Они уходят
Шрифт:
Ранние птицы славят наступающее утро.
Телефонный звонок. С неудовольствием взглянул на часы, зелёные цифры бесстрастно показывают шесть тридцать одну. Посмотрел на экран и похолодел, Андрюха! Рыболов несчастный! Угораздило же меня согласиться! С внутренним стоном поднял трубку.
– Ну что готов послужить Отчизне? – бодрый жизнерадостный голос.
– Слушай, тебе ведь завтра в шесть на работу вставать, а ещё и в воскресенье поднялся ни свет ни заря! К тому же безвинных мирно почивающих граждан поднимаешь!
Но друга собравшегося на рыбалку не остановить, как новый танк «Армата», а боезапас, в отличие от железной машины у него бесконечен!
– Давай – давай поднимайся! Сам говорил, слово мужика закон!
– Мужик хозяин своего слова, – продолжаю отбрёхиваться: – Как дал, так и обратно забрал!
– Никто тебя за язык не тянул, – продолжает давить Андрей, – Тем более с нами ещё Петрович намылился!
– О Петровиче речи не было!
– Тебе что место в машине жалко, он обещал деньгами бензин компенсировать!
– Ещё чего не хватало!
– Всё равно уже проснулся, собирайся, давай! В семь около дома жду, во двор не заезжай, там приткнуться некуда!
Кляня себя за опрометчивое обещание, данное не без давления со стороны заядлого рыбака, встал одеваться.
Несмотря на ранний подъём, и принуждение к абсолютно не нужной поездке, настроение приподнятое. От вчерашней головной боли не осталось и следа. Может, повлиял удивительный сон, несомненно, навеянный сказочной гостьей? Кстати, как она там?
Включил свет в коридоре, чтобы не мешать спящей, но на кухне меня встретила уже привычная ласковая улыбка. Щёлкнул выключателем, бездонные медовые глаза. Всё-таки они не меняются от освещения, она сама меняет их цвет, или это зависит от настроения?
Уже привычно стараюсь объяснить, что нужно срочно уехать. Похоже, язык образов скоро будет у меня вторым.
Добрался даже быстрее, чем планировал, но медведеобразная фигура уже спешит к машине. С кряхтением устраиваясь рядом, Андрей спросил:
– Что с Ленкой-то не поделили?
– Ты откуда знаешь?
– Королева Марго вчера моей Насте жаловалась
– Вот без кого наша жизнь бы замерла, но оказалась бы гораздо спокойней!
– Ты колись, давай! – толкнул меня в плечо, – Новая пассия!?
– Где твой Петрович?
– Вон в тот проулок сверни, он на следующем перекрёстке должен ждать! – и упрямо продолжил: – Елене что полный афронт? Женщина-то нормальная, да и моей Насте понравилась…
– Давай потом поговорим, не при чужих людях!
Ещё одна необъятная фигура показалась под фонарём.
В воскресное утро машин в городе почти нет и когда начало светать мы уже ползли по убитой лесной дороге. Хорошо, что в лесу ещё держится снег. Если развезёт, проехать здесь можно только на тракторе.
Открылся унылый серый берег, цель рыбаков.
–Правее возьми, – Андрей показал рукой. – Вон там можно машину поставить!
Приятели выгружаются, я тоже вышел размять ноги.
Над головой хмурое серое небо.
Безжалостно вытоптанный камыш торчит жалкими поломанными островками, только дальше от берега жухлые двухметровые метёлки. Прямо в озеро уходит глубокая неряшливая колея, в стороне валяются бренные останки трактора. Продавленная ржавая кабина со следами шелушащейся оранжевой краски погрузилась глубоко в землю. Вокруг разбросаны детали в окаменелой смазке, кругом припорошенные снегом чёрные круги костровищ.
Лёд около берега уже подтаивает, да и на озере кое-где отдаёт весенней синевой. Оказывается мы не первые, вдалеке еле различимы редкие точки рыбаков.
– Что не переодеваешься? – Андрей распутывает ремешок рыбацких санок.
– Я домой.
– А чего с нами такую даль ехал?
Хмыкнул:
– Мужик сказал, мужик сделал!
– Ну, Вы даёте! – Петрович удивлённо качает головой, – Хоть денег на бензин возьмите!
Махнул рукой:
– Не выдумывайте! Здесь сотовый ловит?
Андрей ухмыльнулся:
– Местами, – видя моё недоумение, добавил: – Вон там повыше – берёт, а на самом озере – непонятно. Где-то слабая связь есть, а где вообще тишина.
– Вас отсюда забирать, или сами выберетесь?
– Придётся! Ни тебя ведь обратно гонять, тем более деньги брать не хочешь!
– А как без машины-то?
– Тут километра три по тропинке, доберёмся!
–Договоримся с мужиками, – махнул рукой Петрович. – Здесь местных-то практически нет, только городские рыбачат.
– Звоните если что. Приеду за вами.
Дом стоит на месте, никаких видимых разрушений.
Моя фея сидит на диване всё в том же брючном костюме. Вот, кстати, проблема! Придётся купить какое-нибудь нижнее бельё, да и найти смену этому злополучному костюму не помешает…
– Ты будешь Таня! – неожиданно даже для самого себя брякнул и показал на неё пальцем. Уже привычно(?) постарался показать ей её же, слава богу, в брючном костюме, но почему-то в чёрном, и повторил: – Таня!
– Таня…
На какой-то момент опешил, наконец-то заговорила! У неё оказывается удивительно мелодичный голос, имя она произнесла без всякого акцента, как будто на родном языке. Хотя, что знаю о ней!
– Я Антон! – ткнул себя пальцем в грудь.
– Антон…– как будто попробовала имя на язык, но произнесла, как и «Таня» чисто.