Шрифт:
Кажущийся туман расстилал двери перед Авророй. Ее темнеющие глаза наполнялись жалобным стоном и еще не начавшейся иностранной тарабарщиной. Она была магиком с отличием и это не давало покоя всем окружающим. Каждый из них думал, что Аврора своей метафизикой забирает у них хлебные крошки, портит им мебель в квартирах, гадит на ровно стриженных газонах и отверзает мутные небеса, поливая зелень противным холодным дождем.
Деревянная комната, в которой девушка находилась большую часть своего свободного времени, вся пропахла ароматами луговых трав и жгучим перцем. В этих экспериментах нужно быть особенно осторожной, ибо один неверный шаг, и вся округа съест ее невесомое тело живьем.
Аврора хотела приготовить зелье с удивительным эффектом невидимости и, уверенная в своем начинании, даже заготовила для этакого варева название: «Осторожный Дым».
– Я стану невесомой птичкой, я буду дымным утром, росой летней, дождем и улыбкой моих любимых людей!
А любимого у девушки было много на этом свете. Она не держала зла на окружающих, ибо понимала, что это страх и неуверенность говорят и действуют за них, а на самом деле их сердца полны нежности и света – в этом она была уверена.
Аврора собирала луговые травы и цветы на пригорке близ местной фермерской «Козы», которая являлась природным центром данного поселения. Там работали, копошились и мяли засыхающее дерево и молоко в огромных чанах из меди добролиции Козы, чье общее количество наталкивало Аврору на пространное размышление о нисходящей силе человеческого присутствия.
Недолго ей пришлось думать, цветущее гнездо лугов само раскрылось перед девой во всем своем великолепии. Ноготки Марии, шипящие колючки Афродиты, певучая нежность Желтых глазок и перечная мелкая сошь шалфейной капели – все это благоухание оказалось в льняной сумке девушки.
Конец ознакомительного фрагмента.