Шрифт:
Annotation
Смутные времена настали на Руси. На царском троне – Борис Годунов. Свирепствует голод, а богатые купцы прячут хлеб, чтобы продать его за границей. Обоз с зерном, покинув Москву, направляется в шведские земли.
Иванко, служилый человек из Разбойного приказа, решает остановить купцов и наказать по заслугам нарушителей государевой воли. Однако дело принимает неожиданный оборот, и герой оказывается втянут в весьма запутанную историю. Судьба сводит его с лихим кулачным бойцом Прошкой, бойким отроком Митрием да красавицей Василисой. А встретиться им предстоит и с лихими разбойниками, и со шведскими шпионами, и с подозрительными кладоискателями…
Андрей Посняков
Разбойный приказ
Пролог.
Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.
Глава 4.
Глава 5.
Глава 6.
Глава 7.
Глава 8.
Глава 9.
Глава 10.
Глава 11.
Глава 12.
Глава 13.
Глава 14.
Глава 15.
Глава 16.
Глава 17.
Глава 18.
Глава 19.
Глава 20.
Эпилог.
Грамота самозванца. Книга 2
Пролог
Март 1604 г. Краков
Глава 1
Май 1604 г. Париж
Глава 2
14 мая 1604 г., Париж
Глава 3
Май 1604 г. Париж
Глава 4
Май 1604 г. Париж
Глава 5
Май-июнь 1604 г. Нормандия
Глава 6
Июнь 1604 г. Нормандия
Глава 7
Июнь 1604 г. Кан
Глава 8
Июнь 1604 г. Кан
Глава 9
Июнь-июль 1604 г. Кан
Глава 10
Июль 1604 г. Кан
Глава 11
Июль 1604. Нижняя Нормандия
Глава 12
Июль 1604 г. Мон-Сен-Мишель
Глава 13
Июль 1604 г. Мон-Сен-Мишель
Глава 14
Июль-август 1604 г. Мон-Сен-Мишель
Глава 15
Август 1604 г. Мон-Сен-Мишель
Глава 16
Август 1604 г. Мон-Сен-Мишель
Глава 17
Август 1604 г. Мон-Сен-Мишель
Глава 18
Август 1604 г. Западное побережье Нормандии
Глава 19
Август 1604 г. Окрестности Шербура
Глава 20
Август-сентябрь 1604 г. Шербур - Онфлер
Эпилог
Октябрь 1604 г. Финский залив - Тихвинский посад
Московский упырь. Книга 3
Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Эпилог
Андрей Посняков
Отряд
Разбойный приказ
Книга 1
Пролог.
A la guerre comme a la guerre
Дон Антонио сказал нам, что было бы большим затруднением брать сундуки с подарками на этот старый фламандский корабль, который он не считает достаточно надежным… Из рассказов Дона Хуана Персидского «Путешествие персидского посольства через Россию от Астрахани до Архангельска в 1599-1600 гг.»
Август 1591 г. Река Тихвинка
Темные воды реки неслышно расступались под носом приземистого плоскодонного судна - байдака. Едва-едва шевелились весла, с затянутого тяжелыми тучами черного ночного неба моросил дождь. Казалось, в такую погоду никак нельзя было плыть, не рискуя нарваться на мель или камни, - и все же плыли.
– Ну и ночка, прости Господи, - набожно перекрестился сидевший на носу монашек в длинной, подпоясанной веревкою рясе. Склонившись к самой воде, он-то как раз и высматривал возможные камни, прощупывал путь длинной, вытянутой вперед слегою.
– Ниче, Евстрат, брате, Бог даст, выплывем, - откликнулся один из гребцов - дюжий бородач, одетый в такую же рясу, что и Евстрат. Остальные четверо человек, плывшие на сем небольшом судне, тоже принадлежали к монашескому братству.
Впереди в ночной тьме вдруг показались оранжевые искорки костров. Рыбаки? Или воинские «немецкие» люди?
– А там не наши, часом, а?
– оглянулся чернец Евстрат.
– Может, пристали к бережку да нас ждут?
– К бережку? Ночью?
– глухо откликнулись с кормы.
– Да что они, с ума сошли, что ли? Скорее, это как раз свеи! С Сермаксы, со Свири реки пришли, встали лагерем… Видать, прознали что-то.
– Прознали? Да ты что, брат Касьян?
– возмутился бородач.
– Кто б им сказал-то? А от наших мы зря отстали. Кто говорил - переждать, переждать, пусть, мол, проскачут всадники? Вот и переждали. Где теперь наши? Что о нас думают?
– Да ждут, - успокоил Евстрат.
– Завтра поутру их и нагоним.
– Хорошо б, коли так, - бородач размашисто перекрестился.
Темно было кругом, и сама река, и ее холмистые берега, казалось, дышали опасностью. Везде, за каждым кустом, мог притаиться шведский воинский человек или какой-нибудь шпион-соглядатай. Их отряд уже добрался до Сермаксы на Свири-реке, разрушил Сиверскую рыбную заводь - тоню, - принадлежащую Тихвинскому Богородичному монастырю; вот монастырские старцы, устрашенные рассказами тонного монаха Касьяна, решили, не дожидаясь осады, отправить подальше, в Новгород, всю монастырскую казну - богатство немалое. На нескольких судах отправили, под охраной, да все те корабли вперед ушли, покуда чуть подотставший последний байдак от невесть откуда взявшихся всадников за излучиною таился. Пока выжидали - завечерело, и караван уже уплыл далеко вперед. Так и было договорено - по ночам никого из отставших не ждать, мало ли? Лучше уж часть казны сохранить, чем потерять всю.
А тонник Касьян, как нарочно, много чего об алчности свейской рассказывал, будто и до него про то не знали. С ним, Касьяном-то, послушник был, Серафим, человек немолодой уже, белесый, круглолицый, немой. Видать, на старости лет решил в чернецы податься. Что ж, бывает и так. И часто. Как вот только он молитвы Господу возносить будет, немой-то? Отец Касьян пояснял, что - по-своему, в мыслях. Господь ведь не дурак, разберет. И правда.
А дождь припустил с новой силой. И не видно стало ни зги!