Отдать свое сердце
Шрифт:
Через минуту она увидела дом. Это была ферма «Уиндлшем», где Ридхэмы жили, работали и вели фермерское хозяйство вот уже больше трех веков. Это был солидный, внушительных размеров дом, хотя немного мрачноватый. Молчаливый и одинокий, он высился в окружении таких же высоких узловатых вязов. Вид у поместья был заброшенный, нежилой. Типичный холостяцкий дом, в котором нет хозяйки.
Джефф жил в этом доме вметете со своим отчимом, майором Денвером, и сводным братом Тони. Миссис Денвер, которая, по словам Джеффа, не отличалась крепким здоровьем, умерла незадолго до окончания войны.
Лиз смотрела, как дом постепенно исчезает за кустами боярышника. Дорога снова нырнула вниз, к небольшой речке, которая орошала земли Джеффа.
А вот и Милл-Хаус, откуда ей звонила обеспокоенная владелица лошади. Дом выглядел аккуратным и новеньким, как с картинки. Перед домом были новые красивые ворота из чугунной вязи, в которые Лиз и свернула на своей машине.
Ей открыла круглолицая, улыбающаяся седовласая дама в кружевной наколке на голове.
— Да… пожалуйста… — произнесла она, вопросительно взглянув на Лиз.
— Я мисс Синклер из ветеринарной клиники. Нам звонила мисс Грэшем и просила осмотреть ее лошадь.
Домоправительница кивнула:
— Да-да! Все верно. Прошу вас, войдите. — Она чуть отошла в сторону и махнула рукой в глубь холла.
Лиз вошла в дом, окинув взглядом уютный холл, полированную мебель вдоль стен и огромную китайскую вазу, в которой благоухал роскошный букет весенних цветов.
— Хельга, все в порядке, — проговорил чей-то голос. — Можешь идти.
Высокая девушка в прекрасно сшитом твидовом костюме спускалась к ней по лестнице. Она остановилась на последней ступеньке, разглядывая Лиз раскосыми светло-зелеными глазами.
— Я не ослышалась? Это вас прислали из ветеринарной клиники?
Лиз кивнула:
— Да. Меня зовут мисс Синклер, я ассистентка мистера Джордона. А вы мисс Грэшем?
— Да. Сабрина Грэшем. Но… — Изумрудные глаза Сабрины сверкнули. — Бог мой! — воскликнула она. — Боюсь, вам не справиться. Карло такой крупный, такой мощный! С ним и мужчине нелегко совладать. Кстати, я тут так волновалась, что снова вам позвонила, и мне ответил мужской голос и сказал, что сейчас кто-нибудь приедет. Но я и предположить не могла, что приедет… девушка.
Наверное, это был мистер Дунан, подумала про себя Лиз. Видимо, он вернулся вскоре после ее отъезда и прочитал записку, которую она ему оставила на столе, — там она написала, куда поехала.
— Я дипломированный ветеринарный врач, — заверила она Сабрину Грэшем, — и уверена, что справлюсь сама. У вас есть конюх или кто-то еще, кто мог бы мне помочь его держать?
Они вышли через боковую дверь в маленький мощеный дворик, прошли через чугунные ворота и оказались возле большого стойла, вдоль которого и ряд тянулись несколько денников. Сабрина оглянулась через плечо на Лиз.
— Нет. Совершенно никого нет, — ответила она. — У нас есть конюх, но по субботам у него выходной. Мой отец уехал на все выходные. Так что помощи ждать неоткуда. Видите, какая ситуация.
Она распахнула верхнюю створку двери, ведущей в стойло, и лошадь отпрянула от них, прижав уши к голове. Это был огромный конь, очень высокий в холке.
На минуту Лиз засомневалась.
Хозяйка посмотрела на нее, пожала плечами и нахмурилась:
— Сами видите — вам не справиться. Для таких дел нужен мужчина. Боюсь, я тоже не смогу вам помочь, потому что я еще не привыкла к Карло. Он у нас всего пару недель, отец подарил мне его на день рождения. — Она отвернулась.
Лиз поняла, что судьба бросает ей вызов, — но это была ее работа, которую она очень любила и к которой очень хотела преуспеть. Она вздернула вверх маленький подбородок и медленно сказала:
— Если я смогу подойти к вашему коню поближе и сделаю ему укол, то он успокоится, и я осмотрю его спину.
Лиз открыла чемоданчик и вынула заранее наполненный шприц. Она протянула шприц Сабрине.
— Подержите пока, пожалуйста.
Сабрина посмотрела на Лиз — маленькую, худенькую, в потертом твидовом пиджачке.
— Ну, не знаю, по-моему… — с сомнением проговорила она.
Лиз улыбнулась:
— Не волнуйтесь. Я все сделаю как надо.
Она открыла нижнюю створку ворот едва заметным движением и вошла в стойло.
Карло фыркнул на нее, обнажил зубы, но Лиз вовремя увернулась. Она начала с ним разговаривать — нежно, успокаивающе, держась одной рукой за повод. С того места, где она стояла, ей была видна огромная рваная рана вдоль спины и крупа — оторванная кожа, слипшаяся шерсть, кровь.
— Бедный, бедный мальчик, — ласково говорила ему Лиз, но нервы ее были напряжены в ожидании любого внезапного движения.
Ей показалось, что она стояла так несколько часов, успокаивая коня, подбираясь к нему все ближе и ближе. Хотя на самом деле прошло всего несколько минут.
Наконец рука ее уцепилась за поводья. Карло резко вздернул голову и крупно задрожал всем телом. Лиз погладила его по вспотевшему боку. Она увидела, как его прижатые уши встали торчком. И тут она сказала негромко, не меняя интонации:
— Давайте.
По-прежнему держась одной рукой за повод, она взяла у Сабрины шприц.
Карло не шевелился, и Лиз вдруг поняла каким-то шестым чувством, что завоевала его доверие и теперь сможет им управлять.
Все произошло мгновенно. От укола Карло вновь вздернул голову кверху, но ласковый голос как будто успокоил его. Лиз подождала минуту-другую, зная, что лекарство скоро подействует на коня и он утихомирится.
Где-то вдали громко хлопнула дверь, и раздался голос Хельги: