Чтение онлайн

— Это самоубийство, — завопил в ответ Скопатти. — Мощное обратное течение и…

— Стритер, закрепи его спасательным тросом, — приказал Нейдельман. — Магнусен, оставьте компьютеры, запускайте насосы вручную. Наверное, когда они перестали работать, возникло обратное течение.

— Слушаюсь, сэр, — ответила Магнусен. — Команде придется перенастроить их вручную. Мне потребуется по меньшей мере пять минут.

— Шевелись, — послышался голос Нейдельмана, суровый и одновременно совершенно спокойный. — И сделайте все за три.

— Слушаюсь, сэр.

— Уопнер, приведи систему в рабочий порядок.

— Капитан, — начал Уопнер, — диагностика утверждает, что все…

— Кончай болтать, — оборвал его Нейдельман. — Займись делом.

Скопатти закрепил спасательный трос на поясе и спрыгнул в воду.

— Я приготовлю здесь место, — сказал Хэтч Стритеру и стал раскладывать на палубе полотенца, чтобы принять потенциального пациента.

Стритер с помощью Рэнкина начал выпускать трос. Он дернулся и сильно натянулся.

— Стритер? — послышался голос Нейдельмана.

— Скопатти в обратном течении, — ответил Стритер. — Трос его удерживает.

Хэтч смотрел на мельтешащие белые точки на экране с жутким ощущением дежа-вю. Словно Бонтер исчезла так же неожиданно, как…

Он сделал глубокий вдох и отвернулся. Он ничего не мог изменить до тех пор, пока они не поднимут Бонтер на поверхность. Ничего.

Неожиданно со стороны острова послышался страшный шум, и Хэтч понял, что ожили насосы.

— Отлично сработано, — услышал он Нейдельмана.

— Трос обвис, — доложил Стритер.

На палубе воцарилась напряженная тишина. Хэтч видел, как растворяются последние следы краски по мере того, как вода выходит из туннеля. Неожиданно экран снова потемнел, и по радиолинии стало слышно затрудненное дыхание. Черное пятно экрана начало медленно светлеть, и вскоре он с облегчением увидел зеленый прямоугольник входа в туннель.

— Merde, [32] — услышал он голос Бонтер, которую вынесло из туннеля, картинка с ее камеры дико металась на экране.

Через несколько мгновений на поверхности возник водоворот, и Хэтч с Рэнкином втащили женщину на корабль. За ней последовал Скопатти, который тут же снял с нее акваланг и капюшон, пока Хэтч осторожно укладывал на полотенца.

Открыв ей рот, Хэтч исследовал дыхательные пути: все было в порядке. Затем он расстегнул молнию костюма и приложил к груди стетоскоп. Он сразу услышал, что дыхание в норме, следов воды в легких нет, сердце бьется ровно и сильно. Он заметил разрыв на костюме и тонкую полоску крови в районе живота.

— Incroyable, [33] — пытаясь откашляться и одновременно сесть, выдохнула Бонтер, при этом она махала в воздухе каким-то серым обломком.

— Не шевелитесь, — возмутился Хэтч.

— Цемент! — вскричала она, еще крепче сжимая в руке обломок. — Цемент, которому триста лет! Там ряд камней, установленных между рифами…

Хэтч быстро ощупал основание черепа, пытаясь отыскать симптомы сотрясения мозга или ранения позвоночника.

— Casuffit! [34] — заявила она, поворачивая голову. — Вы что, френолог? [35]

— Стритер, доложи обстановку! — потребовал Нейдельман.

— Они на борту, сэр, — сообщил Стритер. — Судя по всему, Бонтер в порядке.

— Я в порядке, скажите вашему доктору, чтобы отстал! — вскричала она, вырываясь.

— Минутку, я взгляну на ваш живот, — проговорил Хэтч, мягко укладывая ее назад.

— Те камни, они похожи на какой-то фундамент, — продолжала она, перестав сопротивляться. — Серджио, ты их видел? Что это может быть?

Хэтч уверенным движением расстегнул молнию до самого конца.

— Эй! — завопила Бонтер.

Не обращая на нее внимания, Хэтч быстро обследовал порез. Под ребрами он обнаружил большую рану, но, судя по всему, поверхностную.

— Это всего лишь царапина, — запротестовала Бонтер, вытянув шею, чтобы посмотреть, что делает Хэтч.

Он быстро убрал руку с ее живота, почувствовав совсем не профессиональное возбуждение.

— Возможно, так и есть, — сказал он немного более язвительно, чем намеревался, и принялся искать в чемоданчике мазь с антибиотиком. — В следующий раз я буду резвиться в воде, а вы станете доктором. Сейчас же я нанесу на рану немного мази, чтобы избежать инфекции. Вам повезло.

Он начал втирать мазь в рану.

— Щекотно, — заявила Бонтер.

Скопатти снял свой костюм до пояса и стоял, скрестив на груди руки и добродушно ухмыляясь, его загорелое тело влажно блестело в лучах солнца. Рэнкин остановился рядом с ним, лохматый и могучий, и наблюдал за Бонтер, причем глаза его недвусмысленно сверкали.

«Все, — подумал Хэтч, — все влюблены в эту женщину».

— Я оказалась в большой подводной пещере, — говорила она. — Пару минут я не могла отыскать стены и решила, что мне конец.

— Пещера? — с сомнением спросил Нейдельман по открытому каналу.

— Mais oui. [36] Большая пещера. Но мой приемник сдох. Интересно, почему?

— Возможно, туннель блокирует передачу, — предположил Нейдельман.

— А откуда взялось обратное течение? — спросила Бонтер. — Вода же выходила наружу.

Некоторое время все молчали.

— Я не знаю, — сказал наконец Нейдельман. — Может быть, когда мы осушим Водяную Бездну и ее туннели, мы получим ответ на этот вопрос. Я жду подробного отчета. А пока отдохните. Конец связи с «Касаткой».