Опал
Шрифт:
Аэрум потянулся ко мне, но моя красно-белая молния отшвырнула его, и он грохнулся на пол. Энергия затопила меня, как бьющий через край горный поток. Однако оникс ослабил мой удар, и аэрум вскочил на ноги. Дэймон к этому времени уже разобрался со вторым нападавшим: еще один хлопок – и коридор заволокло черным дымом. Мой противник, лишившийся темных очков, стоял напротив. Глаза у него оказались голубыми, цвета бледного зимнего неба, и даже более холодными, чем у Саймона. Я отступила, сжимая в кулаке обсидиан.
Аэрум улыбнулся, крутанулся на месте и двинул меня ботинком в раненую ногу. Я взвизгнула и оступилась. Враг схватил меня за шею и поднял в воздух. Дэймон с горящими от ярости глазами оглянулся на мой вопль, а позади на него уже нависал аэрум.
– Дэймон! – заорала я и вонзила обсидиановое жало в грудь схватившего меня инопланетянина. Тот ослабил хватку, и я в сотый раз шлепнулась о цементный пол. Дэймон едва успел увернуться от нападавшего. Пораженный мной аэрум взорвался с такой силой, что мне чуть не снесло голову.
Тем временем Дэймон схватил врага и отбросил на несколько футов. Я поднялась на подгибающихся от слабости ногах, сжимая обсидиан в дрожащей руке.
– Уходим! Нам надо уходить! – закричал Доусон, схватил Бет и начал пробираться к двери, едва уклонившись от очередного аэрума. – Немедленно!
Кого-кого, а меня не нужно было уговаривать. Эту битву мы выиграть не могли. Время поджимало, а четверо аэрумов упорно продолжали наступать на нас. Видимо, оникс совершенно на них не влиял. Не обращая внимания на боль, я метнулась вперед, но тут кто-то схватил меня за ногу. Я рухнула на пол. Пришлось выпустить из руки обсидиан, чтобы защитить лицо. От ледяного прикосновения аэрума нога сразу онемела, а он еще сильнее вцепился мне в лодыжку.
Извернулась и другой ногой саданула гада в лицо. Раздался отчетливый хруст, потом – вопль. Аэрум отстал. С трудом поднялась и, сжимая зубы от боли, япоковыляла к Дэймону. Он развернулся и побежал ко мне. И в этот самый момент по зданию прокатился низкий гул. Он все усиливался и усиливался, оглушая нас. Мы замерли. Туннель затопил свет, защелкали автоматические замки: щелк-щелк-щелк, – и так без конца.
– О нет! – прошептал Мэтью, не отрывая взгляда от туннеля. – Только не это…
Мы с Дэймоном оглянулись. Синий свет озарял туннель, мерцающие лучи потрескивали, образуя сплошные завесы. Они появлялись одна за другой, каждые десять футов, все ближе и ближе… Один из аэрумов угодил под голубой луч. Раздался громкий треск, будто муха попала в электрическую ловушку. Вспышка – и аэрум исчез, словно его и не было.
– Господи… – прошептала я.
«Опасайтесь голубых лучей, – предупредил нас когда-то Блейк. – Это – лазеры, которые разрежут вас на кусочки».
Дэймон протянул мне руки, но было слишком поздно. Раздался щелчок, и между нами вспыхнула голубая завеса. Горячая волна взметнула мои волосы, и я отшатнулась, Дэймон закричал. Это было невероятно, совершенно невозможно. Мой мозг просто отказывался поверить в случившееся. Дэймон остался по одну сторону завесы, а я – по другую. И выход был не с моей стороны. В зеленых глазах Дэймона было столько ужаса, что мое сердце разбилось на миллион осколков. Он моментально все понял: я попала в ловушку, и меня окружали аэрумы. И тут до нас донесся приближающийся грохот тяжелых ботинок. Казалось, что враги наступают со всех сторон, и спереди, и сзади. Я же не могла отвести взгляда от Дэймона.
– Кэт, – умоляюще прошептал он, но его голос заглушила взвывшая сирена.
Дэймон отреагировал мгновенно, но впервые в жизни этого оказалось недостаточно. Аварийные двери начали выползать сверху и снизу. Он кинулся к панели, начал стучать по ней, но все было бесполезно. Двери продолжали сдвигаться. Смертоносный голубой свет разделил нас. Дэймон кинулся было ко мне, намереваясь прорваться через лазеры. Нет! Его же убьет!
Я обратилась к Источнику и, зачерпнув столько силы, сколько смогла, оттолкнула Дэймона от голубой завесы. Силы мои иссякали, но в этот момент очнулся Мэтью. Он схватил упирающегося Дэймона за пояс и потащил к выходу. Тот пытался вырваться, словно обезумел, но Мэтью не сдавался. Ноги больше меня не держали, я тяжело осела на пол.
– Нет! Пожалуйста! Нет! – истошно вопил Дэймон. – Кэти!
А топот и голоса неуклонно приближались, так же как и аэрумы, чей холод пробирал до костей. Я уже чувствовала их за спиной, но продолжала смотреть на Дэймона. Мы не могли оторвать друг от друга взгляд. Я подумала, что никогда в жизни не забуду ужаса и отчаяния в его глазах. Все было слишком страшно, чтобы быть правдой. Попыталась ободряюще ему улыбнуться, но у меня ничего не получилось, а двери все выдвигались.
– Со мной все будет хорошо, – прошептала я сквозь слезы. – Все будет хорошо.
Зеленые глаза Дэймона заблестели. Он тянул и тянул ко мне руку, но его пальцы не могли коснуться лазерных лучей.
– Я люблю тебя, Кэти. И всегда буду любить! – исступленно прокричал он. – Я приду за тобой! Обещаю!
– Я тоже тебя люблю, – шепнула я, но тут аварийные двери с мягким стуком захлопнулись.
Дэймона больше не было. Я осталась в капкане вместе с аэрумами и «Дедалом». На какой-то миг мой разум помутился. Я открыла рот, чтобы закричать, но от ужаса не смогла издать ни звука. Медленно повернувшись, подняла лицо. Слезы градом катились по щекам. Рядом стоял аэрум и рассматривал меня, склонив набок голову. Его глаза прятались за темными очками, я порадовалась, что не вижу их.
Он опустился на колени. За спинами аэрумов показались люди в черной униформе. Аэрум коснулся ледяным пальцем моей щеки, стирая слезу. Я отшатнулась, вжимаясь спиной в аварийную дверь.
– Будет больно, – произнес он и склонился ко мне так, что меня обдало его холодным дыханием.
– Господи… – прошептала я.
Каждая клеточка моего тела отозвалась болью, но я не могла дышать, не могла даже пошевелиться. Ни руки, ни ноги не слушались. Кто-то грубо перевернул меня на бок, но мне уже было все равно. Кажется, я пыталась кричать, однако звука не было.
И не было Дэймона.