Одержимые страстью
Шрифт:
— Ясно. — Томас кивнул с серьезным видом. — Я все понял. Сейчас подготовлюсь, через пару минут.
Он направился к сцене, потом обернулся:
— Ах да, Пайпер…
Повернувшись, она увидела робкий и полный надежды взгляд. Парень и вправду такой милый!
— Вы ведь тоже будете здесь ночью, может быть, я угощу вас выпивкой в перерыве? Ну, в качестве извинения за нынешнее опоздание.
— Так и быть, — согласилась Пайпер. Дилан улыбнулся так солнечно, что Пайпер могла ослепнуть. Потом развернулся и пошел на место для оркестра. Пайпер подумала, что такой парень может околдовать кого угодно. Она не могла дождаться, пока придет домой и расскажет о нем сестрам.
Глава 2
— Тут свободно? — произнес кто-то над ухом у Фиби.
Был вторник. Вечерняя лекция еще не началась, но Фиби уже разложила на столе тетрадь. Раньше ее пришла в аудиторию только одна студентка, Марджори Ярнел, которая была намного старше ее.
Марджори, сидевшая за соседним столом, всегда демонстрировала высокую успеваемость. Выглядела она безупречно — белые, как снег, волосы, элегантное платье, дорогие украшения. Фиби с самого первого дня заинтересовалась ею — уж слишком она не походила на прочих студентов. Впрочем, толщина кошелька не мешает увлекаться сверхъестественным.
— Оглохла, что ли? Я спрашиваю, тут свободно?
Фиби вздрогнула и, подняв глаза, увидел тощего парня, имени которого никак не могла запомнить. Он отлично вписывался в класс, как будто только что пришел со школьной скамьи, о чем красноречиво говорили угри, покрывавшие его лоб.
Фиби уже открыла рот, чтобы ответить, что место свободно, но тут чей-то голос произнес:
— Извини, но тут занято.
Парнишка покраснел и поплелся прочь, а рядом с Фиби бухнулся торжествующе улыбающийся Бретт Уэйр, с виду старше ее года на два.
«Интересно, чем он занимался прежде? — подумала Фиби. — Наверное, продавал подержанные машины».
Она коротко пожала ему руку. Ей не хотелось его унижать, но и обнадеживать его не стоило. Фиби пришла сюда, чтобы учиться, а не для всяких глупостей. Пока она проучилась не слишком долго, отметки оставались для нее превыше всего. Только Бретт расположился, тут же позади него уселась Венди Чан. Интересно, встречаются ли они? Фиби вспомнила, что видела их держащимися за руки неделю назад. А сейчас Венди, бросив короткий и неодобрительный взгляд на Фиби, переключила все внимание на парня.
— Привет, Бретт, — произнесла она.
Тот пробурчал что-то себе под нос и отвернулся.
«Так, — подумала Фиби. — Что же тут происходит? Лицезреть ссору влюбленных? Нет уж, увольте. Я не собираюсь сама крутить здесь романов и в чужие не желаю нос совать. Учиться — так учиться!»
В аудиторию зашел профессор Хагин, отличавшийся высоким ростом, густой седеющей шевелюрой и глубоким выразительным голосом.
— Итак, ребята, — произнес он. — Если все на месте, то начнем.
Профессор замолчал и принялся рыться в коробке с мелом. Подняв целое облако пыли, он отыскал-таки подходящий кусок и принялся писать на доске. «Хагин настоящий истребитель мела, — подумала Фиби. — Зато лучшего преподавателя у меня никогда не было».
— Итак, — произнес профессор Хагин, потирая руки и читая написанное, — «Легенда об убийствах в Хэллоуин». Поскольку в наступающую субботу мы будем праздновать Хэллоуин, я решил рассказать вам об одном из самых загадочных событий, до сих пор будоражащих Сан-Франциско. Оно произошло прямо здесь, в нашем студенческом городке. Слыхал ли кто-нибудь из вас легенду об убийствах в Хэллоуин?
Никто не ответил, и Фиби почувствовала, что аудитория замерла в предвкушении. Сама она подхватила ручку и приготовилась записывать.
— Тогда я расскажу вам о них, — сказал профессор Хагин, усаживаясь на край стола и покачивая ногой. — Убийства в Хэллоуин произошли более сорока лет назад, в 1958 году. В те времена наш колледж был не государственным, а частным. И учились здесь лишь богатые молодые люди из Северной Калифорнии. Одна из девушек — Бетти Уоррен пользовалась всеобщей любовью. Говорят, что парни так и стелились ей под ноги. Но она пренебрегла ребятами своего круга и влюбилась в стипендиата по имени Рональд Гальвес. Такой выбор обескуражил всех ее близких, включая лучшую подругу Шарлотту Логан. Но та ничего не могла поделать. Бетти Уоррен оставалась постоянной в своей любви к Рональду Гальвесу…
«Наверное, я такая же, как Бетти, — подумала Фиби, записав имена участников истории. — Достижение цели требует большого упорства. Интересно, как себя чувствуешь, когда приходится бороться и с друзьями, и с семьей?»
— Кое-кто предрекал любви молодых людей скорый конец, — продолжал профессор Хагин. — Но никто не ожидал, что он будет столь трагичен. В ночь Хэллоуина 1958 года Бетти и Рональд погибли при ужасных и таинственных обстоятельствах.
«Ага, вот оно», — подумала Фиби и поймала себя на том, что сползла на самый краешек стула.
— В ту ночь, — рассказывал профессор, — студенты устроили в столовой маскарад. Бетти и Рональд танцевали вместе весь вечер, а после ускользнули в соседнюю комнату, точно не могу сказать для чего…
По аудитории пробежал легкий смешок.
— Через несколько секунд веселье нарушили дикие вопли. Бетти выскочила из комнаты, вся залитая кровью. Потом грохнулась на пол, и все увидели страшные колотые раны, покрывавшие ее тело. Вбежав в комнату, ребята увидели, что одежда Рональда перепачкана в крови. У его ног лежала Шарлотта, подруга Бетти. Она умерла от раны в живот. Рональд истерично орал, что ничего не понимает, но ему никто не поверил. Ведь он сжимал в руках огромный разделочный нож, с которого капала кровь.
«Уж кто-кто, а профессор Хагин умеет рассказывать подобные истории», — подумала Фиби, борясь с охватившей ее дрожью.
— Кто-то из студентов попытался схватить Рональда, — продолжал профессор. — Но он отмахнулся ножом и выскочил в окно. Вскоре его поймали полицейские. А когда Рональд снова попробовал сбежать, его застрелили. Дядя Бетти был начальником участка и велел стрелять на поражение. Говорят, что в последний миг Рональд звал Бетти и по-прежнему утверждал, что он невиновен. Легенда гласит также, что души всех троих молодых людей, погибших в эту ночь, — Бетти, Рональда и Шарлотты, не покинули студенческий городок, поскольку так и остались неотомщенными. Однако дело было закрыто, и Рональда Гальвеса официально обвинили в убийстве. Никто не попытался оспорить подобное утверждение.