Шрифт:
Весной 1995 года мой теплоход «Уильям Фостер» завершил свою работу в качестве контейнеровоза на линии Санкт-Петербург – Бильбао и был направлен для ремонта на Балтийский судоремонтный завод в Таллинн. На заводе нам предстояло восстановить герметичность люковых крышек, а также заменить часть набора и обшивки корпуса, где уже было поставлено экипажем немало цементных ящиков в местах возникновения течи. Завод находился в Копли – так называется полуостров и жилой район в столице Эстонии.
Я, как капитан, не был сильно загружен работой во время ремонта, и поэтому имел довольно много свободного времени, чтобы погулять по старому городу, сходить в театр или музей, а иногда мог и забрести в какой-нибудь уютный ресторанчик, чтобы выпить там кружку добротного эстонского пива с отменными жареными колбасками, приготовленными, как правило, на немецкий манер.
На дворе стоял апрель, и иногда выпадали погожие солнечные дни, в один из которых я зашел в православный храм в старом городе, построенный ещё в царские времена прямо напротив здания нынешнего эстонского парламента. Наверное, этот храм был местным парламентариям, как бельмо на глазу, но так уж сложилась история, и им приходилось с этим мириться.
Храм был соборным, носил имя Александра Невского и был возведён в 1900 году в память о чудесном спасении императора Александра Третьего в железнодорожной катастрофе осенью 1988 года. В соборе было на удивление светло и радостно, и солнечные лучи скользили по ликам святых, делая их ещё более святыми и светлыми. Обойдя всю церковь, я нашёл икону Николая Чудотворца, помолился ему и попросил за всех моряков, а после, поставив свечи за здравие и упокой своих родственников и близких, собрался было выходить, как вдруг обратил внимание на стоящих рядом с иконостасом нескольких священников, ведущих между собой неторопливую беседу.
Конец ознакомительного фрагмента.