Чтение онлайн

В ванной я срезала ножницами бинт и сняла, но вот накладки на раны были настолько засохшие и в крови, что отрывать их было опасно. Минут десять понадобилось, чтобы размочить их перекисью. При соприкосновении с кровью жидкость пенилась, что меня очень сильно напрягло. В итоге я добралась до открытой раны. Дыры выглядели не лучшим образом – вокруг была опухшая и красная плоть, видна корочка поджаренного мяса, но запёкшейся крови было мало. Я решила мыться прям так, всё равно нечем прикрывать раны.

Я закрыла глаза и встала под тёплые струи воды. Душевая кабина быстро нагрелась. Вода стекала от макушки, обтекая веки и губы, грудь, живот и икры ног, смывая грязь с тела и души. Я готова была стоять так вечно, но бойлер для нагрева воды у нас всего на пятьдесят литров. Под холодной водой я не готова была смывать с себя мыло.

Я намылила грязные волосы шампунем, натёрла тело до красна мочалкой, ещё немного постояла и вышла только тогда, когда вода начала холодеть. Я исчерпала всю тёплую воду из бойлера и ни капельки не пожалела. Вода ещё нагреется через несколько часов. Как я заметила, все ещё спали, навряд-ли кому-то быстро понадобится душ.

Вытиралась я уже полностью удовлетворённая, чистая и с прекрасным настроением. Было ощущение, словно я смыла все беды, неудачи и заботы разом. Словно я сейчас выйду, а в зале на диване сидят мои родители и смотрят фильм, и я просто молча присоединюсь к ним. Допоздна мы будем смотреть какую-нибудь мыльную мелодраму, мама поплачет, папа улыбнётся этой сентиментальности. Мы пожелаем доброй ночи друг другу и разойдёмся по своим спальням.

Но суровая реальность была другой. Смотря в зеркало, я увидела худую девушку ростом сто семьдесят сантиметров, всё тело было покрыто синяками, ссадинами и царапинами. Лицо бледное с большими глазами, голубыми радужками, коротким прямым носом и аккуратными симметричными губами. Брови густые, но с ровной формой, доставшейся от отца. Волосы я взяла от мамы – такая же блондинка. Я бы рада сказать, что я совсем не изменилась за эти пять лет, но нет. Блеск в глазах пропал, лицо побледнело, щёки впали, вылезли угловатые скулы. Появился выискивающий, пытливый взгляд. Прорезались еле уловимые морщины на лбу, потому что я часто невольно хмурю брови и много думаю. Вместо улыбки – зажатые в ниточку потрескавшиеся губы. Благо зубы остались целыми и ровными. Кажется, я переняла их от дедушки, маминого папы.

Девушка в зеркале давно не видела социума, превратилась в дикого зверька. Лицо давно не носило макияжа и должного ухода, волосы неаккуратно были пострижены до лопаток. Я не смотрела на себя в зеркало так пристально уже очень давно. Обычно это случалось в день моего рождения – я оценивала труды прошедшего года. Сейчас мне двадцать семь, и, кажется, я выгляжу не так уж плохо. Пять лет не прошли не замечено: появились морщинки на лбу и в уголках глаз, печаль стала привычной маской, а синяки под глазами – частью образа. Но в общем, естественная красота присутствует – и это радовало.

Я укуталась в полотенце и вышла на кухню. В доме всё также была тишина и темень, только дрожащая свеча освещала помещение.

Горячий чай обжигал горло, это было приятно. Набила желудок жареным мясом и гречкой – кто-то уже успел приготовить и убрать всё в холодильник. Сколько я проспала? Накануне приснившийся сон почти не имел никакого влияния на моё состояние. Меня беспокоил только озноб и боль в руке. Плотно поев и насладившись чаем, я принялась за рану.

Горячая вода размочила ранки и смыла корку крови. Дыры все так же смотрелись нехорошо, и пульсация усиливалась. Кровь не шла, гноя тоже не наблюдалось. Я намазала толстый слой мази и положила лёгкую повязку. Выпила таблетку парацетамола и убрала аптечку, но нужные мне лекарства и бинты отнесла к себе в комнату. Нужно чаще менять повязку, остаться без руки в мои планы не входило.

