Он тебя проспорил

– Лиза, я так скучал. Всю неделю думал только о тебе, – Антон опаляет меня своим горячим дыханием, а его рука выпускает блузку из-под юбки.

– Ну, подожди, Антон, – шепчу я и пытаюсь убрать его руку, – вдруг кто-нибудь зайдет.

Я и правда опасаюсь этого. Мы в переговорной. Дверь не закрыта на ключ.

Только что закончилось важное совещание и Антон, как главный босс, попросил меня остаться для обсуждения некоторых важных вопросов.

Мы не афишируем наши отношения. Мне до сих пор с трудом верится, что я встречаюсь с одним из директоров крупнейшей корпорации.

– Никто не зайдет, все разошлись, – его губы обжигают мою шею и спускаются ниже, в вырез блузки.

Антон подхватывает меня под попу и сажает на переговорный стол. Сам встает у меня между ног. Придвигает к себе поближе и я чувствую, как в меня упирается его возбужденный член, спрятанный за слоями одежды. И мне становится страшно.

У нас было всего лишь один раз. Мой первый раз. И это было очень больно. Слезы сами катились по моим щекам в момент нашей первой близости и я мечтала лишь об одном – чтобы это скорее кончилось. И вот сейчас член опять упирается мне между ног.

Я непроизвольно вздрагиваю.

– Что такое, малыш? – Антон отрывается от моей шеи и смотрит мне в глаза. – Почему ты дрожишь?

– Я боюсь, – честно признаюсь я. – Вдруг опять будет больно? Мне страшно.

Антон улыбается.

– Не бойся, – говорит он и расстегивает пуговицы на моей блузке. – Мы же подождали, чтобы зажило все. Это только в первый раз так больно. А теперь будет хорошо. Обещаю.

Целует меня в губы и проникает языком. Жестко толкается им, заставляя меня опустить язык и не поднимать его. Антон всегда целуется так, что я лишь подчиняюсь ему.

Он уже расстегнул блузку и теперь руками сжимает мои груди. Оттягивает лифчик вверх и прихватывает пальцами соски, вырывая из меня тихий стон, который тонет в его поцелуе.

Антон отрывается от моих губ и шепчет на ухо:

– Я всю неделю думал только о тебе, Лиза, и о твоей сладкой малышке.

С этими словами его рука скользит под юбку и сразу же касается меня между ног. Я в чулках, поэтому между нами лишь тонкая ткань трусиков.

Антон ведет пальцами снизу-вверх и обратно. Чуть нажимает большим пальцем, кружит им.

Но я не могу расслабиться. Предчувствие возможной боли не дает мне.

– Потрогай меня тоже, – просит Антон и, взяв мою руку, кладет ее себе на ширинку.

Инстинктивно пытаюсь убрать ее, но он удерживает и не отпускает. Ведет моей рукой по своему возбужденному члену.

Я покрываюсь краской, что вызывает смех у Антона.

Наконец, он отпускает меня и быстро расстегивает ремень и ведет замок вниз. Вытаскивает из трусов член. Нежно-розовый, с темной головкой.

– Ну, иди ко мне, – шепчет и придвигает меня еще ближе к себе. Я обхватываю его за плечи.

Антон отодвигает мои трусики в сторону и приставляет член. Чуть толкается и я опять ощущаю дискомфорт. Но молчу. Это же нормально? Ведь у меня это всего лишь второй раз. Надо просто потерпеть и скоро боль и дискомфорт пропадут.

Так говорит Антон.

Он уже почти полностью во мне. Я задерживаю дыхание и зажмуриваюсь.

И в этот момент дверь в комнату резко открывается и я слышу знакомый голос:

– Черт! Антон!

Антон сразу же выходит из меня и заправляет член обратно в брюки. Я готова провалиться сквозь землю. Тяну вниз юбку и запахиваю блузку.

А еще каждой клеточкой ощущаю, как пылает мое лицо.

Я чувствовала, что так и случится…

– Лисова, зайдите ко мне, – первое, что я слышу в трубке, когда возвращаюсь на рабочее место.

Опять этот голос.

Я готова исчезнуть с лица земли, лишь бы не встретиться с его обладателем. Именно сейчас. После всего случившегося.

Но делать нечего – он мой непосредственный руководитель.

Застегиваю все верхние пуговицы на блузке, поправляю юбку и стучусь в кабинет.

– Войдите, – по голосу понимаю, что ничего хорошего меня за дверью не ждет.

Осторожно захожу и прикрываю за собой дверь. И стою, опустив голову.

– Лисова, – в офисе он обращается ко мне только так, – что с тендером по Курску? Проект получен?

Облегченно выдыхаю. Вопросы действительно по работе.

Поднимаю на него взгляд.

Он сидит в кресле, откинувшись на спинку, и смотрит прямо на меня. Его взгляд не выражает ничего, кроме насмешки и недовольства.

– Да, Арман, мы получили документы, – я стараюсь говорить как можно ровнее. – В ближайшее время мы подготовим по ним краткий отчет.

– Хорошо. И сразу же мне на стол.

– Да, конечно, – киваю я, совсем расслабившись, и, как оказывается, напрасно.

– Отчет на стол, Лисова, а не свою задницу, – жестко чеканит он каждое слово.

Я тут же теряюсь. Надо что-то ответить, но я не могу. Беспомощно открываю рот и из него не вылетает ни звука.

– Лисова, – продолжает Арман, теперь уже с усмешкой глядя на меня и наслаждаясь произведенным эффектом, – то, что ты спишь с Антоном, не дает тебе права заниматься в рабочее время личными делами. С девяти до часу и с двух до шести твоя задница должна сидеть на стуле в кабинете, а не на директорском столе.

Это переходит все границы!

– Оставьте в покое мою задницу! – не выдерживаю я и тут же вспыхиваю.

На Армана мои слова производят должный эффект. Он перестает улыбаться и говорит, отвернувшись к монитору и не глядя на меня:

– Иди работай. Жду отчет.

Примерно так протекает каждая наша встреча с Арманом. И только из-за этого я несколько раз порывалась написать заявление об увольнении. Но так обидно расставаться с таким местом.

Когда я узнала, что меня берут на работу в главную нефтяную компанию страны, то поверила не сразу. Я и на собеседование шла без особой надежды.