Одержимость
Шрифт:
И не официант.
Это… чёрт возьми .
Несколько раз моргаю, не веря своим глазам.
— Глеб? То есть… господин Соловьёв?
Он смотрит на меня сверху вниз. Марк, может, и красив, и у него глаза, в которых можно утонуть, но взгляд Глеба — пронзительный. Магнетический. И в нём есть что-то… какая-то нотка… чего-то . Я не могу точно понять, чего именно.
— Просто Глеб. Рад тебя видеть. Какое совпадение встретить тебя здесь.
Мой разум пустеет от шока. Губы бессмысленно шевелятся, но слов нет.
Потому что то, что мы столкнулись в тот день, когда я выходила из переулка, — ещё могло быть совпадением (в конце концов, это я следила за ним). И даже его появление в моей клинике — возможно , случайность.
Но это — уже слишком.
И всё же, как ни странно, мне не страшно. Даже не неприятно. На самом деле я… чёрт. Я возбуждена. Его щетина гуще, чем обычно, глаза — на пару оттенков темнее. Возможно, это из-за тёмно-синей рубашки, которая подчёркивает их глубину. Если Марк заставил меня покраснеть, то от Глеба перехватывает дыхание. Подмышки стали влажными. Я скрещиваю ноги — только бы не там тоже…
Он наблюдает за мной, слегка прикусывая нижнюю губу.
— Ты в порядке? — спрашивает он.
Понимаю, что до сих пор не произнесла ни слова.
— О, просто… удивлена, наверное.
Он наклоняется ближе, и его запах — пряный, мужской — окутывает меня. Я больше всего на свете хочу протянуть руку, схватить его за рубашку и притянуть к себе. Но не могу. Никогда .
Мысль пронзает меня: это я велела Софе позвонить ему. Сказать, чтобы он искал помощь в другом месте. Возможно, именно это сейчас у него на уме, когда он отодвигает стул Марка и садится рядом со мной — так близко, что наши колени соприкасаются.
— Я живу в двух кварталах отсюда. Это один из моих любимых баров.
Он улыбается — той самой уверенной, обезоруживающей улыбкой.
— Неужели? — слова снова застряют у меня в горле. Голова кружится. Бар действительно рядом с его домом. Что, конечно, я знала, когда предлагала это место Марку. Не то чтобы я специально … но что если… Блин, что если это не совпадение, и не потому что Глеб следил за мной, а потому что я подсознательно выбрала место рядом с ним? Винный бар, не меньше, а я ведь — благодаря своему частому преследованию — знаю, что он любит вино. Возможно, это я сама невольно подстроила эту встречу.
И, если честно, я совсем не расстроена.
— Ага. Меньше пяти минут пешком. Ты тут живешь?
— Нет, не совсем. Я здесь впервые, — добавляю, будто это что-то объясняет. — Я… — собираюсь сказать «на свидании» , но в этот момент появляется Марк. Он застывает в нерешительности, его взгляд переключается между нами, словно пытается оценить ситуацию.
— Это Марк, — представляю я его жестом. — Марк, это… — запинаюсь, не зная, как обозначить Глеба. Технически он пациент. Но я не могу сказать об этом вслух — это нарушит конфиденциальность. — … Глеб, — заканчиваю, не объясняя, откуда мы знакомы. По выражению Марка — граничащему с презрением ( кажется , у него все же есть тёмная сторона) — он явно решил, что Глеб — ещё один «улов» из приложения для знакомств. Моя уклончивость только подливает масла в огонь.
— Приятно познакомиться, — сухо кивает он. — Не возражаешь, если я верну свой стул?
Глеб молчит. Перевожу взгляд с Марка на него и замечаю, что его лицо абсолютно бесстрастно. Чего я никогда раньше не видела — а уж я насмотрелась на него вдоволь.
— Конечно, — Глеб встаёт, движения скованные. В последний раз смотрит на меня. — До скорого, — он бросает оценивающий взгляд на Марка, будто проверяя, как тот отреагирует.
Но Марк лишь отвечает напряжённой улыбкой.
— Приятного вечера.
Глеб делает шаг, затем резко оборачивается.
— О, Марина… — пытаюсь игнорировать трепет, пробежавший по спине, когда он произносит моё имя. Кажется, он никогда раньше его не использовал. — Твой офис звонил дважды. Я ещё не перезвонил. Всё в порядке?
— О, я… не уверена. Наверное, что-то по страховке. Пустяки.
Он изучает меня, медленно кивает.
— Хорошо. Спокойной ночи.
Марк возвращается на своё место. То беспокойство, которое мне чудилось в его чертах несколько минут назад, бесследно исчезло. Упоминание Глебом моего офиса и последовавший намёк на наши профессиональные отношения явно разгладили морщинки на его лбу. Он улыбается и начинает рассказывать о своём любимом печенье «Трефойлс» (что бы это ни было), а я изо всех сил стараюсь сосредоточиться на нём — на этих тёмных бровях и тёплых глазах, которые ещё недавно притягивали моё внимание.
Но все мои мысли — о Глебе. Он сидит за стойкой в другом конце зала, спиной ко мне. Каждый раз, когда Марк отвлекается, я украдкой бросаю взгляды в его сторону. Когда мой спутник просит у официанта меню — я глазею. И когда Глеб оборачивается, встречая мой взгляд, я понимаю: так продолжаться не может. Не с ним здесь.
— Прости, — говорю Марку как раз в тот момент, когда он собирается заказать закуски. — Мне внезапно стало нехорошо. Может, продолжим в другой раз? — Выдавливаю улыбку. — Мне правда было очень приятно. Просто… чувствую приближение мигрени. Иногда вино действует на меня так. Не стоило пить последний бокал.
Он наклоняет голову, изучая меня с беспокойством.
— Конечно, Марина. Давай я оплачу счёт и вызову тебе такси.
Мы совершаем привычный ритуал завершения свидания: обмениваемся любезностями, обещаем скоро созвониться. Выйдя на прохладный вечерний воздух, Марк пытается вызвать мне такси.
— Я пройдусь пешком. Живу недалеко, свежий воздух пойдёт мне на пользу.
Он хмурится:
— Могу хотя бы проводить тебя?
— Боюсь, буду плохой компанией. Но ещё раз спасибо. Мне правда было очень хорошо.
— Может, повторим в следующую среду?
— Мне нужно свериться с графиком. На следующей неделе у меня одна встреча вечером, но не помню, в среду или четверг.
— Хорошо. Береги себя.
— Обязательно.
Не могу вздохнуть полной грудью, пока не сворачиваю за угол. Замедляю шаг, но, пройдя полквартала, слышу за собой шаги. Как будто кто-то преследует меня. Оборачиваюсь — на тротуаре действительно маячит силуэт, но свет фонаря падает так, что видна лишь высокая тёмная тень. И она приближается.