Чтение онлайн

— Вот и ошибаешься. В первобытном обществе громадную роль играл естественный отбор. Ошибка только усиливала фактор отбора, а значит, должна была улучшать популяцию. Мало того, вид человекообразных мог попасть в благоприятные условия, и тогда естественный отбор стал бы действовать слишком слабо. И тут на помощь человечеству всегда приходила женщина. Чем лучше условия, тем чаще она должна была совершать ошибки, роковые для отдельных особей и для самцов в первую очередь. Это и уравновешивало рационализм мужчин. Ведь те со своей заботой всех готовы были оберегать от гибели. А в результате могли обречь на вымирание популяцию. Способность самки совершать ошибки — это великое благо, которому человечество обязано своим существованием. Эта привычка ошибаться постоянно заставляла самцов быть на высоте своих возможностей и выходить из самых невероятных положений. Все время оттачивала их ум, выносливость, память. Ну а те, кто не мог приспособиться, выработать сложный комплекс борьбы за существование… В общем оставались только умные и сильные… Это сделало человека господином на Земле.

— Я начинаю догадываться, куда ты клонишь. — Василий плеснул в чашку горячего напитка. — Но сегодня мне что-то не хочется с тобой спорить, хотя чувствую, что в твоей гипотезе можно найти слабые места.

— А я и не собираюсь с тобой спорить. Тоже мне нашелся оппонент. Мне хватает критики со стороны специалистов. Я тебе просто сейчас кое-что покажу. Пошли в кабинет.

Василий здесь бывал всего несколько раз. Михаил не любил, когда в эту комнату входили посторонние. Может быть, это объяснялось тем, что в отличие от остальной части квартиры здесь царили хаос и неразбериха. Книги и журналы валялись на полу и креслах, клочки смятых бумаг и разорванных перфокарт густо обсыпали ковер возле плетеной пластиковой корзины. Относительный порядок был только в углу, где стоял миниатюрный вводной пульт, печатающее устройство и телевизор с громадным экраном.

Михаил подошел к пульту и включил несколько тумблеров. Потом сказал в микрофон спокойно и деловито:

— Сережа, не пугайся, это Жеберин. Если я тебя разбудил, можешь выругаться.

— Говори, чего нужно, — сразу же раздалось из динамика. — Здесь у нас запарка, и нет времени с тобой говорить.

— Сережа, ты знаешь, я человек серьезный. По пустякам не стал бы среди ночи…

— Да кто тебя не знает. Давай говори быстро, чего нужно.

— Хорошо, хорошо. Я коротко. Подсоедини мой телик к девятнадцатому кубу и дай ту программу, помнишь, из восьмой серии…

— Ту модель, что ли, которую вы с режиссером?..

— Сережа, не задавай лишних вопросов. У меня посторонние, — перебил Михаил говорящего. — Да, ты правильно понял. Молодчина. Из восьмой серии, модель четыреста четырнадцатая. Я жду.

— Включай свой телик. Через минуту получишь изображение.

Экран телевизора засветился, и Василий увидел поляну, по которой дугой проходила утоптанная дорожка. С одной стороны, недалеко от тропинки, рос густой кустарник.

— Ну вот тебе и место действия, — сказал Михаил. — Теперь начнем заполнять его. Модель будет следующая: по тропинке идут самец, самка и хилый рахитичный ребенок. Самка допустила ошибку и, не предупредив самца, отстала от группы, хотя единственное оружие — палка — в руках именно у нее. Значит, расставим персонажей.

Михаил колдовал над пультом, а на экране вначале появился обросший густой растительностью самец, с мощными бицепсами, сутулый, со скошенным лбом и широкими ноздрями плоского носа. Затем на вершине дуги возник кривоногий детеныш, и на некотором расстоянии от него — сутулая, плечистая, но уже с некоторыми элементами изящества самка. Потом в центре Михаил изобразил сжатого в комок и готового к прыжку, зверя.

