Чтение онлайн

Я героически отказался от мысли взгромоздить на себя всё своё имущество и решил спуститься в основной зал таверны налегке. Оказалось, что в здании удивительно хорошая шумоизоляция.

Едва я открыл дверь, на меня обрушился рев гуляющей внизу дружины. Гридни вразнобой ревели песни. Складывалось впечатление, что гуляют они уже не первый день. Хотя, может так оно и было...

Моё появление было встречено радостными воплями, от которых вздрогнули стены. Даже павшие в неравном бою с местным алкоголем воины сумели вернуться в строй и поднять кубки за мое здоровье.

— За нашего князя, други! — поднялся из-за переполненного стола Никита, — За главу Рода, который одной своей волей смог наделить своих воинов даром и силой защитить свою землю!

— Здраво! — хором взревели гридни. У меня в руке откуда-то появился деревянный кубок и я без раздумий осушил его до дна. Местное пиво оказалось на удивление приятным.

На душе было легко и спокойно. Ещё один вопрос, беспокоивший меня всё это время, был закрыт. Дружинников за длинным столом было почти два десятка, а Никита выглядел здоровым и полностью довольным жизнью.

Для меня быстро освободили место между двумя военачальниками и я немедленно накинулся на еду. Жареное мясо, солёные грибочки, рассыпчатая каша... Всё это исчезло с невероятной скоростью до тех пор, пока в моей зоне досягаемости не осталось ничего, кроме объемистых кувшинов с пивом. Правда, этот ресурс исчерпать оказалось невозможно. Пара симпатичных подавальщиц ловко меняли опустевшую посуду и застолье продолжалось с прежним размахом.

— Как вы сходили в Шумячи? — когда окончательно наполнился и отдуваясь отвалился от стола, спросил я.

— Нормально сходили, — улыбнулся Никита, — Гораздо спокойнее, чем вы тут нас ждали...

— Что с конями? — уточнил я. Искать источник осведомленности десятника смысла не было. Один возвышался справа от меня, а остальные сидели вокруг. Наверняка Никита успел разузнать о наших злоключениях во всех деталях, пока я отсыпался.

— Добыли, — степенно кивнул ратник, — И коней и скотины какой-никакой. Только проблема с местными у нас. Странные они. Такое впечатление, что не знают что с этим добром делать.

— В смысле? — не понял я.

— В смысле коровы так и стоят на околице, — пояснил десятник, — Думали хотя бы по дворам развести, но куда там! Кур ещё кое-как пристроили, а с остальным беда прямо.

— Ну пойдём посмотрим, — добродушно улыбнулся я. Настроение было любить весь мир. Я был готов помогать всем и каждому, да и сидеть за столом уже не хотелось. Гридни затянули очередную песню и от их рёва звенело в ушах.

На улице уже вечерело. Закатное солнце частично скрылось за деревьями, но видно было хорошо. По своим делам сновали местные жители. Я видел вокруг обычные человеческие лица и жуткие трансформации темного измерения этого мира сейчас казались просто страшным сном.

В отдалении стояло то самое стадо из полутора десятка коров. По местным меркам, это было очень крупным объектом движимого имущества. Не всякая деревня могла себе позволить такое богатство. Взгляд неожиданно зацепился за массивную крону волшебного древа и по спине пробежала едва ощутимая дрожь. Не от того, что дерево в очередной раз выросло. Это как раз было вполне объяснимо. А от того, что рядом с ним виднелись силуэты каких-то людей. Повторения недавних событий я очень не хотел.

— Пойдём-ка проверим кое-что, — быстро шагая в сторону древа, произнёс я.

У ствола обнаружился почётный караул из двух дружинников. Между гриднями, с отрешенной физиономией на деревянном лице сидел мой фамильяр. Близко подходить мы не стали. Никита меня остановил и негромко произес:

— Лучше его не трогать, — опасливо оглядываясь на лешего, сообщил десятник, — Нервный Куст какой-то стал. На всех кидается, кто ближе чем на сажень к древу подходит. И всё про какие-то ключи твердит. Что только ты подходить можешь...

— Добро, — с облегчением вздохнул я. Леший осознал всю глубину своей ошибки и теперь грудью встал на защиту системы межмирового переноса. Это успокаивало, но мысль как-то ещё защитить или спрятать опасный артефакт меня не покидала, — Тогда идём к коровам.

По дороге мы поймали пару собирательниц. Девицы отчаянно краснели, но руководству населённого пункта отказать не смогли. Куда их ведут никто из девушек спросить не решился.

— Знаете кто это? — прямо спросил я, указывая на флегматичных буренок.

— Коровы, городовой, — покладисто ответила одна девушка.

— Красивые, — смущённо добавила вторая.

— Себе в хозяйство таких не хотите? — спросил я, — За даром отдам!

— Эээ...

Обе девушки ненадолго зависли, а потом внезапно начали обсуждать между собой какие-то свои дела. Такого откровенного игнора я от них не ожидал. Выручил Никита.

— Вот так всё время, — с досадой произнёс воин, — Словно не слышат. Я уже со всеми почитай поговорить успел!

Разгадка странного поведения жителей нашлась в системе строений города. Там имелось сразу два отдельных пункта для регулирования скотоводства. Пастух и мясник. Оба нуждались в отдельных строениях и душах. Никаких дополнительных ресурсов не требовалось, а все первоначальные условия уже были выполнены.

Я отстроил нужные здания и среди жителей немедленно началась стихийная активность. Вся скотина была разделена на группы по ценности и качеству. Кто-то притащил из кузни клеймо. Буренок быстро распределили между новыми хозяевами и пастух принялся за работу.

Иногда условности механики этого города вызывали оторопь своей непреклонностью. В один момент жители ничем не отличались от обычных людей, а в другой совершенно теряли всякую индивидуальность и просто не могли перешагнуть через простейшие границы.

— Как выжившие отреагировали на ваши действия? — когда с раздачей коров было закончено, спросил я.

— Никак, — отвёл глаза в сторону Никита, — Не было там выживших. Скотина, птица, вещи — всё было на своих местах. Даже кони ждали там же. А людей не было... Ни одного. Даже тел не нашли...