной тибетской кобылке… А десятилетия спустя вынул его оттуда я.

Я выкинул вниз до фильтра докуренную сигарету и посмотрел на вторую коробочку. В жизни не держал в руках ничего драгоценнее обручального кольца. Я ногтем подцепил край коробочки и приоткрыл.

…Захлопнув футляр, я зажмурился. Это было как удар по глазам. Молния — и на мгновение мир превращается в негатив. Камень даже внешне напоминал череп: изгибы поверхности складывались в очертания мертвой человеческой головы.

И он совсем не сиял, этот камень. Он был словно черная дыра, выпивающая свет из окружающего мира. Он действительно потряс меня.

Я спустился вниз автоматически. В глазах рябило, и я не обратил внимания на то, что, когда я входил, молитвенный зал был темен, а теперь в нем горел свет.

Разумеется, я не думал, что просто приду, заберу камень и поеду домой отсыпаться. Но когда неприятности все-таки начались, я еще не был к ним готов.

— Стогов, Стогов… тебя предупреждали, а ты — тупой.

Приобняв блондинку Жасмин, посреди молитвенного зала стоял плечистый и бритоголовый бандит Дима.

Я огляделся. Раз, два, три… Всего шестеро. И неизвестно, сколько еще на улице.

Поиграть в Тайсона? Если выставить башку рогами вперед и ломануть к дверям, то двоих-троих я бы, пожалуй, даже сбил с ног. Но уйти мне бы не удалось. Все равно бы не удалось.

Блондинка выглядела ленивой и равнодушной. А Дима, как и в прошлый раз, танцевал на грани истерики.

Он снял руку с девушкиной талии и прошелся по ковру. В правой, опущенной руке парень держал большой пистолет. К встрече он подготовился основательно.

— Прикольно здесь, в монастыре. Никогда раньше не был. А ты?

Я промолчал.

— Золоченый мужик — это кто, Будда? Чего молчишь?

Я промолчал еще раз. Немного по-другому.

— Дурак ты все-таки, Стогов. В газете работаешь, книжки Будды наверняка читал. А все равно дурак… Кого ты собирался обмануть? Меня? Знаешь, чего ты добился? Ни хрена ты не добился.

Он остановился и порассматривал мою разорванную куртку. Он был на голову выше меня, поэтому рассматривал сверху вниз.

— Давай сюда камень. Проигрывать нужно уметь.

Я все еще молчал. Интересно, если я попытаюсь допрыгнуть до него, он действительно станет стрелять?

— Ну?

Разумеется, шансов не было. Разумеется, я это понимал. И все равно попробовал. С первого раза до его подбородка я не дотянулся. А попробовать второй раз мне не дали.

Я лежал, вжатый лицом в ковер. Один из Диминых убийц навалился мне на руки. Ноги держали целых двое. Сам Дима, тяжело дыша, шарил по карманам моей куртки.

Он нащупал коробочки, встал, отряхнул колени, отошел подальше.

— Почему две? Ира, почему коробочки две?

— Не знаю.

— Ира, здесь два бриллианта, да?

Убийцы несколько раз ударили меня ногой, за подмышки подтянули к колонне, прислонили к ней спиной. Когда я отдышался и поднял глаза, Дима пытался прочесть записку из первой коробочки.

Потом он сунул коробочку в карман и ногтем поддел крышку второй.

— Ох, ни хрена себе!..

Алмаз они рассматривали долго.

— Ира, это он, да? Он?

Блондинка медленно подошла поближе и заглянула в коробочку.

— Он.

— Тот, что мы искали, да?

— Это тот самый камень. Алмаз Шань-бао. Камень Желтого Императора.

— Краси-ивый.

Они тяжело дышали, вполголоса матюгались от восторга и перебирали толстыми ногами.

— А почему у него форма такая… Странная… Как будто череп…

— Трупным ядом разъело.

— Да?

— Этот камень шестьсот лет пролежал во рту у покойника.

— Иди ты!

— Это длинная история. Но зато интересная. Рассказать?