Чтение онлайн

И тут я услышал металлический грохот откуда-то сзади. Резко обернувшись ко входу, я ничего не заметил, хотя там явно что-то было – грохнула та самая решетка, которую я собственноручно прикрыл еще в туннеле. Что-то лязгнуло.

Уже вновь устремив взгляд на Костолома, я услышал идущий спереди булькающий хрип. Их темноты показалась полусогнутая человеческая фигура. Правая рука опущена, ноги подкошены, автомат болтается на ремне. Противогаза на голове не было, а шлем был зажат в левой. Костолом сначала приготовился открыть огонь, но тут же опустил ствол – это был один из наших.

Один из офицеров, рассчитывая оказать помощь, бросился к нему, на ходу закидывая «АШ-12» за спину, и доставая аптечку, но, не дойдя пары шагов, резко остановился.

Человеческая фигура согнулась чуть ли не вдвое, резко выпрямилась. Человека вырвало какой-то черной жижей. Почти сразу же пострадавший, издав горловой звук, он плашмя рухнул прямо на бетон и конвульсивно задергался. А откуда-то сверху раздался хлюпающий звук, отчетливый шорох и металлический скрежет. Фонари вновь запрыгали по стенам, но цели все не было. В помещении явно кто-то был, но то ли он двигался слишком быстро, то ли был невидимкой.

– Да какого хрена? – вскричал Лебедев и первым бросился к лежащему на бетоне офицеру.

Перевернув его на спину, он тут же расстегнул комбинезон и с отвращением отстранился. Человеческое тело, в районе шеи сильно раздуло. Кожа лица, груди и шеи потемнела, пошла пузырями. Примерно в центре пораженной области виднелось рваное отверстие, покрытое густой черной слизью.

Человек еще был жив – шевелил конечностями, скреб подошвами ботинок по бетону, хрипел.

– Что это? – вырвалось у Лебедева. Второй офицер, растерянно замер, держа в руках перевязочный пакет. Чем помочь раненому?

Снова что-то заскрежетало, теперь откуда-то из дальнего угла. Фонари опять заметались по сторонам. Хорошо хоть никто с дурру не открыл огонь, иначе началась бы паника.

Мне снова показалось, что в дыму промелькнуло что-то размытое, бесформенное.

– Это не черви! – крикнул я и бросился к Костолому.

Но тот и так это уже понял. Он вертел головой по сторонам , ища решение.

– Уходим! Туда! – заорал он, и не опуская оружия, попятился ко выходу.

Один из офицеров, не услышав команды, уже нырнул обратно в туннель, второй как раз собирался последовать за ним. Но в этот момент, откуда-то из задымленного туннеля, послышался жуткий, продирающий до костей визг.

– Назад! – заорал Костолом, но было поздно.

Грохнула очередь и тут же захлебнулась.

Там, в туннеле уже что-то происходило. Какая-то суета, мельтешение фонаря. Откуда-то брызнули искры.

Снова раздалась автоматная очередь, гулкое эхо мощного штурмового автомата едва не оглушило меня. И какого черта офицер не одел глушитель? Раздался короткий крик, хруст. Тяжелый удар. Я сделал несколько нерешительных шагов ко входу, затем остановился.

Видимости почти не было.

Снова очередь, только теперь длинная, куда-то в потолок. Засвистели выбитые пулями крошки бетона.

Я на мгновение остолбенел. Глаза пытались разглядеть хоть что-то, но в туннеле было лишь какое-то мельтешение, возня. Раздался грохот, треск. Истошный крик.

Из проема вывалилось тело офицера, которое тут же за ноги что-то втащило обратно. Он попытался ухватиться руками за дверную раму, но сил не хватило. Из туннеля раздался истошный вопль, оборвавшийся на самой высокой ноте.

Увиденное не то чтобы выбило меня из колеи, но потрясло однозначно.

Лебедев, отстранившись от вздувшегося тела, наконец, поднялся на ноги и хотел уже было двинуться туда же, но Костолом ухватил его за ворот комбинезона, дернул обратно.

– Стой! За мной! – крикнул он ему в лицо, а затем, постоянно оборачиваясь и держа проход под контролем, принялся отступать. Лебедев, на ватных ногах, бросился следом. Ну а я, держась ближе к стене, не рассчитав сил, с грохотом ткнулся в какой-то железный ящик, едва не сорвав его с креплений.

– Макс, живо за мной!

В туннеле все еще что-то происходило. Где-то там хрустело, хлюпало. Один из фонарей мерцал, другой, закрепленный на автомате, видимо лежал на бетоне и светил куда-то под потолок.

Я едва не поскользнулся в луже черной жидкости, которой вырвало бойца Лебедева – лишь вес экзоскелета спас меня от малоприятного падения.

Я успел заметить, как здоровяк и Лебедев уже скрылись в проходе и уже сам собирался нырнуть туда за ними, когда меня ухватила чья-то рука. Я резко обернулся – позади меня был последний уцелевший офицер «ЦСН». Визуально он был не ранен, но почему-то не торопился спасаться бегством, упорно топчась на месте. Лица за противогазом видно не было, но глаза я разглядел. Они едва ли не вылезли из орбит.

Офицер держал меня запястье, что-то бормотал.

– Уходим! – заорал я. Но он никак не отреагировал.

Я с силой выдернул руку, оттолкнул человека в сторону. В этот момент в дверном проеме показалось какое-то неестественное движение.

Я поднял автомат и, не целясь, дал короткую очередь. Из туннеля раздался жуткий визг, послышалась какая-то возня.

«АШ-12» весомый аргумент. Кажется, ранее я бил из него только по крысам и сколопендрам. Если там, во тьме, был червь – ему не поздоровилось. Хитин от такого калибра не защитит.

Отпустив автомат, я зашвырнул туда термическую гранату. Хлопнуло, брызнули искры.

Бросив взгляд на офицера, я понял – он ранен. Ухватив его за ворот комбинезона, я потащил его волоком за собой, стараясь держать проход в поле зрения.

Но из него больше не донеслось ни звука.

Едва я втащил раненого в коридор, чьи-то руки захлопнули массивную решетку. Костолом гаркнул:

– Живые еще были?

Я покачал головой.

– Вот дерьмо. Подготовились, твою мать...

***