Чтение онлайн

Сын змеи провел рукой по горлу. Кровь все еще текла, хотя и не очень интенсивно. В любом случае первым делом нужно было позаботиться о горле и левом плече. Потом придется уничтожить все следы и убрать труп. Кое-кто видел, как он входил в эту гостиницу. Значит, надо сделать так, чтобы труп псоглавца нашли в другом месте. Конечно, хозяин гостиницы озаботится исчезновением жильца. Но видел он его лишь в личине и в найденном на окраине города чудовище не опознает. Сын змеи снова взглянул на труп псоглавца. Конечно, придется повозиться, но главное – свои обязательства он выполнил. Теперь очередь Лисандры.

– Все-таки вы приняли неправильное решение, – сказал Христиан.

Хантер покрутил головой и ничего не ответил. Он и сам знал, что неправильное. Однако большинство охотников высказались за то, чтобы разделиться. В результате на долину магов наступало два отряда. В одном было семь охотников, в другом – восемь.

Полный кретинизм.

«А виноват в этом ты, собственной персоной, – сказал себе Хантер. – Потому что пустил все на самотек. Вместо того чтобы взять командование на себя, понадеялся на всеобщую сознательность. И зря. Какой сознательности можно ожидать от людей, всю жизнь действовавших в одиночку?»

Город уже кончился, и теперь отряд, в котором было семь охотников и один строптивый ученик, двигался по лесной дороге бодрым, уверенным шагом. Если они сохранят такой темп, то часа через четыре дотопают до следующего города. А там еще несколько часов, и вот она – долина магов. Возле нее они соединятся со вторым отрядом – и можно начинать штурм. Скорее всего до наступления ночи все уже закончится. Или пан, или пропал. Или грудь в крестах, или голова в кустах. Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Кто смел, тот и съел. «И вообще, – сказал Христиан, – тебе просто не хватило тяму взять власть в свои руки. А зря. У этого сборища индивидуалистов должен быть хоть какой-то предводитель. Командир, понимаешь?»

Хантер чертыхнулся.

Он понимал. Он еще как понимал. И даже собирался так поступить. Вот только на всеобщем собрании сделать этого не смог. Не получилось.

Каждый раз, как только на роль предводителя намечалась кандидатура, за которую горой стояли хотя бы несколько человек, тотчас обнаруживалось, что такое же количество охотников намерены голосовать против.

Теперь, вспоминая это собрание, Хантер признавал, что сделал все возможное. Брум – тоже. В результате ни тот, ни другой перевеса не добились. Когда собрание зашло в тупик, кто-то предложил разделиться на два отряда.

Хантер и Брум, конечно же, стали протестовать. Однако всем к этому времени уже так надоело спорить, что предложение было принято. Вот так оно все и получилось. Легко и просто. Как и положено любой несусветной глупости. Впрочем, сейчас Хантер уже стал склоняться к мысли, что в этом поступке имелся какой-то смысл. По крайней мере в концепцию поступать неожиданно и ничего не делать по плану он укладывался просто идеально. Хантер и Христиан шли в хвосте отряда. Вообще-то они вроде бы должны были беседовать. Только вся беседа сводилась к тому, что мальчишка осуждающим тоном, с большими интервалами, высказывал свое мнение о собрании. Когда Христиан в очередной раз заговорил, Хантер был уверен, что ничего нового этот зарвавшийся ученик уже придумать не сможет. И ошибся. В четвертый раз.

Мальчик сказал:

– И все это произошло всего лишь потому, что вы, кретины этакие, прежде чем шевелить мозгами, обожрались. Ясность ума и сытый желудок – вещи совершенно несовместимые.

Мысль эта показалась Хантеру настолько неожиданной, что он не выдержал и даже буркнул:

– Ну?

– Точно. – Христиан со злостью пнул валявшийся на дороге камешек. Тот попал в ногу идущему впереди них Марвину. Оглянувшись, Марвин погрозил Христиану пальцем. Мальчик, естественно, принял совершенно невинный вид.

Хантер подумал, что Марвин все равно благодаря нитям судьбы поймет, кто пнул камешек. Зачем же тогда было делать невинное лицо?

Как учитель он должен был напомнить об этом Христиану, но решил пока обождать. Тот мог принять напоминание за попытку свести счеты и обозлиться еще больше.

А этого Хантеру в данный момент не хотелось вовсе. У него и так на душе было достаточно паршиво. Ему хотелось сесть на дорогу, прямо в пыль, и по-волчьи завыть. Ни для чего. Просто чтобы отвести душу.

Да, завыть. Хорошее дело.

Хантеру почему-то казалось, что после этого ему станет легче. Или не станет? Какая, собственно, разница? Главное – попробовать.

Он не попытался претворить эту мысль в жизнь лишь потому, что не знал, как на его странное поведение отреагируют другие охотники. Кстати, о других охотниках… Судя по нитям судьбы, настроение у них тоже не шибко радужное.

– Интересно, – сказал Христиан, – понимают ли другие члены вашей веселой команды обалдуев, какую глупость они сделали?

Хантер окинул взглядом идущих впереди охотников. Он мог бы поклясться, что никто из них об этом пресловутом собрании уже и не помнит.

Ну, было – значит было. Дело сделано, и незачем теперь о нем вспоминать. Тем более что ничего изменить невозможно.

Очень правильное и трезвое отношение к жизни. Достойное людей, всю жизнь рассчитывавших только на себя, привыкших жить только своим умом и учитывавших только свое собственное мнение.

Браво! Гип-гип-ура! Банзай!

– А тебе не приходило в голову, что, разделившись, вы, кретины этакие, сыграли на руку черным магам? Может быть, так им легче будет вас перебить? И вообще случайно ли это произошло?

Хантер вздрогнул и бросил на Христиана испытующий взгляд.

Нет, ни о каком лукавстве не могло быть и речи. Судя по всему, эта мысль и в самом деле пришла мальчику в голову именно сейчас. А раз пришла, то он ее и высказал.

И все-таки что именно ее вызвало?

– Почему ты так думаешь? – спросил Хантер.

Теперь удивляться пришел черед мальчику.

– О чем ты? – спросил он.

– Ну, ты сказал, что мы на собрании проголосовали за то, чтобы разделиться, не случайно. У тебя есть какие-то факты, или ты это ляпнул, не очень подумав?