Опыты
Шрифт:
Недавно передали по радио
нечто, похожее на плохую пародию.
Диктор сказал, что нашего дорогого товарища Пельше
не существует больше.
Однако вернемся к результатам моего эксперимента:
БИРЮЛЕВСКИЕ АФОРИЗМЫ
1.
Едва ли возможно творческое горение
в том, у кого нарушен процесс пищеварения.
2.
При функциональных расстройствах кишечника
не помогут и воды кастальского источника.
3.
Пока поэта терзает понос,
он не в силах покорить Парнас.
4.
Если большую часть времени проводишь в сортире,
нелегко обратить свои устремления к литературе.
5.
Когда делишь досуг меж постелью и унитазом,
лучшие творческие замыслы могут обернуться конфузом.
6.
Самая мысль о поэзии становится постыла
при наличии такого жидкого стула.
7.
Вообще дар стихосложения крайне редок
в том, у кого расстроен желудок.
8.
В этом состоянии все лирические эмоции
Требуют существенной коррекции.
9.
При такой интенсивной перистальтике
искажаются все представления об эстетике.
10.
Сведя рацион к таблеткам энтеросептола,
забываешь о проблемах версификации и стиля.
11.
Когда становишься ко всему, кроме своих частых позывов, бесчувственным, как полено, -
не приходится рассчитывать на благосклонность Аполлона.
Собственно, после таких афористических высказываний о природе художественного творчества я испытываю сильное искушение, как выражаются некоторые нынешние прозаики, «похилять на коду», — иначе говоря, повести дело к концу. И мне бы очень хотелось, чтобы у читателя сложилось впечатление, что я заканчиваю свое повествование, так толком его и не начав То есть я, конечно, не хочу, чтобы читатель почувствовал себя обманутым подобно зрителям «Королевского жирафа» из «Приключений Гекльберри Финна», но некоторая неудовлетворенность и даже разочарование вполне бы меня устроили. Мне кажется, что, испытав однажды эти чувства, читатель проявит повышенный интерес к моим новым произведениям, в которых он будет надеяться найти то, что я, по его мнению, недосказал в этом. Да и вообще, идеальной с художественной точки зрения мне видится такая ситуация, когда все произведение от первой до последней строчки является лишь развернутым предисловием к самому себе. И, кажется, у меня на этот раз получилось что-то похожее.