Чтение онлайн

Не все же Нина скучала по собакам, необходимости вставать по утрам и выходить из дома, скучала по специфической культуре парка, которую прежде так ненавидела. Она приобрела некоторый вкус к ней, гуляя с Сэмом, но с профессиональной точки зрения это было совсем не то. Прогулки в сопровождении собачьей дюжины создавали ей определенную репутацию, которой не добиться, выгуливая единственного пса.

Зато она совершенно не тосковала по «шпионской» части своей бывшей работы. Это превратилось в одну из тайн прошлого. Как старый роман. Помнишь волнение, открытия, захватывающий дух секс, но все кончено. Все в прошлом. Она вспоминала об этом как об одном из приключений минувшего.

Тем более что это была жизнь до Билли и «во время» Билли.

Как-то октябрьским вечером, потягивая вино, она работала за компьютером у себя на террасе (подбор подходящих собак требовал много времени и кропотливого изучения) и вдруг осознала, что наступила осень. Стало прохладно, листья пожелтели, темнело все раньше и раньше. Наступало ее любимое время года. И Сэм его тоже любил. Он приподнял голову, ноздри его шевелились, словно он принюхивался к запаху осени. Ветер растрепал Нине волосы, и, как раз когда она поправляла прядь, кто-то позвонил снизу. Она посмотрела на Сэма, Сэм — на нее. Нина пошла к домофону, и сердце ее застучало чаще, как всякий раз от телефонного или дверного звонка.

— Да? — спросила она.

— Это я.

Да, подумала она. Наконец-то. И шумно выдохнула, будто все эти недели задерживала дыхание.

— Я могу подняться?

Нина нажала кнопку. Она не знала, как встретит его. Сотни раз она мысленно проигрывала эту сцену. Но, заслышав на лестнице его шаги, не могла ни думать, ни взвешивать, ни рассуждать. Она бросилась вниз, прямо в его объятия. Мимо, вверх, пронесся Сид, навстречу бегущему Сэму.

— Я боялась… — лепетала Нина между поцелуями. — Я так люблю тебя!

Ну вот, она это сказала.

Он нежно провел рукой по ее волосам.

— И я… я просто…

— Знаю. Не любишь быть водителем.

— Теперь уже люблю, — тихонько засмеялся он. — Веду как дьявол.

И вновь поцеловал ее, сильно и страстно.

— Разве ты не понимаешь? — шептал он. — Я люблю тебя. Полюбил в тот самый миг, как увидел тогда в ванной. Просто мне пришлось сделать по пути несколько остановок, заправиться, свернуть в сторону, — он поцеловал ее, погладил по щеке, — чтобы найти тебя. И себя.

— Я думала, что потеряла тебя… — Нина всхлипнула. — Знаешь, я всегда теряю тех, кто мне дорог. Но потерять тебя было самым…

— Ты меня никогда не потеряешь. Я, как пес, верный и…

Они одновременно посмотрели на своих собак. Сэм вылизывал у себя под хвостом, Сид же улегся на спину, задрав все четыре лапы.

— Ну не совсем, — заметила Нина. Оба расхохотались, а Нина все пыталась, впрочем, безуспешно, вытереть слезы.

Позже, после новых слез и прощений, они сидели на террасе под звездами. Собаки ловили ночных мотыльков.

— Часто смотришь в телескоп? — спросил Билли.

— Хорошо, что Сид с тобой…

Билли посмотрел на пса с нежностью:

— Дэниел никогда не любил его. И к тому же он в Сан-Франциско.

Нина улыбнулась.

— Так что насчет телескопа?

— Никогда в него не смотрю. Не знаешь, кому бы он пригодился?

— Я мог бы сказать: «Давай выбросим его, избавимся от него, раз и навсегда расстанемся с нашими порочными привычками». Но не могу побороть свою натуру, особенно теперь, когда я при деле. Подарим его одной из моих школ. Для занятий астрономией.

— Отличная идея!

— Да, мы изменились…

— Время слежки и лжи позади.

Оба вздохнули и сделали по глотку вина, глядя на огни Вест-Сайда, поблескивающие за темнотой парка.

— Знаешь, — начал Билли, — мы сидим, и это напомнило мне, как мы…

— Отправились в круиз?

Билли посмотрел на Нину как на сумасшедшую:

— Мы никогда…

— Ты прав. Мы не были в круизе. Как мы были на Таити?

Он улыбнулся, принимая игру:

— Возможно, но я сейчас подумал не об этом.

— В Венеции?

Она улыбнулась, и он подхватил, хотя на самом деле вспомнил вечер на пирсе:

— Да, точно. Наше путешествие в Венецию. Это было здорово.

— Мы остановились в «Гритти».

— Мы остановились в «Киприани», — возразил Билли.

— О, как мне там понравилось!

— Было чудесно. Мы пили вино.

— Ты напился, я помню…

— Слегка…

— Нет, в стельку! Мне пришлось тащить тебя на спине через площадь Святого Марка!

— У тебя плохая память. Я был слегка навеселе — мы оба были слегка навеселе — и занимались любовью в гондоле.

— Неудивительно, что я все забыла. Меня укачало.

— Только не в ту ночь. Поверь, это была лучшая ночь любви в твоей жизни.

Нина улыбнулась поддразнивая:

— Правда? Что-то я не припомню подробностей… Возможно…

— …следует их освежить?

— Что ж, было бы неплохо!

Они поднялись и пошли в спальню, захлопнув дверь перед самыми мордами Сида и Сэма, которые, поскулив, тявкнули пару раз, но потом отыскали удобное местечко на полу, поскреблись, трижды попереворачивались с боку на бок и устроились на ночь. В окна струился лунный свет, и рукотворные композиции Нины таинственно мерцали во мраке, как звезды над Нью-Йорком в эту удивительную ночь.