Чтение онлайн

Вдоволь накупавшись, Афродита с удовлльствием растянулась на золотистом песке. Солнце еще не выглянуло, и богиня, тщательно оберегавшая свою молочно белую кожу от его палящих лучей, наслаждалась прохладой. Издалека за ней жаждущим взглядом наблюдал Арес. Афродита фыркнула, заметив его. Беспощадный и жестокий бог войны давно сходил с ума от любви к златоногой богине, но до сих пор не решался действовать. Вздохнув, пенорожденная перевела взгляд прозрачных голубых глаз на сероватое небо. Внезапно ее окатил фонтан холодных брызг – рядом присела Артемида. Афродита недовольно вскрикнула и отодвинулась.

– Извини, – виновато улыбнулась богиня охоты.

Она прилегла рядом с подругой, раскинув руки и ноги. В своей смертной жизни дочь Латоны много времени проводила с друзьями, плескаясь в прозрачной речке, протекавшей возле города, резвясь и загорая. Но с тех пор как Артемида стала богиней, у нее не было возможности повеселиться у воды. И только теперь она поняла, насколько ярче и острее начала чувствовать окружающий мир. Слегка повернув голову, Артемида посмотрела на безмятежно отдыхавшую богиню любви. Думала ли она когда-нибудь, что встанет в один ряд с великими олимпийцами? В один миг простая, скромная девушка Артемис стала одной из них – любимой дочерью громовержца Зевса, сестрой-близнецом златокудрого Аполлона, подругой могущественной Афины и вечно юной Афродиты… Артемида снова посмотрела на море. Молодые боги, искупавшись, выходили из воды и один за другим растягивались на песке. Но кого-то среди них не хватало.

– Так, а где Афина и Аполлон? – внезапно спросила Артемида.

– Осмелюсь предположить, что Афина сегодня с Гераклом развлекается. А где твоего брата носило, сама его спросишь – вон он идет.

По берегу, насвистывая веселую песенку, бодро вышагивал сын Латоны. Проснувшись еще на рассвете, он отправился к смертным. Не так давно на берегу Эгейского моря заложили новый порт, и Феб, как покровитель мореходства, решил проверить, как идут работы. Ему нравилось смотреть на суету возле кораблей, слушать, как скрипят мачты, как волны бьются о деревянные борта, вдыхать соленый воздух, смешанный с запахом смолы и свежеструганного дерева. Вдоволь насладившись атмосферой, он полетел в Дельфы, затем в Афины. Сделав все, что хотел, молодой бог решил вернуться домой. Но, не долетев до Олимпа, услышал голоса друзей и направился к ним.

Артемида бросилась на шею брату. Всегда сдержанная, она совершенно по-другому вела себя с Аполлоном. Бог нежно обнял ее в ответ.

– Прохлаждаетесь? – весело спросил он. – Смертные стонут там без вашего внимания, а вы резвитесь.

– Надо же и нам отдыхать когда-нибудь, – лениво откликнулся Гермес. – Мы и так им во всем помогаем.

– Ну да, – фыркнула Ирида. – По крайней мере, добропорядочные граждане сегодня могут быть спокойны – пока ты здесь прохлаждаешься, твои любимые воры их не тронут.

Гермес сделал грозное лицо и побежал за женой. Аполлон присел рядом с сестрой и Афродитой.

– А где же Афина?

– С Гераклом. У них там очередной подвиг наметился, – ответила Афродита.

– Он сам-то их совершает, наш герой? – ядовито поинтересовался молодой бог.

Афродита лишь пожала плечами, медленными движениями стряхивая с себя песчинки и посылая дразнящие взгляды Аресу.

– Пойдем купаться, – потащила брата за руку Артемида. – Идем, ну же! Вода чудесная!

– Чудесная, говоришь? – Аполлон со смехом подхватил сестру на руки и забежал в море, нырнув вместе с ней.

– Как будто она все время здесь была, – тихо заметил подошедший к Афродите Дионис.

Богиня перевернулась на живот и обратила взор на море, задумчиво помахивая изящными ножками.

– Да, легко она влилась в нашу веселую семейку, – ответила Урания спустя некоторое время. – Правда, такая же ненормальная как Афина.

