Чтение онлайн

Министр внеземных территорий. Ваши превосходительства, господа! Положение наше не совсем благополучно. Мы лишились Луны. Это потеря, которую я лично воспринимаю еще более болезненно, чем утрату Австралии. Договор в Пью-Дели отнял у нас всю обращенную к Земле сторону этой планеты, а ее природные условия, столь враждебные человеку, исключают всякую возможность военных действий против русских лунных цитаделей.

Военный министр. Мы не должны были подписывать Нью-Делийский договор.

Вуд. Обращаю внимание военного министра Костелло на то, что и он не видел тогда другого выхода, кроме этого злосчастного договора, который я вынужден был подписать. Это была единственно возможная политика, поскольку мы в тот момент не были готовы к применению иных, неполитических средств. Прошу министра внеземных территорий продолжать.

Министр внеземных территорий. Ваши превосходительства, господа! Марс объявил о своем нейтралитете и слишком силен для того, чтобы его можно было принудить к выступлению на стороне русских или нашей. Остается Венера. Прошу предоставить слово статс-секретарю по венерианским делам.

Вуд. Слово имеет статс-секретарь по венерианским делам.

Статс-секретарь. Ваши превосходительства! Я полагаю весьма целесообразным обрисовать собравшимся здесь членам правительства положение на Венере. В климатическом отношении оно катастрофично. Эта планета находится в том же состоянии, что Земля сто пятьдесят миллионов лет тому назад. Венера настолько не приспособлена для подлинной колонизации, что России, равно как и нашим Соединенным Государствам, пришлось отозвать оттуда своих комиссаров.

Вуд. Я слышал несколько иную версию.

Статс-секретарь. Если уж быть точным, сэр Хорэс Вуд, то комиссары сами отказались вернуться на Землю, вследствие чего решили не посылать туда новых.

Вуд. Как звали нашего последнего комиссара?

Статс-секретарь. Бонштеттен.

Вуд. Когда он подал в отставку?

Статс-секретарь. Десять лет тому назад.

Вуд. Почему он не вернулся?

Статс-секретарь. Неизвестно.

Вуд. Продолжайте, господин статс-секретарь.

Статс-секретарь. Ваши превосходительства, господа! Хотя планета Венера и не пригодна для заселения, она все-таки приносит известную пользу. Как мы, так и Россия со своими союзниками еще двести лет назад превратили Венеру в место ссылки и поныне используем ее исключительно в этих целях. Наши планетопланы выгружают на нее осужденных и немедленно улетают, избегая какого бы то ни было соприкосновения с ссыльными.

Вуд. Стало быть, заключенным предоставлена свобода?

Статс-секретарь. В пределах Венеры - да. Для Земли же они мертвы.

Вуд. Политическая ситуация?

Статс-секретарь. Неизвестна.

Вуд. Численность населения?

Статс-секретарь. Неизвестна.

Вуд. Сколько человек мы туда отправляем?

Статс-секретарь. Тридцать тысяч ежегодно.

Вуд. А русские?

Статс-секретарь. Неизвестно.

Вуд. Не понимаю, зачем существует департамент по венерианским делам, если мы ничего не знаем об этой планете.

Статс-секретарь. Ваше превосходительство, задача этого департамента этапирование туда ссыльных. Дальнейшая их судьба не входит в компетенцию департамента. Мы удаляем осужденных с Земли - это главное. Прошу теперь военного министра осведомить нас о своих целях.

Военный министр. Они чрезвычайно просты. Речь идет о превращении Венеры в базу для войны против России и Азии. В стратегическом отношении эта планета обладает тем преимуществом, что облачность ее атмосферы исключает возможность наблюдения за ее поверхностью. Нападение может быть осуществлено внезапно, что немыслимо на Земле, поскольку и у нас и у русских есть искусственные спутники, с которых обе стороны могут наблюдать друг за другом. Считаю, что население Венеры составляет миллиона два человек. Для водородно-кобальтовой атаки против России и Азии мне нужно двести тысяч человек: этого достаточно для изготовления планетопланов и бомб, при условии, что мы оставим на Венере некоторое количество ученых.

Вуд. И вы располагаете ими?

Военный министр. Они на борту.

Вуд. С кем нам предстоит вести переговоры?

Министр внеземных территорий. С неким Петерсеном.

Вуд. Имеются ли более подробные сведения об этом господине?

Министр внеземных территорий. Он убийца, по национальности немец.

Военный министр. Прелестная перспектива!

Министр внеземных территорий. Затем с неким Джоном Смитом.

Вуд. Что нам известно о нем?

Министр внеземных территорий. Родился на Венере, сын американского коммуниста.

Военный министр. Еще чище!

Министр внеземных территорий. И наконец, с неким Яковом Петровым, о котором мы вообще ничего не знаем.

Военный министр. Похоже, что это русский.

Вуд. Господа! Наша миссия возложена на нас лично президентом. Возложена к всеобщему нашему удивлению и до некоторой степени опрометчиво: как выяснилось, нам известно о Венере очень мало. Руководить осуществлением этой миссии придется мне. Мы стоим перед трудной задачей. Мы не знаем, чего добиваются уполномоченные этой планеты, которые поведут с нами переговоры; не знаем мы и того, с какой формой государственного устройства столкнемся - с диктатурой или парламентарной системой. Положение весьма серьезно. Чтобы не потерять все, мы вынуждены рискнуть всем. Итак, мне остается лишь пожелать успешного завершения операции "Вега".

Маннерхайм. Прежде чем перейти к событиям, развернувшимся на Венере, я воспроизведу еще две беседы его превосходительства сэра Хорэса Вуда. Первую он имел со мной в тот момент, когда в пространстве перед нами угрожающе замаячила Венера, напоминая размерами Луну, но гораздо более яркая и белая.

Вуд. Скоро на посадку, Маннерхайм?

Маннерхайм. Через шесть часов, ваше превосходительство.

Вуд. Значит, через шесть часов вы приступите к выполнению своего задания.

Маннерхайм. Какого задания, ваше превосходительство?

Вуд. Президент поручил вам держать меня под наблюдением. Он боится, как бы я не последовал примеру наших комиссаров и не остался на Венере.

Маннерхайм. Не понимаю вас...

Вуд. Вы сотрудник секретной службы.

Маннерхайм. Ваше превосходительство!

Вуд. И у вас в кармане машинка, с помощью которой можно записывать разговоры.

Маннерхайм. Не знаю...

Вуд. Зато я знаю, Маннерхайм. Как сотрудник секретной службы, вы не имеете права признаться в своей принадлежности к ней. Поэтому не будем углубляться в этот вопрос. Нам ведь обоим известно, что поставлено на карту.

Маннерхайм. Вторая беседа велась с полковником Руа в наблюдательном салоне перед самой посадкой. Запись несколько раз прерывается, так как, боясь возбудить подозрения, я осуществлял ее в крайне трудных технических условиях.

Вуд. Один вопрос, полковник Руа.

Руа. Слушаю, ваше превосходительство.

Вуд. Три года тому назад вы атаковали Варшаву с планетоплана "Денеб"?

Руа. Так точно.

Вуд. А в прошлом году Ханой с планетоплана "Альтаир"?

Руа. Совершенно верно.