Чтение онлайн

Так как ходили «книжные индейцы»,

НЕ НАРУШАЯ МИРА РАВНОВЕСИЕ,

Не оставляя ни дорог, ни просек,

Когда на то нет ни нужды, ни смысла,

Как жаль – мы потеряли этот дар.

Себя считая чем-то уникальным,

И изумляясь: “Как мы появились?”,

Не замечаем часто уникальность

Любой природной формы.

УНИКАЛЕН цветок любой и дерево любое,

Любая птица, бабочка, червяк…

Они так сложны, так НЕПОВТОРИМЫ

ПРИРОДЫ ФОРМЫ.

Мы – ОДНА ИЗ ФОРМ,

НЕ ЛУЧШЕ И НЕ ХУЖЕ ЧЕМ ДРУГИЕ,

Звено цепи ПРИРОДЫ бесконечной…

И нам всегда об этом помнить надо!

Осень – зрелости пора.

Изменилась и листва.

Были листья все зелёные,

Нежно-неопределённые,

Стали жёлтыми и красными,

Засверкали всеми красками,

Прежде тайными и скрытыми,

Хлорофиллами забитыми.

Но пластиды хлорофилла

Осень холодом разбила,

Оказалась не проста

Суть обычного листа.

Были листья все зелёные,

Детски-неопределённые,

Стали жёлтые и красные,

Стали листья просто разные.

Их не спутаешь уже

В этом горьком вираже

Вдоль по-ветру до земли…

А ведь вместе все росли.

Земля покоилась на трёх слонах.

А на Земле росли цветы и травы,

Пенились реки, высились дубравы

И пели птицы в светлых облаках.

И так велось из глубины веков,

Для дела, а порой и для забавы,

Срывали люди и цветы и травы,

И убивали, не щадя, слонов.

И только, когда вздрогнула Земля,

Тогда понятны преступленья стали,

И то, что мир наш соткан не из стали,

И три слона не так уж много для

Столь массовой охоты за слонами.

Ищите смысл в наивнейших словах.

Любите голубые поднебесья.

Земля и Жизнь, их сущность – РАВНОВЕСЬЯ.

А равновесие и в трёх слонах.

Белые лебеди, светлое пёрышко,

Плыли по небу и тихо таяли,

В медленной дрёме. Сияло солнышко.

Вдруг лебедёночку крылья подранили.

Молнией белой, искрой мгновения,

Он растворился в просторе крутом.

Как отголосок его падения

В воздухе грянул тяжёлый гром.

Звуки, движения остановились:

«Не смогли, не сумели сберечь»…

Лебеди плавно к земле спустились

И… взвился в небо дымчатый смерч.

Вот он пронёсся и тёмен и светел…

Вот уж полнеба закрыл собой…

Крылья хлестали, рождая ветер,

Со свистом кромсая простор голубой…

Вот уже птицы солнце затмили…

И в тяжёлой, гнетущей тьме

Белые молнии в землю били,

Скорбью громов крича о себе…

Звуки множились многократно…

Стаи кипели в прозрачной мгле…

А, когда осознали: все безвозвратно,

Тихо дождь застучал по земле.

И какой же странный

Этот белый снег.

От полозьев санных

Узкий чистый след.

Здесь бежал зайчонок.

Здесь скворец скакал.

Снежный наст так тонок,

Хоть снегирь и мал.

Так и наши Души -

Хрупкий, белый снег.

Даже Солнца лучик

Оставляет след.

Черточки, крючочки,

Лысинки тепла…

Что за ручеечки?

– Здесь Душа жила.

По зябким веткам растеклась,

Стеклом отблескивая, влага.

И вновь сверкание и грязь

Рождённое состарят на год.

Опять желтенья суета:

Полуполет – полупадение…

И та же сущность и не та…

И умиранье – знак рождения.

На древе нашей жизни, по-весне, как почки, набухают низки мыслей.

И, словно почки – в зелени листвы, в миг, перевоплощаются в событья.

И часто не найдешь прямую связь меж тем, что было и меж тем, что стало:

Из рафинированных предпосылок – солей, воды и солнечного света

Живая ткань событий возникает.

Как странен лес. Не лето и не осень,

Лишь жёлтых листьев первые мазки.

И шорохи дождя, в туман окрасив просинь,

Пророчат нам ещё ненастнейшие дни.

Он неподвижен, словно на картине.

Лишь капель перепад напомнит нам о том,

Что это – зримый лес, в обычном зримом мире,

Том самом мире, где и мы живём.

О, вечная любовь дождя.

С размаха падает на плечи,

Так обтекающ и доверчив,

Струится в складочках плаща,

Под ноги стелется струёй,

В мгновеньях ловит отраженья

Покоя, длинности, движенья,

Перебегающих волной.

Омыты крыша и листок.

Омыты улица, скворечник…

Нет разделений, все безгрешны.

Упрек нам это, иль намек?

Странен, право, этот род людской:

Мы живём, словно в огромном тире…

Разве мало горя в этом мире,

Или мало места “под луной”?

Подавляем Жизнь со всех сторон…

Для чего нам это «превосходство»?

Скотоводство порождает скотство,

Если разум алчностью смущён.

Как нам мир избавить от оков?

Надо много смелости и чести,

Чтоб внести себя со всеми вместе

В уровни трофических рядов,