Шрифт:
Глава 1
Илья звучно шлёпнул девушку по попе и уклонившись от её резвого кулачка, ухмыльнулся.
– Бойкая у меня жёнушка, – шлепок повторился и Арина нахмурила брови, даже не подозревая, насколько охренительно мило это выглядит.
– Отстань уже, – похоже, девушка не разделяла озорного настроя Ворохова.
– Ты обещала, что будешь послушной женой, помнишь? – сгрёб в охапку и замурлыкал, словно тот кот, полакомившийся сметаной.
– Илюш, я сегодня не в настроении. Дай спать.
– Да ты что? А может мне вообще уйти? – вмиг посерьёзнел и выпустил супругу из объятий. – Что происходит, Арина? Ты уже целую неделю меня игнорируешь! Какого хрена, позволь полюбопытствовать?
– А ты вспомни, что обещал? А что на самом деле? Где обещанная тобой свобода? Я целыми днями сижу взаперти!
– Чёрт, Ариш, ну не начинай на ночь глядя! Сколько можно тебе объяснять? Это временно. Скоро вычислим нашего агрессора и всё встанет на свои места.
– Обещаешь? – стрельнула глазками в его сторону, скрывая улыбку.
– Могу дать расписку в обмен на то, что находится у тебя под этой умопомрачительной пижамкой, госпожа Ворохова, – заворковал бандит и придвинулся ближе, распуская свои нахальные ручонки.
Арина бросилась к возлюбленному, что уверенно, с неизменно дерзкой ухмылкой шагал ей навстречу.
Внезапно ясное небо над головой заволокло чёрными тучами и пошёл дождь. Странно… Середина января и вдруг дождь… Почему Илья в одной рубашке? Холодно ведь… Сердце почему-то сжалось от нехорошего предчувствия.
Она продолжила путь, отгоняя от себя мрачные мысли. Раздался громкий хлопок, похожий на выстрел и мужчина резко застыл. Его лицо посерело, а на белоснежной рубашке в считанные секунды расползлось кровавое пятно.
– Илюша! Илюшенька!
– Арина, проснись! – Ворохов встряхнул девушку и та, очнувшись от очередного кошмара, уставилась на него широко открытыми глазами.
– Тише, малыш. Это всего лишь сон, – он прижался губами к её влажной от слёз щеке, не прекращая успокаивающе убаюкивать, словно маленького ребёнка. – Слушай, тебе каждую ночь снятся эти кошмары. Может к психологу запишу тебя?
– Думаешь, что я сумасшедшая, да? – укоризненно взглянула на него. – Я просто боюсь за тебя. Как вспомню тот взрыв…
– Я думаю, что пора это прекращать, пока ты и правда не рехнулась. Я бывший «бригадир», а теперь – политик. На людей открывали охоту и за меньшее. Но это не значит, что у них получится. Я всё ещё Зверь и никогда не перестану быть им. Перегрызу глотку каждому, кто посмеет поднять руку на меня или на мою семью. И завалить меня не так-то просто, – он устал вдалбливать это в её голову.
– Может… К родителям съездим? После свадьбы ни разу не виделись…
– Ариш, сейчас не время. Кстати, мне нужно уехать по делам, а ты постарайся уснуть. Если что, ребята на посту. К утру приеду, отвезу тебя к врачу, – он поднялся и стал одеваться.
– Илюш, ну какие ещё дела в десять вечера? Ты же только недавно пришёл! Я устала просыпаться одна! У меня уже складывается впечатление, что ты ведёшь какую-то двойную жизнь! – Арина вскочила вслед за мужем, но тот лишь недовольно зыркнул на неё.
– Прекращай, сказал! Дуй в постель, утром буду.
– Папа! Папоська плисол! – Алиса буквально запрыгнула на своего родителя и так на нём и «поехала» дальше.
– Когда же ты уже говорить правильно научишься? – проворчал Женя, целуя дочь в раскрасневшуюся щеку. – Так, а где Ира?
– Мама сегодня глустная… – девочка выпятила нижнюю губу, выражая свою скорбь по этому поводу.
– Почему? – Синицын повертел головой в поисках своей сожительницы, но нигде её не обнаружил.
– Не знаю… Она всю ноць плакала…
– Привет, – Бугай прошёл вглубь спальни и, включив ночник, склонился над девушкой, лежащей на кровати.
Цветочкина хмуро взглянула на него, а затем и вовсе отвернулась.
– Не понял. А поцеловать меня не хочешь? – он потянул её за ногу, привлекая к себе внимание, которое сегодня ему дарить явно не собирались.
Ирка взбрыкнула и отползла выше.
– Не хочу! Пусть тебя твои бабы целуют или где ты там шляешься сутками!
– Ир, ты дура что ли? – он снова схватился за конечность бунтующей мадам и на этот раз уже не выпустил её, не обращая внимания на бурный протест. – Какие бабы? Я делами занят был! Иди сюда, сказал! – в мгновения ока Ирка была распластана на кровати под крупным телом своего Дикаря.
– Ага! Охотно верю! – упёрлась в грудь мужчины, но куда ей против Бугая. Он с хитрой улыбкой обрушился с поцелуями на девушку, слегка покусывая её за шею.
– Ир, ты такая тупица! Ну скажи, на хрена мне какие-то сорняки, если дома есть такой знойный Цветок? – комплиментами Синицын баловал девушку не часто, что на сей раз и стало очередным поводом для подозрений.
– Не верю! – опять попыталась увернуться от его губ.
– Ага, Станиславский нервно курит за амбаром. Хватит уже ломаться, я соскучился, – грубовато сжал её грудь, всё так же нагло скалясь.
Цветочкина почти замурлыкала, когда своей мягкой бородой он защекотал её шею.
– Больше не смей реветь! А то получишь по своей сочной жопе, – мужчина скатился с неё и прилёг рядом.
– А я и не думала. Было бы из-за чего, – фыркнула, пытаясь привести в норму учащённое дыхание.
– Алиска тебя застучала.
– Ладно… Немного всплакнула. Ты дома практически не бываешь. А мы с Лисёнком скучаем.
– Сейчас время такое. Вот разберёмся с вражинами и я весь ваш. Кормить-то будешь, нет?