Чтение онлайн

Улыбка парня превращается в оскал, но возмущается другой:

— Какого хрена, Брайен? Мы можем сломать ему ноги за две секунды! Чего ты с ним распинаешься?

— Стоять! — рявкает тот на него, когда он дёргается в мою сторону, и сам идёт в моём направлении. Говорит по дороге: — Деньги твоего папочки мне не нужны. Да и машин, как видишь, мне хватает. Для чего я тебя искал? — Брайен останавливается в метре от меня и сам отвечает на свой вопрос: — Сначала я и правда хотел переломать тебе ноги. За трусость. Этот твой платок вымораживал. Ну какой нормальный гонщик, мужик, будет скрывать своё лицо, как какая-нибудь смущённая девчонка? Затем я узнал кто ты, и стало понятно — ты боялся потерять место в команде по бейсболу. Вот только бесить меня меньше ты не стал. Но, нет, я больше не хочу избивать тебя до полусмерти. Я — гонщик. И мне важно приходить первым.

— Поражаюсь твоему упорству, — вздыхаю я. — Ты проиграл мне уже два раза.

— Нет-нет, Низмо, в этот раз всё будет по моему, — хищно улыбается придурок. — Одна из сложных трасс, одинаковые по мощности тачки и никаких штурманов. Только ты и я.

— И если ты снова проиграешь, то мне опять терпеть преследования? — поднимаю я брови. — На такое я не подпишусь, уж извини.

— Теперь я знаю тебя в лицо, Низмо. И я точно не проиграю.

— Практика показывает другое, ну да ладно, — делаю я шаг вперёд и протягиваю руку: — Честная гонка, после которой, как бы она для тебя не закончилась, ты и твои парни оставляете меня и моих знакомых в покое. Сдержишь слово, гонщик?

— Я всегда держу своё слово, — жмёт он в ответ мою руку.

Чёрта с два, он его держит. Он затрахает меня, в переносном смысле, разумеется, пока не победит. Это видно по нездоровому блеску глаз. Он будет вызывать меня на гонку снова и снова до грёбанной старости. Или до тех пор, пока я не решу ему поддасться.

Чего я, разумеется, делать не умею.

Проклятье.

Я хмыкаю и киваю:

— Что ж, время покажет, ну а пока…

— Не так быстро, Низмо, — качает он подбородком и врезает мне кулаком в живот. Воздух со свистом вылетает из лёгких. — Это за тачку, что я угробил по твоей вине. Восстановить её не вышло. — Парень отпускает мою руку и указывает на выход: — Вот теперь можешь идти.

Я стискиваю зубы, разгибаюсь и взмахиваю рукой:

— Увидимся.

Уже у выхода урод орёт мне в спину:

— И не вздумай явиться на гонку в грёбаном платке, Низмо!

Я усмехаюсь, показываю большой палец за спину, и раздражённо чешу бровь.

Вот какого хрена мне теперь делать?

Сабрина стоит на веранде, у бассейна. Ветерок слегка покачивает у её бёдер мою белую футболку, которая ей слишком широка. Ведьма подняла лицо к небу и мило щурится на утреннее солнце.

Вчера после тренировки я забрал её к себе. Мы вместе приготовили ужин, зажгли свечи и провели потрясающий вечер наедине друг с другом. А какой была ночь…

Проклятье, люблю эту девушку до хруста костей.

И снова её хочу. Я хочу её грёбаное всегда.

Я отставляю стакан с водой в мойку и выхожу на веранду. Заключаю Сабрину в свои руки, обнимая её со спины, и касаюсь губами шеи, которую она мне любезно открывает, отклонив голову вбок.

На нежной коже появляются мурашки. Я собираю их губами. И выгибаюсь так, чтобы ведьма почувствовала своими ягодицами мою готовность. И она чувствует. Из её горла вырывается сладкий стон, а ноги подкашиваются. Но я крепко держу её. Ни за что не отпущу.

Поворачиваю её голову к себе и впиваюсь в рот глубоким поцелуем. Кружу языком у её языка. Задеваю им нёбо и зубы. Жадно облизываю сладкие губы.

Одна ладонь ложится на окружность груди под футболкой, пальцы другой — скользят ей между ног. Ткань белья влажная.

Моя страстная ведьмочка…

Отрываюсь от губ и хочу снять с неё футболку к чёртовой матери, но Сабрина ловит мои кисти и прерывисто выдыхает с нотками осуждения и смущения:

— Тай…

Я шепчу ей на ухо:

— Нас никто не увидит, глупышка. Доверься мне.

Мгновение, и её пальцы осторожно разжимаются.

Я тут же стягиваю с неё футболку, бросаю её на плитку и прокладываю дорожку жадных поцелуев вниз по её спине. От белья я её тоже освобождаю. Затем выпрямляюсь и подхватываю её на руки. Сабрина охает от неожиданности и обнимает меня за шею.

Спрашивает дрожащим голосом:

— Что ты задумал, Тайлер Гилл?

Знает меня.

Я лукаво улыбаюсь, касаюсь её губ своими и спрашиваю:

— Купалась когда-нибудь голой в бассейне, ведьма? Обещаю, тебе понравится.

Сабрина успевает лишь взвизгнуть, а затем скрывается под водой, расплёскивая воду. Я в мгновение ока избавляюсь от одежды и ныряю следом за ней. Она, успев вынырнуть, снова визжит, потому что её накрывает всплеском воды от меня.

Вынырнув рядом с ведьмой, я ловлю её за талию и притягиваю к себе, чтобы вновь жадно завладеть её губами. Утягиваю её к мелководью, ближе к лесенкам из мелкой плитки. Усаживаю её на ступеньку, а сам припадаю к нежной и упругой груди. Прикусываю горошины розовых сосков и наслаждаюсь сладкими стонами моей девочки.

Она вся дрожит.

Дышит часто и со стонами.

Извивается, как змейка.

И так каждый грёбанный раз. Как в первый. Словно у нас с ней бесконечный запас взаимной страсти. Словно мы с ней созданы друг для друга, как бы слащаво это не звучало.

Я перемещаюсь, сам усаживаюсь на ступень и тяну за собой Сабрину. Она усаживается сверху. Полуоткрытый взгляд, дрожащие мокрые ресницы, приоткрытые губы — безумно красивая и желанная.

Моя.

Я припадаю губами к тонкой шее, как изголодавшийся зверь, прикусываю и зализываю нанесённые «раны». Сабрина тихо стонет. Я нахожу её губы. Спускаюсь ладонями вниз по спине. Сжимаю пальцами упругие ягодицы. Мну их.

Хочу её до безумия.

— Тай… — тоже теряет она терпение.

Я улыбаюсь ей в губы, а в следующий миг приподнимаю её бёдра и опускаю её на свой член. До упора. Ощущение горячей влаги и тесноты сводит с ума. Её громкий стон — добивает.

Я удерживаю это мгновение ещё пару секунд, а затем снова поднимаю и опускаю её, показывая дальнейший план действий.

Сабрина очень способная ученица, потому уже совсем скоро делает всё сама.

Мне остаётся лишь наслаждаться её движениями, видом её подпрыгивающей груди и порочным выражением лица, которое тепло высвечивает солнце.