Чтение онлайн

Вокруг сплошные буры, которые если и да, то подавай им не просто деньги, а уважение впополаме с паем! А если каждому дай, вместо на от каждого, то што это за бизнес?! Кооператив какой-то, а не честная коммерция в нужную пользу.

Негры тоже – вроде как и люди, но не для буров, и вообще… Такой клубок змеиный промеж них, што пока если и да, то сугубо слугами, а не полноценными работниками.

Уитлендеры эти тоже… скорее нет, и такое себе нет, шо замахаешься просеивать на да! Не так штобы буры и великие справедливцы, но по совести, подозрения их в эту сторону вполне понятны и даже оправданны.

Такой себе народ эти приезжие, што хотят не натурализацию и гражданство через несколько лет, соблюдая законы, а хапнуть здесь и сейчас, а после смыться. А если и натурализоваться, то подстраиваться не самим, а подстроить удобно под себя.

– Оно бы и понятно, – задумчиво сказал Фима, доставая покурить, – но как бы и буров – тоже! Удобно, когда вокруг свои да наши! Хм…

Бляйшман задумался, заворочавшись на тахте. Не выдержав давления мыслей, встал к окну на провентилировать мозг. Отчаянно пыхтя сигарой, он думал, думал… и по всему выходило, што привычная опора – зась!

Единоверцы здеся под подозрением, а если и нет, то у тех такое себе да со связями, шо он им и на хрен не нужен! Если только не через партнёрство, а такое уже ему – ну никак! Решительно.

– Русские, – он пыхнул сигарой, прокручивая все за и против, – гхм… Это пусть и совсем не наши, но…

Он задумался, и в голове будто заскрипели пружинки арифмометра. Дело налажено – в принципе, а не совсем! Но налажено. На роли управляющих, направляющих и руководящих – есть, а вот мелко-среднее начальство и работники, но ответственные, а не как здеся…

– Ага, – сказал он, – затянувшись окурком и раскашлявшись. Посмотрев удивлённо на сигару, открыл сетку и свистнул ближайшему кафру. Тот подхватил окурок на лету, благодарно закланявшись и заулыбавшись, но Фима уже не видел этого, погружённый в мысли.

– Русские, так? Оно канешно, не наши, но лучше, чем совсем не наши, – бормотал он, расхаживая по кабинету, – И те русские, которые подняли жопы и переплыли океан, это уже не те русские, а другие. С этими уже можно работать, да и других всё равно нет!

– Ицхак! – Секретарь, молодой сефард, экипированный записной книжкой, пейсами и неровной юношеской бородкой, материализовался у стола шефа, всем своим видом показывая внимание и рвение, – Мине нужно поговорить с русскими, так ты узнай – што, где, почём!

– Все, или нужны какие-то конкретные русские? – осведомился Ицхак, согнувшись над блокнотом грифом-падальщиком.

– Важные! – Фима поднял палец, – И это таки не только начальство и торговцы, но и вообще. Ты мине понял?

Собрав на смуглом лбу скорбную морщинку, секретарь кивнул осторожно, и постояв недолго, решил таки уточнить. Бляйшман сперва охотно, а потом уже раздражённо говорил ему за русские реалии, которые сефарда из Северной Африки ну ни разу не близки!

– Всё! – рявкнул он, – Хватит пока! Только учти, нам с ними работать, и если ты хочешь да – занимайся русским! Нехристь! Ну то есть… а-а! Иди отсюдова, совсем ты мине голову просквозил!

– Шо за люди, – бормотнул Фима, качая головой на закрывшуюся дверь, – ни за Одессу толком ни знают, ни за мадам Циперович, ни за што! Такой бизнес с культурным пластом, и мимо себе! Дикие люди…

Снятый Ицхаком ресторан, который больше по названию, чем по ценам и антуражу, чем да, Фиме решительно не очень, потому как – эконом, и сильно. Такое себе помещение барачного типа, только што окна ни разу не маленькие, потому как – климат! Сделав мысленную пометку ещё раз объяснить секретарю, што экономить копейки там, где можно выиграть рубели на уважении, глупо, мужчина вошёл в помещение.

– Здравствуйте, – непринуждённо поприветствовал он рассевшихся за столикам мужчин.

– И тебе шалом, добрый молодец, – чутка насмешливо ответил востроглазый молодец. Который хоть и Рязань мордально, вплоть до косоворотки, но такой себе пират с Тортуги, шо прямо ой! Оторопь до дрожи.

По залу пронеслись смешки и улыбки, отчего Фиме стало легко, как раньше – по молодости.

– Не буду тратить своё и ваше время понапрасну, а потому – пива всем за мой счёт!

Общество гуднуло одобрительно, но размякать не спешило. Не спешил и Фима, в несколько приёмов выпивший первую кружку, и цедивший теперь вторую.

– А теперь к делу, – продолжил он неторопливо, – потому как собралися здеся люди уважаемые, у которых время – деньги. Штоб не жалко было времени – сразу скажу, шо сперва будет всем пива, а потом – поесть за мой счёт, это таки понятно?

– В любом случае, – подчеркнул он, несколько удивлённо понимая, шо народ покивал благодушно, но в общем-то – равнодушно.

«– Зажрались мал-мала» – констатировал он.

– Хочу немножечко о себе, – продолжил он, азартно напрягшись, – если кто вдруг не знает.

– Знаем, – негромко сказал немолодой мужчина среднего роста, и все присутствующие утихли. Серые его глаза с прищуром глянули будто в саму душу, – ты нам лучше про забастовку в Одессе скажи – как было?

Фима открыл было рот, штобы порекомендовать себя лучшим образом, но разом понял, што здесь вам не там! Честно надо.

– Хреново, – ответил он усмешливо, – не я её затеял…

Фима с облегчением увидел едва заметное одобрение в глазах мужчины…

– … но пришлось брать на себя ответственность за Молдаванку. Не столько даже за справедливость, сколько за людей, которых с детства знал.

– Не справедливец, значица? – снова сощурился всё тот же немолодой мужчина, и Фима почувствовал себя, как перед раввином на бар-мицве, што перед гоем таки странно, но почему-то – правильно.

– Я честный коммерсант, – суховато усмехнулся Бляйшман, пытаясь не опустить глаза.

– Да не надо так давить! – возмутился он, – Я таки не сказал за закон, я говорю за совесть! Контрабанда в обе стороны, если это нормальные товары, но просто в обход удорожающей таможни, так это вам где?!

Лёгкий кивок, и будто плита чугуна с плеч. Короткие переглядки, и мужчины будто только сейчас решали – дать ему шанс? Дали.