Чтение онлайн

Джоди раскрыла рот, а потом закрыла, решив не произносить вслух того, что было у нее на языке. Однако глаза у нее сощурились. Я усмехнулась, глядя на нее. Съела еще одно печенье. В кухне все еще царило молчание, и я его не нарушала. Через несколько минут Джоди спросила:

— Кто ты?

Я не ожидала такого поворота. Одно дело, когда вампиры или колдуны понимали, что я не человек, и совсем другое дело, если узнают люди из правоохранительных органов: копы могут сообщить в Псиконтр. Я стояла неподвижно, в то время как мне хотелось прыгнуть через стол и вцепиться в гостей когтями. Пантера была начеку и прислушивалась. Она предлагала распороть им брюхо, а потом, умирающим, задать пару вопросов. Я осадила ее. Пауза длилась немного дольше, чем нужно, а потом я ответила, приняв серьезный, дружелюбный тон:

— Я лучший охотник на выродков-вампиров на Восточном побережье.

Так кто меня выдал? О том, что я не человек, знали только Кейти, Тролль, Громила и Лео. Я засунула в рот очередное печенье и с набитым ртом, снова демонстрируя свою грубость, невоспитанность и намеренную враждебность, чтобы дать копам иную тему для размышлений и отвлечь их от нюансов моей реакции на их вопросы, продолжила:

— Я не испытываю отвращения к солнечному свету или серебру, люблю чеснок и старые фильмы с Белой Лугоши [1] и хожу в церковь. Я не умею налагать заклятия, и мои подруги-ведьмы говорят, что к их сословию я не принадлежу. То есть в соответствии с вышеупомянутыми признаками я человек, хотя из-за этого очень часто попадаю в дурную компанию. — Проглотив печенье, я продолжила: — У меня есть лицензия на право деятельности почти во всех юго-восточных штатах, а в остальных я могла бы получить отказ. В моем послужном списке нет ни одного невыполненного задания. Совсем недавно я уничтожила семь из семерых обезумевших членов семьи молодого выродка-вампира. Я профи в уличных боях и фехтовании, хотя разряда не имею, а кроме того, метко стреляю. Все это вы можете найти на моем веб-сайте. Как мне кажется, вам нужна информация, которой там нет. — Подняв брови, я выдала на-гора свою самую наглую усмешку. — Я натуралка. Размер обуви седьмой. Люблю мясо. Ой, постойте, это вы уже знаете. Мне нравится танцевать, а наше словесное буги-вуги наводит меня на мысль о том, что сегодня вечером я пойду попляшу. — Я пожала плечами.

— Ты забыла об одной вещи. — Джоди махнула перед моим носом маленькой черной коробочкой размером примерно с колоду карт. На ней имелась круговая шкала, как у счетчика Гейгера. Стрелка, повернувшись чуть больше чем на пол-оборота, застыла на цифре шестьдесят два. Вид прибора поверг меня в ужас. Что это еще за хрень! Пантера приподняла губы и угрожающе оголила зубы. Улыбнувшись, я съела еще одну печенюшку. — Почему на тебя среагировал мой парадетектор? — спросила Джоди.

Шестьдесят два — это посредине между вампиром в полночь и лунной ведьмой в полнолуние. Довольно значительный показатель! Мне всегда было интересно, какую цифру я увижу. Про парадетекторы, или псиметры, уже много лет назад рассказали на сайте «Policemag.com». Они стоили дорого и, согласно журналу, применялись только теми органами, которые финансировались государством, вроде ФБР, ЦРУ и Псиконтра. Я уж решила, что никогда не увижу прибора, но он попался мне на глаза в старом добром Новом Орлеане. Вот так повезло!

— Я общаюсь с ведьмами, — ответила я безразлично. — Ношу несколько сильнодействующих колдовских амулетов. Молли почистила мою одежду перед тем, как я уехала из Эшвилла. — Я пожала одним плечом и откусила печенье, хотя куски его застряли у меня в горле. — Возьмите какой-нибудь, если хотите. Я не возражаю.

— Мы тут, в Новом Орлеане, не очень-то любим ведьм, — вмешался Герберт.

