Осенний бал
Шрифт:
Мы приехали почти обратно – он развозил всех желающих, а сам живёт в двух шагах от проведения бала.
– Вам нужны ваши вещи? Там просто много сумок, я завтра мог бы их принести, если нужно.
– Нет, моя сумочка здесь, остальное нужно было только по работе.
– Так вы тоже? Работали? А я не знал, как вас найти, думал что потерял опять, как год назад и летом!
И тут я его вспомнила.
Вспомнила обаяние и внимательность, вежливость и очарование молодости.
Опьянение его вниманием и свои безуспешные попытки его забыть. Зачем?
Распахнутая дверь, поданная рука – бал продолжается?
Галантность и предупредительность.
Он придержал дверь подъезда, пропустил меня в квартиру первой, включив свет, замер у запертой уже входной двери.
– Я не верю, что вы здесь…
– Я и сама не очень в это верю. Мы пройдём или так и будем стоять в прихожей?
Галантность никуда не делась, он просто так воспитан, я думаю.
Встрепенулся, как будто задремал перед этим или глубоко задумался любуясь моментом, и протянув мне руку провёл в комнаты.
– Я вас оставлю ненадолго, приготовлю чай и наверное вам надо позвонить, предупредить кого-то, что вы задержитесь. Как только вы пожелаете, я вас отвезу, куда скажете.
И ушёл.
А если мне никуда не надо?
Если даже позвонить некому?
И я не тороплюсь?
Что он скажет?
Поиграет, как с игрушкой, и отвезёт.
Куда скажу.
Горячий чай был кстати.
Милый и ни к чему не обязывающий разговор тоже.
Мы обсудили бал и даже порадовались призу за нашу пару.
– Уже так поздно, я настаиваю, чтобы вы остались. Спальня в вашем распоряжении, я лягу на диване, прошу вас!
Что же так нерешительно-то, или наоборот слишком торопит события?
Что делать?
– Всё-таки вас ждут. Позвоните им, предупредите, что останетесь, прошу вас! – он понял моё молчание не так.
– Зачем? – выпалила я так мучивший меня вопрос.
От тёзки пришло сообщение – как же не вовремя.
– Что – зачем? – не понял меня, отвлекаясь на звяканье телефона, молодой человек.
– Зачем мне оставаться? Для чего именно? – понимая, что он устал так же как и я, но давая ему шанс отдохнуть без меня.
– Вы сказали, что вам приятно моё внимание. Я хочу окутать вас своим вниманием и своей любовью, не уходите! – он встал на колени и приник губами к моим рукам.
Я не буду с ним играть, не буду лгать, никогда.
Такой юный и наивный, настоящий и очень воспитанный.
И как же я устала сегодня.
– Не надо спать на диване. Я вам доверяю. Я останусь.
Пока останусь, пока я ему нужна и интересна, вот только не знаю почему. Не верю я уже в любовь, ох, не верю.
Но я узнаю причину, обязательно!
Никакой суеты, он просто встал и проводил меня в спальню.
Закрыл за мной дверь и оставил одну.
Так нечестно!
Я стояла перед закрытой дверью, не зная, что он делает там, с другой стороны. Раньше хорошо строили – крепкие двери, толстые стены, отличная звуко-изоляция.
Трещинки на краске, как морщинки или шрамы.
Шрамы времени.
Новое название кракелюр, красивое, французское кажется, но новое, русское – трещины, и видно старый слой краски, нутро видно.
Я провела пальцем по краю облупившейся полосы, вздохнула.
Потом обернулась и осмотрела комнату.
Красивая кровать с явно свежим застеленным бельём – когда он успел?
Или с утра готовился?
Или это обычная практика – привозить сюда дам?
Спрошу, мне любопытно.
Не сейчас, но спрошу!
Гардероб – шифоньером эту старину назвать язык не поворачивается!
Шикарный, тоже в трещинах старинной лакировки…
Погладила пальцами загогулины и завитушки – очень красивый…
Кровать огромная… к ней страшно подходить.
Плотные шторы на окнах – неужели бархатные?
Я не ошиблась, бархатные на подкладе – приятные и мягкие на ощупь!
Под ними очаровательный чёрный тюль, органза, как сейчас говорят, совершенно без узоров, но так мило сшит неровным краем и драпировкой, что смотрится невыносимо прекрасно!
Кто же вы такой, студент?
Маска, я тебя знаю?
Его портрет над кроватью – графика.
Как же он хорош именно в графике, ни грамма лишнего, цвет не отвлекает.
Глаза, волосы, рубашка распахнута, но намёки на складки – ну кто же рисует таких красавчиков одетыми?
Одежда и не прорисована, только намёк – лицо четкое, графичное, как на фото, но с характером.
С характером рисовавшего.
Любовь?
Везде любовь.
Это так прекрасно!
Стук в дверь прервал поток мыслей.
– Да? – я даже не обернулась, так и любовалась портретом.
– Я подумал, что может пригодится одежда? У меня мало что есть, но вы посмотрите? – стопка белья в руках и смущённый вид.
Как же он хорош!
– Можно я вас буду смущать? – мне захотелось коснуться его руки, но сначала пошалю!
– Я сплю с капелькой духов. После душа. У вас есть полотенце? – и я протянула руку к белью в его руках и нащупала махровое полотенце.
Роскошный румянец в обе щеки и весёлые глаза!
Я бы сказала бесшабашные!
Отвисшая челюсть и:
– А-а… м-м-м!