— Давай передвинем самца чуточку вперед. Будем считать, что, сделав лишние шаги, он спутал первоначальные планы хищника, и теперь зверю нужно принимать новое решение. Будем снисходительны и дадим безоружному самцу еще один шанс на спасение: набросаем возле него немного палок и камней.

Михаил говорил, одновременно нажимая на клавиши пульта, и на экране нелепо и непривычно перемещались застывшие фигуры, как бы выбирая наиболее удобные места. Потом у ног самца возникло несколько булыжников и палок. Одна из них была толщиной в руку и лежала почти у самой тропинки.

— Теперь все на месте. Расстановка персонажей известна машине. Она также получила и некоторую дополнительную информацию. Например, о типичном поведении самца и самки. Потом ей известно, что этот зверюга не нападет на детеныша: проку от него мало, тем более что оба родителя от него не отстанут и не дадут спокойно есть. Ну и, конечно, в модель введены такие условия, что на самца возложена забота о семье, а на самку о всей популяции в целом. Модель должна показать, каким в созданной ситуации должно быть типичное поведение самца и самки. Теперь я подключусь к модельному блоку машины, которая там у Сережи, и мы проиграем эту ситуацию на телике. Смотри.

Оценка ситуации заняла у самца мгновение. Еще мгновение ушло на подготовку и поиск способа защиты. Палки, которые валяются под ногами, для этой цели не годятся. Все они очень тонкие, а одна, что лежит совсем рядом, слишком велика, и поднять ее быстро не удастся. Булыжники расположены в стороне, и до них сразу не дотянуться. Они могут пригодиться потом, когда начнется битва с хищником. Но в первое мгновение он оказывается совершенно безоружным. Остается только возможность прыгнуть в сторону. Но это не спасет самку и детеныша, значит, этого делать нельзя.

Он лихорадочно искал выхода, и вдруг волна радости и злобы охватила его одновременно. Выход был найден, и теперь все его существо рвалось в бой со зверем, осмелившимся напасть на него, его самку и их детеныша. Теперь надо только дождаться ее решения и тогда уже либо броситься к булыжникам, если самка прыгнет в сторону, либо…

Он весь напрягся, слегка согнул колени и почти коснулся длинными руками земли. И в этот момент самка прыгнула. Нет, она прыгнула не к хищнику. Она прыгнула к детенышу и загородила его своей широкой фигурой. Почти сразу же зверь кинулся на самца. Только за мгновение до этого самец быстро нагнулся, ухватился за край толстого бревна и, резко выпрямившись, рванул его вверх. Зверь, вытянув вперед лапы, уже летел над поляной, когда бревно взметнулось кверху и, тяжело вращаясь, стукнуло его в воздухе сперва по лапам, затем по морде. Пока зверь отбивался от непонятного вертящегося и твердого существа, самец успел взять в обе руки по булыжнику, а самка подбежала к нему с детенышем. Он метнул один из камней в зверя, и тот, огрызаясь, медленно удалился.

Экран телевизора погас, и только светящаяся точка побежала, уменьшаясь, к центру и через секунду исчезла.

— Как видишь, для самки ошибка в подобной ситуации типична, а самец оказался на высоте. Промахи самки на таких, как он, не действуют. Может, нервишки она его потрепала малость, но, когда речь идет о естественном отборе, с такими мелочами не считаются. Ставка слишком большая.

Василий откинулся на спинку кресла и теперь с интересом глядел на Михаила. Он усмехнулся и покачал головой.

— Если говорить о естественном отборе, — сказал он с сомнением, — то самка должна была привести к гибели своего рахитичного отпрыска, а не крепкого и сообразительного самца.

— Это другая тема. Я тебе мог бы показать, как самка бегает из угла в угол по пещере с больным детенышем, не выпуская его из рук, вместо того чтобы бросить его ненадолго и сбегать за водой. Природа и здесь снабдила самку достаточно мощным оружием — слепой безумной любовью к детенышу. Сейчас я специально взял такую модель, чтобы показать отношение самки к самцу. Это для тебя, как ты, наверное, догадываешься. Ладно, современный самец, пошли допивать кофе.