Дионис засмеялся.

– А тебе ведь она нравится, да? – внезапно спросила богиня любви, повернувшись к нему.

– Кто? Афина? – притворно удивился он.

– Артемида, дурачок.

– Скажем так… – замялся Дионис. – Я сожалею, что Гермес опередил меня. Теперь же из-за него она стала богиней целомудрия.

– И что ты думаешь делать? – прищурившись, спросила Афродита.

– Пока просто наблюдать. Стану ей хорошим другом, а там посмотрим.

– Умница, – довольно улыбнулась богиня. – Даже учить тебя ничему не нужно. – Снова перевернувшись на спину, богиня вздохнула. – Жаль, Афины здесь нет. Нашему слишком яркому веселью не хватает прохладного водопада ее серьезности. Никакого покоя моей девочке. А могли бы нежиться тут вместе…

***

Тем временем Афина Паллада помогала Гераклу справиться с очередным непростым подвигом. Огромные птицы с медными, острыми как копья, когтями и не менее острыми бронзовыми перьями превратили окрестности города Стимфала в дикую местность. Ранним утром богиня прилетела за героем на Пегасе, и теперь они вместе охотились на чудовищ. Геракл несколько раз чудом избежал гибели – он все не мог подобраться к птицам, стоило ему подойти чуть ближе, как они взвивались в небо, осыпая противника опасными перьями. Отчаявшись, он скрылся в находившейся неподалеку пещере, чтобы обдумать дальнейшие действия. Афина встала у входа в пещеру, наблюдая за стимфалидами. Увидев, что враг ушел, они снова скрылись в лесу. Вдруг Паллада, призвав Пегаса, взвилась в воздух, крикнув Гераклу, чтобы он не выходил из пещеры. Быстро вернувшись, она протянула сыну Зевса медные тимпаны.

– Возьми их, – сказала богиня. – Иди к тому лесу, где они гнездятся, и ударь в тимпаны. Как только птицы взлетят, рази их своими стрелами.

– Но их не берут обычные стрелы! – отчаянным голосом ответил Геракл.

– А яд Лернейской гидры тебе на что? – вздохнув, поинтересовалась Афина.

Хлопнув себя по лбу, сын Зевса осторожно достал из дорожной сумки пузырек с ядом гидры. Он собрал его по совету Афины и не прогадал – теперь даже от малой царапины чудовища погибнут.

Обмакнув по очереди стрелы в пузырек, Геракл осторожно, стараясь не пораниться, засунул их в колчан и пошел к лесу. Через некоторое время прозрачный воздух Эллады наполнил мелодичный звон тимпанов. И тут же в небо мрачной тучей взметнулись сотни птиц. Герой вздохнул, доставая лук. Похоже, битва будет долгой и тяжелой. С немейским львом все было намного проще – тогда он бился с могучим зверем один на один, все решала лишь сила. Здесь же, как и с Гидрой, нужно все время изворачиваться. Геракл натянул тетиву. Но прежде чем успел отпустить ее, в него снова полетело множество сверкающих на солнце перьев. Герой все равно выстрелил и сразу прикрылся, понимая, что это ему не сильно поможет – перья были настолько острыми, что никакой щит не мог от них защитить. Но ничего не произошло. Осторожно выглянув, он увидел рядом Афину. Она накрыла своего подопечного защитным куполом, и ставшие бесполезными перья просто упали рядом.

– Ты что, думал, я дам тебе тимпаны и буду наблюдать за битвой из пещеры? – с улыбкой спросила она.

Геракл улыбнулся в ответ и снова выстрелил в птиц, на этот раз целясь более тщательно. Одну за другой он задевал их ядовитыми стрелами, а наверху резвился Пегас, не давая чудовищам взлететь слишком высоко. Периодически стимфалиды атаковали богиню и ее подопечного, пытаясь пробить сильными клювами защитный купол Афины, но у них ничего не выходило. Неумолимо приближалась развязка – в небе оставалась всего пара десятков птиц. А потом все закончилось. Отдышавшись, Геракл огляделся вокруг. Под телами стимфалийских птиц не было видно земли. Повсюду валялись их бронзовые перья, нестерпимо сверкая на солнце.