Однолюбы
Шрифт:
Бет наморщила нос.
– Сейчас разговаривать с ним поздно. Прощаясь, он заказал в ресторане столик на половину восьмого утра. Наверное, лег спать пораньше.
– Так поговори с ним завтра, – пожала плечами Элли.
– Не могу… О Боже, Элли, я забыла сказать тебе главное: сразу после завтрака Дэниел уезжает.
Уезжает? Как-то уж слишком поспешно. Хотя Питер и отказался от предложения Дэниела, Элли не предполагала, что тот так легко смирится с неудачей, тем более что ему, судя по всему, очень хотелось заполучить Осборна в один из своих роскошных ресторанов. Странно, он даже не предпринял новой попытки уговорить Питера.
Может, на решение Дэниела покинуть их город повлияла сцена, разыгравшаяся в ее гостиной несколько часов назад?.. Впрочем, едва ли такой человек, как Дэниел, будет ставить успехи или неудачи на личном фронте выше деловых интересов. Следовательно, у него есть другая, более важная причина. И вообще, с чего она взяла, что отъезд Тэкери так уж внезапен? Ведь очень скоро состоится его свадьба…
Осознав, что пауза слишком затянулась, Элли подняла глаза на Бет.
– Понятно, – сказала она. – В таком случае, прежде чем закончу дежурство, я выпишу ему чек.
Бет рассеянно кивнула и, немного помолчав, жалобно спросила:
– Что же делать с Джеймсом?
– А что ты собиралась делать? – хмуро поинтересовалась Элли.
Слезы затуманили глаза Бет.
– Я не знаю! Только больше я этого не выдержу. Почему он мне не звонит? Почему не появляется? Господи, Элли, придумай же что-нибудь!
– Но ты же сама предпочла бездействовать, – резонно напомнила ей Элли.
Сестра мгновенно ощетинилась:
– На то были свои причины! Он, между прочим, знает, где меня найти, а я понятия не имею, как с ним связаться.
– Ты вполне могла позвонить родителям Джеймса, – предположила Элли.
Бет покачала головой.
– Не думаю, что они о нас знают… я имею в виду, что мы с ним… расстались. Если они ни о чем не подозревают, я не желаю сообщать им об этом первой. Все надежды я возлагала на Дэниела… – со вздохом призналась она.
Вот и надо было задавать вопросы правильно, а не лукавить, подумала Элли, тогда бы ты, Бет, смогла вытянуть из него нужные сведения.
Вместо того чтобы взять себя в руки, сестра вдруг принялась ее укорять:
– Я так рассчитывала на Дэниела, а ты даже не попыталась поговорить с ним о Джеймсе!
– Я? – Элли удивленно вскинула брови. – О нет, Бет, я не могла. Правда никак не могла…
– Элли, я беременна! – огорошила ее Бет; лицо ее смертельно побледнело. – Только не надо говорить, что я должна немедленно связаться с Джеймсом и сообщить ему радостную весть. Я не хочу, чтобы он вернулся ко мне из-за ребенка, – поспешила добавить она.
Бет догадалась правильно: именно такое заключение вертелось у Элли на языке, едва она услышала о беременности сестры. В конце концов, Джеймс имеет право знать, что в скором будущем станет отцом! С другой стороны, страстное заявление Бет говорило о том, что она ни за что не допустит, чтобы он вернулся в ее жизнь лишь из-за ребенка; любовь – вот что стоит у Бет на первом месте. Боже, как все запуталось!
А ведь Бет так хотела ребенка! И вот на тебе – именно сейчас, когда супруги оказались на грани развода, узнала о своей беременности…
– Понимаешь, я думала, что, если смогу поговорить с Джеймсом… – Бет на мгновение запнулась, но затем решительно тряхнула головой. – Нет-нет, не о ребенке. Если мы с Джеймсом снова сойдемся, это произойдет по другой причине. Но как с ним связаться, если он не звонит, а я не знаю, где он сейчас находится? У меня остается очень мало времени: когда живот начнет расти…
Бет замолчала, но Элли поняла, что она хотела сказать: совсем скоро, когда признаки беременности станут явными, ее гордая сестра не пожелает разговаривать с Джеймсом, даже если он приползет к ней на коленях. И Элли не могла ее винить.
В голосе Бет снова появились умоляющие нотки:
– Пожалуйста, Элли, повидайся с Дэниелом до его отъезда, ладно? Если тебе удастся выяснить адрес Джеймса, я могла бы попробовать…
Хорошенький поворот дела! Однако Элли знала, что в сложившейся ситуации ей нужно забыть о собственной гордости. Главное сейчас – благополучие сестры и еще не рожденного младенца. А из этого вытекает единственно верное решение: завтра утром она должна переговорить с Дэниелом.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Несмотря на все старания, Элли чувствовала, что вид у нее неважнецкий и щеки по-прежнему бледны. Сидя за стойкой администратора, она видела, как Дэниел прошел в ресторан: значит, скоро он позавтракает и подойдет к ней, чтобы расплатиться.
Вообще-то с утра Элли не должна была дежурить, но небольшие перестановки в расписании быстро уладили дело. И вот она внимательно наблюдает за дверью ресторана и одновременно собирает все мужество, чтобы разговор прошел достойно, будто вчерашней сцены с Дэниелом и не было вовсе. Ради счастья сестры она должна держаться на высоте.
Ночь Элли провела без сна. Да и как могла она уснуть, если перед ее внутренним взором постоянно стояло видение: она лежит в объятиях Дэниела! Элли беспокойно металась в постели, мучительно размышляя о собственном поведении. Господи, ну почему именно Дэниел вызвал у нее такую ответную реакцию? Этот человек обладал всеми теми качествами, которые Элли терпеть не могла в мужчинах: он был слишком богат, слишком влиятелен, слишком привлекателен – в общем, у него всего было в избытке. К тому же не пройдет и нескольких дней, и он станет мужем… другой женщины.
Так что же случилось с ней, с Элли?
В принципе в том-то все и дело, что сама она ничего не предпринимала; все произошло как бы помимо ее воли, помимо…
– Доброе утро, Элли, – прозвучал у нее над ухом насмешливый хрипловатый голос. – Ты приготовила мой чек?
Опять она не заметила, как он подошел! Черт бы побрал и этого человека, и мысли о нем, мучающие ее вот уже который день!
Чувствуя, что побледнела еще больше, Элли подняла глаза. На Дэниеле был строгий костюм темного цвета. Следовательно, сейчас он расплатится и отправится по своим делам…