Чтение онлайн

Футида остановился, чтобы проверить показания маяков.

–  Нормально передают?
– спросил Родригес.

–  Да, - послышалось в наушниках.
– Интересно…

–  Что?

–  Тепловой поток из глубины здесь гораздо интенсивнее, чем в куполе или даже внизу, в Каньоне.

Родригес почувствовал, что брови его поползли вверх.

–  Ты хочешь сказать, что вулкан все еще активен?

–  Нет, нет, нет. Этого не может быть. Но там, внизу, присутствует какой-то источник термальной энергии.

–  Надо было кукурузных палочек прихватить.

–  Возможно. А может, нас там кто-то ждет, чтобы нами пообедать!
– Голос биолога звучал возбужденно.

–  Что ты имеешь в виду?

–  Тепловая энергия! Где есть тепло, там может зародиться жизнь.

В мозгу Родригеса замелькали отрывки из плохих фильмов: скользкие инопланетные чудища со щупальцами и глазами навыкате. Ему пришлось сделать усилие, чтобы не рассмеяться. «Не волнуйся, их интересуют только блондинки с большими сиськами».

Футида окликнул его:

–  Помоги мне прикрепить канаты и проверь, прочно ли держатся крючья.

«Он больше не боится, - понял Родригес.
– Он действительно хочет спуститься в эту бездонную дыру и посмотреть, водятся ли там внеземные существа».

–  Ты готов?
– спросил Родригес.

Футида надел на скафандр страховочную обвязку, надежно пристегнул канат к стропам, проходившим под мышками.

–  Все, готов, - ответил биолог с уверенностью, которой совсем не чувствовал. Эта темная, зияющая бездна будила в обоих какой-то первобытный страх, но Футида не хотел признаваться в этом самому себе, а тем более товарищу.

Родригес провел утро, приводя в порядок снаряжение для спуска, пока Футида собирал образцы породы, затем организовал получасовой виртуальный видеосеанс для зрителей на Земле. Здесь, на вершине горы Олимп, было меньше скал, чем внизу, на равнинах, и нигде не виднелись окрашенные участки, указывающие на колонии марсианского лишайника.

И все же сбор образцов являлся первоочередной задачей биолога. Он рассматривал их как дар геологам, чувствуя тоскливую уверенность в том, что здесь, на крыше этого мира, нет никакой жизни. Но вот внизу, в кальдере… там, возможно, дело обстоит иначе.

К шлему Футиды прикрепили оборудование для получения виртуального изображения. Они не собирались проводить прямую трансляцию, но запись первого спуска в главную кальдеру горы Олимп представляла большую ценность как для ученых, так и для любопытных.

–  Отлично, - сказал Родригес, своим тоном выражая неодобрение всей затеи, - я готов начать, как только ты скажешь.

Кивнув, Футида произнес:

–  Тогда начинаем.

–  Давай осторожнее, - предупредил Родригес, когда биолог медленно попятился к провалу.

Футида не ответил. Развернувшись, он перелез через слегка закругленный край гигантской дыры в земле. Кальдера была так велика, что прошло полчаса, прежде чем он исчез из поля зрения Родригеса, сидящего у лебедки.

«Готовясь к этому заданию, я должен был прочесть „Ад" Данте», - подумал Футида.

Он знал, что начало дороги в ад довольно пологое. Вскоре склон станет более отвесным.

И в этот миг он поскользнулся и сорвался вниз.

–  Ты в порядке?
– раздался в наушниках Футиды озабоченный голос Родригеса.

–  Мне попался скользкий участок. Должно быть, здесь, в тени, на скале кое-где остался сухой лед.

Биолог лежал на боку, бедро ужасно болело после падения. «Если так дальше пойдет, - подумал он, - ниже пояса я весь буду в синяках».

–  Ты сможешь встать?

–  Да. Разумеется.
– Смущение было сильнее боли. Футида сердито ухватился за трос и заставил себя подняться на ноги. Даже при марсианской гравитации, составляющей одну треть земной, это потребовало усилий - мешали скафандр и рюкзак. И все снаряжение, болтающееся на поясе и ремнях.

Поднявшись, он снова вгляделся в зияющую пасть кальдеры. «Она похожа на глотку огромного чудовища, - мелькнула мысль.
– Похожа на врата в преисподнюю».

Он глубоко вдохнул и сказал в микрофон:

–  Все нормально. Я начинаю спуск.

–  Осторожнее, приятель.

–  Спасибо за совет, - фыркнул Футида. Родригеса, казалось, не задело раздраженное замечание.

–  Может быть, мне натянуть канат посильнее, - предложил он.
– Чтобы не болтался.

Сожалея о своей вспышке, Футида согласился:

–  Да, это должно помочь мне удержаться на ногах. Бок сильно болел, а ягодицы еще ныли после первого

падения.

«Мне еще повезло, что я не порвал скафандр, - подумал он.
– Или не повредил рюкзак».

–  О'кей, я натянул веревку. Не волнуйся, давай.

«Дорога длиной в тысячу миль начинается с одного шага». Мицуо Футида вспомнил древнее изречение Лао-Цзы, ступив обутой в ботинок ногой на склон перед собой. Голая скала, казалось, хорошо держала его.

«Ты не заметишь льда», - напомнил он себе. Слой слишком тонкий, чтобы увидеть. В нескольких десятках метров справа от него косые лучи солнца освещали пологий спуск в кальдеру. «Там не должно быть льда», - решил Футида. Он двинулся в ту сторону, медленно, проверяя почву перед каждым шагом.

Канат крепился к обвязке на груди, так что он мог без труда отстегнуть его в случае необходимости. Трос натянулся, и идти стало еще труднее. Футида почувствовал себя какой-то марионеткой на веревочке.

–  Ослабь немного, - попросил он Родригеса.

–  Ты уверен?

Он обернулся, чтобы взглянуть на своего спутника, и с удивлением увидел, что астронавт превратился в крошечную фигурку на краю кратера, освещенную ярким солнцем и едва заметную на фоне темно-голубого неба.

–  Да, уверен, - сказал он с деланым терпением. Через несколько секунд Родригес спросил: