Чтение онлайн

Мне жаль директора. Но весь этот пафос раздражает. Или я просто заразился от Снейпа мизантропией?

Ну, вот опять… Я не хочу о нем думать, но не думать не получается. Не получается…

*

Я не понимаю, как мне удалось на это решиться. Я не понимаю, почему это вообще пришло мне в голову. Если бы остальные знали, куда я сейчас иду, то подумали бы, что я сошел с ума. Но никто меня ни о чем не спрашивает. В отсутствии друзей есть свои преимущества.

А иду я к Снейпу… Да-да, именно так: регулярно взрывающий котлы Невилл Лонгботтом по доброй воле направляется к грозе подземелий профессору Снейпу, чтобы просить его о дополнительных занятиях. Есть в этом что-то абсурдное. А еще у меня дрожат коленки. И руки тоже дрожат. И это отнюдь не дрожь предвкушения. Мне чертовски страшно.

Слава Мерлину, до подземелий я добираюсь без приключений. Не встречаю никого, даже Пивза, что особенно радует.

Перед дверью в его кабинет я стою, как мне кажется, не меньше часа. На самом деле – десять минут. Больше всего на свете хочется убежать и никогда сюда не возвращаться. Но это малодушие. И трусость. А я все-таки на факультете храбрых учусь. Надо же как-то подтверждать свой статус. Хотя бы беседой со слизеринским деканом, раз уж ни на что большее я не способен.

Наконец, я решаюсь постучать. Дверь открывается почти сразу. Караулил он, что ли? Я буквально врастаю в пол и напрочь лишаюсь способности не только говорить, но и думать, словно кролик, повстречавшийся с удавом. Ну почему это всегда происходит в его присутствии?

Несколько мгновений в его холодных черных глазах отчетливо читается удивление. Естественно. Любой бы удивился на его месте. Но привычное презрительно-невозмутимое выражение возвращается почти сразу.

– Что вы здесь забыли, Лонгботтом? – сквозь зубы цедит он.

Я пытаюсь ответить, но губы почему-то немеют. Я забываю все формулировки, которые придумал, готовясь к этому разговору. Я чувствую, что краснею, как глупая первокурсница. Я его почти ненавижу.

– Лонгботтом, я жду, – Снейп явно начинает злиться.

– Можно зайти, сэр? – с трудом выговариваю я.

Если уж мне предстоит сегодня быть униженным и оскорбленным, то пусть этого хотя бы никто не видит. А то по коридорам слизеринцы бродят.

– Рискните, – кивает он, пропуская меня в кабинет.

Внутри не слишком-то уютно. Бесчисленное множество полок, заставленных банками с заспиртованными частями растений и животных. Какие-то зелья тошнотворных цветов. Разнокалиберные котлы, в большинстве своем ужасающе грязные. Специально для отработок, не иначе. Шкаф с ингредиентами, о содержимом которого я боюсь даже думать. Кресло пугающих размеров. Только стол и стулья выглядят безобидно. Это если не считать того, что они сплошь покрыты подозрительными разводами.

– Ну, Лонгботтом, – Снейп стоит напротив меня, скрестив руки на груди, и смотрит требовательно, – теперь вы соизволите объясниться?

Я глотаю комок и переминаюсь с ноги на ногу, пытаясь вспомнить, что именно должен ему объяснить.

– Лонгботтом, я считаю до пяти, – хмурится он. – На счет «три» вы вылетите за дверь.

– Вы-мгли-бы-зняться-с-мнй-зльями-доплнит-но? – выпаливаю я на одном дыхании.

– Извольте выражаться более членораздельно, – приказывает он, делая шаг назад. Правильно, на его месте я бы тоже старался держаться подальше от бормочущего идиота.

Я глубоко вздыхаю и пытаюсь взять себя в руки.

– Вы не могли бы заняться со мной зельеварением дополнительно, сэр? – на этот раз я четко выговариваю каждое слово.

Мне казалось, что он был удивлен, увидев меня на пороге. Ерунда все это. Тогда он был спокоен, как профессор Биннс. А вот теперь – удивлен. В шоке, я бы сказал. Даже если он меня сейчас убьет, можно сказать, что жизнь прожита не зря. Удивленный Снейп – то еще зрелище. Нет, глазами он, конечно, не хлопает и челюсть не роняет, но все же такое не каждый день увидишь. Брови взлетают вверх, зрачки расширяются, плотно сжатые губы размыкаются, словно он хочет что-то сказать, но почему-то не может.

Молчит он не меньше минуты. Только смотрит подозрительно. Я считаю удары сердца и разглядываю свои ботинки. Грязные. Конечно, какими им еще быть после теплиц! Если заметит, что я тут наследил, точно убьет.

– Лонгботтом, вы с кем-то поспорили или просто с ума сошли? – к Снейпу, наконец, возвращается дар речи, и в его голосе звучит холод.

– Я ни с кем не спорил, сэр, – Прекрасно! Теперь я ему только один вариант оставил. Сейчас отправит меня к мадам Помфри или сразу в Сент-Мунго.

– Лонгботтом, пока я не вызвал целителей из больницы Сент-Мунго, – ну да, так я и знал! – извольте объяснить, каким образом вам в голову пришла эта блестящая идея.

– Это профессор Спраут посоветовала, сэр, – отвечаю я.

– Посоветовала обратиться ко мне? – недоверчиво уточняет Снейп.

– Да, сэр… то есть, нет, сэр, – я мотаю головой. – Она посоветовала мне подтянуть зельеварение, сказала, что без ТРИТОНа будет сложнее.

– И вы не придумали ничего умнее, чем прийти сюда? На что вы вообще рассчитывали?

– Ни на что, наверное, – отвечаю я, пожимая плечами и глядя в пол. – Просто Гермиона мне и так помогает. А к кому еще обращаться? Не к Малфою же.

– С мистером Малфоем у вас, безусловно, было бы больше шансов, – Снейп неприятно усмехается и кивает на дверь: – Можете быть свободны.

– Сэр, я… – честно говоря, я даже не знаю, что именно хочу сказать. Извиниться? Попытаться уговорить? Слава Мерлину, он меня перебивает.

– Убирайтесь, Лонгботтом, пока я вас не вышвырнул!

Его взгляд скользит по полкам с мерзкими тварями в банках. А ну как запустит такую в голову! Лучше уж ретироваться, пока не поздно. Я торопливо прощаюсь и выхожу из кабинета. Наконец-то можно нормально дышать! В его присутствии не получалось.

Я медленно иду к гриффиндорской башне. И что теперь? Действительно, на что я рассчитывал? Проще убедить его надеть розовую мантию и сделать прическу, как у Ли Джордана, чем пойти кому-либо навстречу. По крайней мере, я сделал все, что мог. Остается надеяться, что у него хватит такта не рассказывать своим змейкам о том, как я к нему заявился. Но на это тоже можно не рассчитывать. Чтобы Снейп упустил случай меня унизить? Так просто не бывает.

Глава 2. Лучше не рисковать

– И тогда он сказал, что Флитвику стало плохо, и мы должны присмотреть за ним. И мы поверили, представляешь? Мне и в голову не пришло, что он может быть заодно с Пожирателями! – Луна ужасно расстроена. Похоже, ее способность видеть людей насквозь впервые в жизни дала трещину. Ничего, Луна, это нормально. Все мы ошибаемся.