Спать не хотелось, а настенные часы показывали всего два часа ночи. Я оделась в домашнюю чистую одежду, разобрала свой рюкзак и сложила аккуратно всё обратно. Доложила воду, банки с едой и сменную одежду. Рюкзак решено было держать впредь на готове. Постирала грязные вещи и повесила их на сушку в углу кухни. На всё ушло около часа. Появилось желание выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Пока темно, можно себе это позволить.

Я аккуратно приоткрыла дверь и прислушалась. Улица была полна звуков по большей части из-за дождя. Только редкие птицы что-то выкрикивали. Лёгкие наполнились свежестью, по телу побежали мурашки. Было довольно холодно. Учитывая, что волосы ещё не высохли, я решила накинуть кофту и выйти под маленький козырёк. Дверь за собой прикрыла, чтобы не заморозить обитателей. Но свежего воздуха в доме всегда не хватало.

Несмотря на всю ситуацию, я была относительно счастлива за последние несколько часов. Чистая, отдохнувшая, сытая и мне не хотелось ни о чём думать. Хотя надо бы.

Я просто стояла в темноте и слушала шум прекрасного дождя. Получала удовольствие от того, что имею в эту секунду. Промелькнула даже мысль, что я словно прощаюсь с этим миром. Но отогнала гнетущую мысль и оправдалась, что просто получаю удовольствие в моменте, чего не делала давно. Не знаю сколько я так простояла, холод начал пробивать до костей, уже очень хотелось укутаться в тёплое одеяло и что-нибудь почитать. В этот раз мы ничего не взяли из книг и придётся выбрать что-то из старого.

Когда я повернулась к двери – за спиной что-то зашуршало. Мышцы сразу напряглись, из-за дождя по звуку невозможно было определить местонахождение гостя. Недолго думая, я моментом юркнула в дом, захлопнула и закрыла на замок дверь. Глазка не было, но можно было подглядеть через замочную личину, но на улице хоть глаз выколи. Дверь толстая и звуков не слышно. Но кто-то же там есть.

Если это был человек, то начал бы ломиться, если он не ранен, конечно. Если Иной – то скоро тут будет подмога и нас быстро выкурят, а если дикое животное, то не так страшно, даже хорошо. Мяса много не бывает.

Я долго смотрела в замочную скважину, но так ничего и не увидела. Интерес не оставлял покоя в моём сердце, мозг кричал подождать до утра и проверить всем вместе.

Двадцать минут прошло с момента услышанного шума, но больше ничего не происходило. Я уже собиралась плюнуть на азарт, но вспомнила о сбежавшем Рэме. Сердце заколотилось и руки задрожали. Его ведь нет дома! Чтобы в этом убедиться, я тихонько позвала пса и прошлась по комнатам. Аккуратно заглянула и к молодым родителям, но его нигде не было. Быстро схватила свой пистолет с кухонного стола и направилась к двери. На улице всё также было холодно, сыро и без видимого присутствия кого-либо. Вокруг была трава с мой рост, это усложняло поиски.

– Рэм! – я говорила в полголоса, но собака должна была услышать. Если это дикое животное, то также моментом среагирует, сбежит или накинется, но ничего не происходило. Каждая мышца была напряжена, руки сжимали пистолет на готове, ноги сантиметр за сантиметром раскидывали мокрую траву. Уши прислушивались к любому шороху, глаза смотрели во все стороны. Я чувствовала себя кроликом, на которого ведут охоту. Сердце колотилось, поджилки тряслись и не понятно, от чего – от страха или холода.

Одежда вся промокла, кроссовки скользили по траве. Я дошла уже до забора, но так никого и не увидела. Следов так же не было. Вспомнила про дыру в заборе – может оттуда увижу след. И он действительно был. Сюда часто заходят дикие животные, поэтому я приготовила оружие и пошла по промятой траве. Уже на середине участка я увидела присутствие кого-то, от чего тело затряслось с большей дрожью. Чем ближе я подходила, тем активней оживала трава. И я начала понимать, какая я дура – там может быть кто угодно! Кабана из этой пукалки не пробьёшь, а волк может оказаться быстрее моей реакции. Рэм бы хоть как-то отозвался, и мало ли что на уме у дички. Назад бежать некуда – там забор, а дом прямо по курсу через ночного гостя. Уже который раз за неделю я чувствую себя загнанным зверем, сама идя в ловушку из-за собственной тупости. Слабоумие и отвага – это я!