Оса
Шрифт:
Моури слегка кивнул, внимательно рассматривая головорезов. Они были очень похожи, скорее всего – братья. Плоские лица, тяжелый взгляд, заостренные уши плотно прилегают к черепу. Судя по виду, каждый готов продать другого в рабство, если за это хорошо заплатят.
– Мы не услышали твоего имени, – процедил Скрива, ощерившись. У него были редкие острые зубы.
– И не услышишь, – ответил Моури.
– Да ну? – взвился Гурд.
– Это вас не должно волновать, – сказал Моури. – Если твой котелок варит хоть немного, тебе должно быть ясно – не имеет значения, кто снабжает гильдерами: важно, что они есть.
– Да, он прав, парни, – вступил в разговор Архава; глаза у него заблестели. – Деньги остаются деньгами, откуда бы они ни появились. Заткнитесь.
– Мне просто хотелось знать, – смущенно промямлил Гурд.
Архава продолжил разговор с настойчивостью дельца, почуявшего выгодную сделку:
– Я рассказал парням о твоем предложении. Они заинтересовались – Квадратная Челюсть повернулся к приятелям. – Не так ли?
– Ага, – кивнул Скрива и уставился на Моури. – Тебе нужно кого-то пришить. Так?
– Мне нужно убрать одного человека; каким способом – меня не интересует.
– Что ж, это мы можем… – На его лице появилось выражение такой свирепости, что Моури понял: этот тип еще в младенчестве был достойным клиентом для тюрьмы.
Затем Скрива добавил:
– За пятьдесят тысяч.
Глубоко вздохнув, Моури встал и шагнул к двери.
– Долгих лет!
– Вернись! – Скрива вскочил, замахав руками.
Архава был явно напуган и выглядел так, словно любимый дядюшка неожиданно лишил его богатого наследства. Гурд нервно облизнул губы.
Открыв дверь, Моури остановился на пороге:
– Ну что, будем говорить серьезно или нет?
– Конечно, – взмолился Скрива. – Я просто пошутил! Иди сюда, садись!
– Принеси-ка нам четыре зиса, – обратился Моури к бармену, скучавшему за стойкой. Затем он вернулся за столик. – Только без глупых шуток. У меня нет чувства юмора.
– Забудем об этом, – с готовностью предложил Скрива. – У нас есть несколько вопросов.
– Выкладывай, – милостиво разрешил Моури. Он взял у официанта кружку с зисом, глотнул и покровительственно посмотрел на Скриву.
Тот спросил:
– Кого нам нужно прихлопнуть? И как мы получим деньги?
– Для начала займитесь полковником Хейгом Ридарта. – Моури нацарапал что-то на листке бумаги и протянул его Скриве. – Тут его адрес.
– Ясно, – произнес тот, взглянув на листок. – А деньги?
– Пять тысяч – сейчас, в знак моего доверия; остальные – когда дело будет сделано. – Моури остановился и предостерегающе поднял палец. – Но вашего отчета мне недостаточно. Об убийстве должны сообщить в новостях, а до тех пор я не дам ни гроша.
– Не очень-то нам доверяешь, да? – сказал Скрива, нахмурившись.
– Не больше, чем следует.
– Мы тоже.
– Послушайте, – произнес Моури, стараясь говорить убедительно, – нам придется иметь дело друг с другом, нравится это вам или нет. У меня имеется длинный список. Если вы справитесь с первым заданием и я вас обману, полагаю, вы не будете работать дальше, ведь так?
– Да.
– Вы можете меня заложить, но тогда денег вам не видать – больших денег. Намного больше, чем заплатят в Кайтемпи за десяток таких, как я. Понимаете? Я плачу намного щедрее, чем Кайтемпи, парни. Вы что, не хотите разбогатеть?
– Мне противно даже помыслить о такой глупости, – заверил Скрива. – А где же пять тысяч?
Моури передал под столом пакет. Трое головорезов, шурша бумажками, пересчитали деньги. Затем Скрива поднял голову, лицо его разрумянилось.
– Считай, ты нас купил. Кто этот соко, Хейг Ридарта?
– Один жук, который слишком зажился на этом свете.
Тут было не слишком много правды. В справочнике Хейг Ридарта значился как командир отряда космической обороны. Но его имя упоминалось в одном письме, которое Моури нашел в квартире Свиного Рыла. Очевидно, Хейг Ридарта был сотрудником Кайтемпи, в чине не ниже старшего офицера; следовательно, он являлся весьма подходящей кандидатурой для намеченной акции.
– Почему тебе захотелось его убрать? – спросил Гурд, все еще надутый и подозрительный.
Прежде чем Моури успел ответить, Слива зашипел на него:
– Заткнись! Это не твоя забота. Ты можешь не раскрывать пасть хотя бы за двадцать тысяч?
– Мы их еще не получили, – резонно заметил Гурд.
– Получите, не сомневайся, – успокоил его Моури. – И даже намного больше. В тот день, когда газеты или радио сообщат о смерти Хейга Ридарты, я приду сюда в это же время, принесу пятнадцать тысяч и сообщу имя следующего клиента.
– Да уж, советую тебе не задерживаться, – сердито пробурчал Гурд.
У Архавы был свой интерес:
– А какая доля пойдет мне – за то, что я нашел ребят?
– Не знаю. – Моури повернулся к Скриве. – Сколько вы собираетесь ему дать?
– Кто? Я? – Скрива был очень удивлен.
– Да, ты. Этот господин хочет получить комиссионные. Или, по-твоему, я должен ему платить из своего кармана? Думаешь, я печатаю деньги?
– Кому-то из вас придется раскошелиться, не то… – начал Архава, и это была его роковая ошибка.
Скрива наклонился к нему, дыша прямо в лицо:
– Не то – что?
– Ничего, – просипел Архава, отпрянув. – Абсолютно ничего.
– Так-то лучше, – одобрил Скрива; в его голосе зазвучали стальные ноты. – Так намного лучше. Сиди тихо, будь умницей, Бутин, и тебе достанутся крошки с нашего стола. Если начнешь суетиться, не сможешь проглотить даже крошек. Боюсь, ты уже очень близок к этому. А ведь как плохо, когда парень не может глотать. Тебе бы это не понравилось, правда, Бутин?
Архава сидел неподвижно, прикусив язык. На лице у него проступили багровые пятна.