Чтение онлайн

Он почувствовал странный покой. Почти счастье. Возможно, ему не удастся повредить облако, но он нанесет удар. Заставит гадину осознать, что он здесь.

И Коллингдэйл подумал: а что, если где-нибудь, глубже, чем мог проникнуть его разум, он предвидел эту ситуацию, чуть ли не планировал ее? Это объясняло его настойчивый интерес к «Хоксбиллу» и то, что он просил Джули все объяснять.

Эта мысль укрепила его решимость, внушила ему, что он вопреки всему добьется успеха, что тут действует нечто большее, чем ему известно. Что-то вроде судьбы. Он не верил в такую ерунду, и все же сейчас, в этот последний миг, усматривал тут возможность, на которую надеялся.

Коллингдэйл нашел ручное управление, щелкнул переключателем и смотрел, как зажигаются огоньки. Он приказал активировать двигатели. Совершить прыжок.

Какой-то голос, не Билл, ответил:

– Невозможно. Устройство не заряжено.

– Обойдите все запретные команды.

– Невозможно.

– Это Джулиет Карсон. Выполняйте.

– Пожалуйста, введите код.

Что ж, он ожидал этого: система предусматривала защиту от глупости и саботажа.

Где-то впереди раздался взрыв. Возле мостика.

Коллингдэйл нацелил лазерный резак, включил его и долго вглядывался в двигатель. Конструкция этих штук не сильно изменилась с его времен.

Он поднес резак к металлу, молясь, чтобы хватило времени. Прорезать внешний кожух. Прорезать защитную оболочку. Добраться до распределительной коробки, такого же устройства, какое сломалось в термоядерных двигателях.

Работать было трудно, потому что нужен был фонарь, заглядывать внутрь кожуха. Приходилось одной рукой держать фонарь, а второй – резак, а требовалось еще удерживаться самому.

Но наконец получилось.

Теперь оставалось только устранить контроль подачи топлива – и энергия поступит в систему и запустит процесс прыжка. Или – поскольку защитный пузырь не был достаточно заряжен – это высвободит определенное количество антивещества и отправит корабль в забвение. Возможно, если Коллингдэйлу необычайно повезет, взрыв найдет уязвимое место в системе, контролирующей облако, какова бы она ни была. И тоже выведет из строя.

Это было маловероятно, но возможно.

Ему пришло в голову вызвать Келли, объяснить ей, как он сожалеет, дать понять, что все случится в следующий миг. Но лучше было не делать этого. Больше сочувствия. Пусть это станет неожиданностью.

Он предпочел бы сперва залететь поглубже в облако. Но у него не было способа узнать, когда питание полностью отключится. А тогда у него ничего не получится.

Еще раз взвыла и умолкла сирена. Коллингдэйл перерезал подачи топлива.

Диггер только-только закончил устанавливать проектор под крышей, нависающей над рыбной лавкой, когда пришло это известие.

– Связь с ними оборвалась, – раздался голос Джули. – На всех каналах.

Вероятно, какие-то проблемы с передатчиком. Но страшные опасения не давали ему покоя. Следовало запретить ей лететь. Он с самого начала знал, что не должен подпускать Келли к этой штуке. Он мог просто поднять такой шум, что Коллингдэйлу пришлось бы уступить. Если тот хотел лететь, пусть бы летел. С ним был бы Билл. Зачем ему понадобилось брать с собой Келли?

– Диггер? Ты слышишь меня?

– Да.

– Это не значит, что у них там значительная проблема.

– Знаю. – Он стоял на крышке ящика и не хотел спускаться. Не хотел шевелиться. – Забери нас. Я свяжусь с Уитом.

Напарник старался подбодрить Диггера: в таких случаях всегда предполагают худшее, она хороший пилот. Они договорились, где встретятся, и Диггер передал это Джули. Час спустя, когда планетарная команда вернулась, «Дженкинс» покинул орбиту.

Перелет к облаку занял четыре часа. Четыре безумных часа для Диггера, который неустанно пытался вызвать «Хоксбилл», и для всех остальных, не знавших, что ему сказать.

Приблизившись к облаку, астронавты обнаружили воздушного змея, который спокойно следовал впереди Омеги, постепенно удаляясь от гиганта. Билл доложил, что связался с модулями наблюдения, которые «Хоксбилл» использовал для слежения за Омегой.

– Но сам «Хоксбилл» я не вижу, – добавил он.

Не было никаких обломков, никаких указаний на то, что могло случиться.

Должно быть, они подошли слишком близко.

Все по очереди говорили одно и то же. Даже Диггер признавал, что корабль погиб, должен был погибнуть, иного объяснения быть не могло. Однако он не мог поверить, что Келли нет. Она была слишком умной, быстрой, находчивой. Слишком живой.

– Они обязаны были нам сообщить, что у них проблемы, ведь правда? – спросил он у Джули.

– Может, не успели? Может, все случилось слишком быстро.

Какое-то время все жили надеждой, что облако – между ними и «Хоксбиллом», что оно каким-то образом заблокировало сигналы корабля так, как сейчас блокировало обзор. Но Диггер знал правду, хотя не мог смириться с ней, будто ее неприятие увеличивало вероятность того, что Келли жива. Он потрясенно бродил по кораблю.

Джули позвала его на мостик, попыталась найти для него занятие. В душе Диггер проклинал Коллингдэйла и долбанную Хатчинс за то, что та послала его.

Он не мог сказать, какое сейчас время суток, действительно ли ведется поиск или все делается просто для проформы и остается ли вообще какое-то место, которое стоит осматривать. Он слушал отчеты Билла: результат отрицательный, результат отрицательный, – слышал, как шепчутся Мардж и Уит, как Джули говорит с Биллом и, возможно, отправляет новости на «Бродсайд».

Наконец Диггер понял: от него ждут осознания факта, что «Хоксбилл» никак не мог остаться невредимым. Остальные знают, что все безнадежно, но они не перестанут искать, пока он не велит им прекратить.