— Отчего же? Они потрудились на славу, когда укрощали «Катрину», «Риту» и «Ливана», — парировала я.

Физиономию копа перекосило от ненависти и застарелых предрассудков. Ага! Я нашла его больную точку и поняла, зачем его притащили сюда. Пантера учуяла адреналиновые вкрапления в поту Герберта. Да парень был настоящим ведьмоненавистником. И это здорово меня разозлило.

— Не их вина, что одному колдовскому клану не хватило мощи, чтобы укротить такие могучие ураганы, — добавила я, стряхивая крошки с футболки на пол. — Матушка-природа намного сильнее любого племени. Однако они перевели «Катрину» из пятой категории в третью на подходе к берегу. Ты должен признать их заслуги.

Герберт встал и положил одну руку на рукоятку пистолета, а другую на дубинку:

— Ничего я им не должен.

— Ну, тогда ты полный придурок, — сказала я снисходительно. — И помочь тут ничем нельзя.

Он двинулся в обход стола. Я усмехнулась, глядя на него. Пантера чуть не замурлыкала. «Забавно…»Я увидена картинку: Пантера играет с раненым кроликом. Я ухмыльнулась во весь рот, однако осмотрительно осталась стоять в углу. Джоди молчала, внимательно наблюдая за нами. Да, она заняла свою позицию.

— Мы тут, в Орлеане, не любим ведьм, точно так же как и вампиров, — продолжал Герберт, медленно приближаясь ко мне. Он зацепился ногой за стул и оттолкнул его — тот со скрежетом отлетел в сторону. Пантера наблюдала за копом сквозь мои глаза. «Забавно…»Она подобралась. Я осадила ее. — Вампиры убили десятки полицейских и съели, словно они были кусками мяса. А ты работаешь на этих убийц.

Когда он оказался в полуметре от меня, Джоди схватила его за руку и рявкнула:

— Джим, выйди и жди на улице! Пожалуйста.

— Ага, — ответила я, добавляя масла в огонь, не в состоянии сдержаться. — Не знаю, записывают ли камеры, и монтированные в стены, только изображение — или звук тоже. А то можешь появиться на «YouTube» и будешь выглядеть полным дураком, болтая такую чушь. В Новоорлеанском полицейском управлении сочтут это серьезным нарушением политкорректности. Вампиры притягивают сюда множество туристов, а заодно и их денежки. Уверена, никто не захочет связываться с теми, кто приносит городу прибыль.

— Совет вампиров может поцеловать меня в…

— Джим! Выйди вон! Немедленно! Резко повернувшись, он затопал прочь и, выйдя на крыльцо, хлопнул входной дверью. Я засмеялась, одновременно почувствовав себя в некоторой степени виноватой. Хотя Пантера и получила удовольствие, я не одобряла своего поведения. Дразнить закон было глупо и опасно.

— Ты ведь не собираешься нам помогать? — сказала Джоди тихонько, чтобы воображаемые записывающие устройства не смогли уловить ее слова.

— Я собираюсь уничтожить упыря, который убивает ваших копов, проституток и туристов. Вроде как похоже на помощь.

— Ты точно человек? — снова тихо спросила Джоди с неподдельным любопытством в голосе.

— Я уже отвечала на этот вопрос.

— Согласно документам, тебе двадцать девять лет, но ведешь ты себя временами как пятнадцатилетний подросток, а временами — как пятидесятилетняя дама. У тебя манеры хулигана, на тебя реагирует мой парадетектор, то есть ты излучаешь энергию. Ты несешь в себе какую-то силу или вырабатываешь ее. И ты намеренно дерзишь полицейским, в то время как мы могли бы тебе пригодиться.

— Ты привела своего напарника, чтобы проверить мою реакцию на его тупость? — предположила я, однако предположение было похоже на утверждение. Джоди оказала мне любезность и покраснела. Я фыркнула от смеха. — Игра в хорошего и плохого полицейского работает только в кино. У меня есть номер твоего мобильного, Джоди. Я позвоню, если мне понадобится поддержка. Я позвоню, если понадобится информация. И позвоню, если появятся факты, о которых необходимо знать Новоорлеанскому полицейскому управлению.