Орленев
Шрифт:
ную труппу Далматова, отправившуюся в поездку по южным го¬
родам страны.
Репертуар у гастролеров был уже игранный: «Трильби», «Се¬
вильский обольститель», тургеневская «Провинциалка», «Бан¬
крот» Бьёрнстьерне Бьёрисона, серия водевилей и, как гвоздь
программы, первая часть трилогии А. К. Толстого — «Смерть
Иоанна Грозного», «разрешенная к постановке в провинции ис¬
ключительно г. Далматову», как сообщала реклама в местных
газетах. Гастроли проходили более чем посредственно, актеры
собрались сильные, а сборы были жалкие, едва оправдавшие рас¬
ходы на содержание труппы. Так, например, в Екатеринославе,
нынешнем Днепропетровске, по словам журнала «Театр и искус¬
ство», вместо «пятнадцати объявленных спектаклей труппа Дал¬
матова сыграла еле-еле пять» 24. В поездке, хотя условия ее были
неудобные, Орленев оживился и, как в недавние годы службы
в провинции, придумывал разного рода веселые мистификации;
особенно от него доставалось антрепренеру Шильдкрету, у кото¬
рого при скверном обороте дел каждый заработанный рубль при¬
ходилось добывать хитростью. Но эти развлечения не доставляли
Орленеву прежней радости, его дорогие ужины, которые потом
оплачивал по счетам хозяев гостиниц Шильдкрет, из импровиза¬
ций постепенно превратились в заученный прием. И Орленев
горько пил, мучаясь от преследующих его «комплексов», от тют¬
чевской драмы невыраженных чувств — «Как сердцу высказать
себя? Другому как понять тебя?»
«.. .Я носил в душе,— не очень складно писал Орленев в своих
мемуарах,— неудовлетворенность от той боли, которую причиняла
невозможность для меня выступать в драме благодаря малень¬
кому росту и неподходящему лицу» 25. Он долго не хотел мириться
с этой невозможностью, но в конце концов его силы истощились.
Вот и теперь, во время гастролей далматовской труппы, харьков¬
ская газета «Южный край», похвалив Орлеиева в роли слуги
Педро («Севильский обольститель»), особо отметила выигрыш-
ность «занимаемого им амплуа» 26. А это амплуа давно стало поме¬
хой для его развития, преградой, перешагнуть которую он не мог.
Правда, в том же Харькове произошел примечательный случай,
описанный Орленевым в его мемуарах как счастливое знамение
судьбы.
В «Смерти Иоанна Грозного» Далматов поручил Орленеву
маленькую роль царевича Федора, про которого А. К. Толстой
в «Проекте постановки трагедии» говорит, что интересен он глав¬
ным образом тем, как «личность Иоанна отражается на нем
рефлексами» 27. Эту чисто антуражную роль, переламывая свое ам¬
плуа, он играл с наивозможпой серьезностью, опасаясь, что доб¬
рый и запуганный царевич-пономарь может показаться публике
смешным, вопреки замыслу трагедии. И вот что произошло
дальше, по словам самого Орленева.
В подвальном, «крысином» номере захудалой харьковской го¬
стиницы после спектакля он в одиночестве пил водку. Неожи¬
данно к нему пришли Качалов и Тихомиров и стали его стыдить:
зачем он губит себя, ведь перед ним открыто будущее, и есть
проницательные люди, которые уже теперь это понимают. В ка¬
честве последнего доказательства Тихомиров извлек из кармана
харьковскую газету, где в рецензии о постановке трагедии
А. К. Толстого, мимоходом неодобрительно отозвавшись о Дал-
матове — Грозном, автор обстоятельно писал об игре Орленева,
о его тонком чтении, скорбном тоне, об исступленном крике ца¬
ревича Федора над трупом Грозного. В заключение критик (Сер¬
гей Потресов, впоследствии писавший под псевдонимом Сергей
Яблоновский) высказал уверенность: если когда-нибудь «свет
рампы увидит вторую часть трилогии Толстого, я предсказываю
этому актеру мировую известность». Прочитав рецензию, Орле-
нев взволнованно спросил у Качалова и Тихомирова, что это за
вторая часть, они объяснили, как могли, и, более того, на послед¬
ние деньги купили трилогию А. К. Толстого и подарили ему.
С этого времени роль Федора так захватила Орленева, что он
стал ею бредить на протяжении полутора лет, вплоть до октября
1898 года, до дня премьеры в суворинском театре.
По долгу биографа я пытался отыскать эту рецензию Потре-
сова-Яблоновского в старых комплектах «Южного края», где он
постоянно сотрудничал в девяностые годы, иногда подписывая
заметки инициалами С. П., и, к своему смущению, нашел совсем
не то, на что рассчитывал. В «Южном крае» в разделе «Театр
и музыка» была напечатана рецензия, озаглавленная «В. П. Дал¬
матов в роли Иоанна Грозного», в которой говорилось, что «испол¬
нением роли Грозного г. Далматов показал, что он не только круп¬
ный талант, но и в высшей степени добросовестный ювелир-худож¬
ник. .. Более верную в историческом смысле и более стильную
фигуру трудно себе представить» и т. д. А об Орленеве в этой
рецензии, подписанной инициалами С. П., сказано кратко: «Хо¬
роши были г-жа Кускова в роли царицы Марии и г. Орленев
в небольшой роли царевича Федора» 28. И того только.