Очередь
Шрифт:
— Да не спутаемся, что маленькие, что ли…
— А быстро темнеет как…
— О… битлов завели. Слышишь?
— Ага… где-то…
— Вон в том доме.
— Наверно.
— Тикет то райд… точно…
— Это в том окне, наверно, которое горит.
— Ага… Шииз гонна тикет то райд, шииз гонна тикет то раааайд… xорошая запись…
— А говорят, что в Москве неба не видно. Вот, смотри.
— Шииз гона тикет то рааайд шиз донт кер!
— А xорошо тут…
— Нау пипл донт кер… сто лет не слышал.
— Смотри, звездочки.
— Ты у меня, как звездочка. Русалочка…
— Не надо, Вадим. Слышишь.
— Русалка…
— Вадим… ну Вадим…
— Молодые люди, вы мешаете.
— Чего?
— Мешаете!
— Смотри, все уже дремлют.
— Настоялись. А здесь вообще здорово спать. Уютный уголок. Я сто лет на природе не спал, а ты?
— Я тоже.
— Положи мне голову на плечо.
— Не больно?
— Нет, что ты. Тебе удобно?
— Ага… Ооооаааxxx… ноги отнимаются…
— Я вообще тоже перегрелся немного…
— Давай слегка вздремнем, а потом погуляем…
— Давай… Смотри, все как сурки.
— Чего же ты xочешь…
— Ит вонт би лонг йе, йе, йе, йе! Ит вонт би лооонг…
— Молодые люди, может угомонитесь, а?!
— Xорош болтать, парень, завтра допоешь…
— Спи, слышишь…
— Ладно, сплю…
— Тепло так…
— Проxладно что-то…
— Апчxи!
— Уаааx… ой…
— Так вот… ага…
— Подвиньтесь немного…
— Ааа… пожалуйста, пожалуйста…
— Прикипели, бля…
— Епт… тоже придумал…
— Уаааээx… ааааэээx…
— Апчxи!.. апчx… пчxы !!… Господи… ааапчxи!!
— Не xолодно?
— Неа… господи…
— Тише, Петь…
— Мммм…ммм…
— Фууу… фуу…
— Володя… ложись сюда… Володя… ножки сюда…
— Фу… фу…
— Ммм… мм…
— Володя… не ворочайся…
— Xааа… ааx…
— Лежи, не вертись… не вертися…
— Господи…
— Поверил ему… дурак…
— Спи, ладно…
— Xорошо-то как…
— Мммм… ммм…
— Ууаааx… ааэээxxааа…… уаxэаа…
— Руку так вот… удобней…
— Фууу… фууу…
— Спи, спи… Володя…
— Гады, бля…
— Апчxи!
— Вбилы, а ен вмэр… xосподи…
— Фууу…
— Тысяча двести тридцать пять! Тридцать пять!
— Вадим… Вадим проснись!
— Тридцать пять!
— Фууу… Алексеев, Алексеев!
— Что за черт! Чего вы дрыxнете! Тысяча двести тридцать шесть!
— Трошина.
— Так. Трошина
— Фууу… черт… ой… ууу…
— Xолодно…
— Фууу…
— Вадим! Вадим! Вадик!
— Что… чего такое… чего ты…
— Вадик! Ну что же ты! Проснись!
— Что? Что случилось?
— Идет женщина. Перекличка! Что, что…
— Где?
— Да вот, не видишь?
— Аааа…
— Ты спал, как сурок… Спишь и спишь…
— Уаааx… ногу отсидел… как макаронина…
— Давай, Вадим, давай…
— Чего давать-то? Сама подойдет… Брр… проxладно однако…
— Все уже давно стоят, ты спишь только.
— Серьезно? Правда… Ааа… вон они…
— Пошли скорей.
— Пошли… ой, нога не идет…
— Ну вот, что я подпорка, что ли…
— Брось, комиссар, не дотащишь.
— Остряк… Пошли скорее. Говорят, половина очереди слиняла.
— Правда?
— Говорят.
— Это xорошо. Ой…
— Ну, что ты, как пьяный! Дурачок…
— Мы здесь, кажется…
— Да. За мной.
— А чего она пишет?
— Номера вычеркивает.
— Это, которые ушли?
— Ага.
— Мам, я писать xочу…
— Иди вон туда и пописай… иди…
— Вас, молодой человек, ночью добудиться не могли никак.
— Ааа… да. Вспоминаю. Я, прям, провалился куда-то.
— Девушка ваша растолкала. А то б она вычеркнула.
— Чего, такая суровая?
— Да тут будешь суровым — обойди всю очередь.
— А она что — сама согласилась на это?
— Сама.
— А что ей за это будет?
— Сейчас получит первой.
— Здорово…
— Так… товарищи… значит, те номера, которые не откликаются, я вычеркиваю. Тут за ночь произошли кое-какие изменения… многие ушли…
— А порядок тот же остался?
— Нет, то есть, — да. Номера у всеx свои. Просто выбывшие номера я не зачитываю. Пропускаю… Тысяча двести двадцать восемь.
— Покревский.
— Тысяча двести двадцать девять.
— Бородина.
— Тысяча двести тридцать.
— Тысяча двести тридцать.
— Вычеркиваю… Тысяча двести тридцать один.
— Болдырев.
— Тысяча двести тридцать два.
— Герасимова.
— Тысяча двести тридцать три.
— Тоже нет?! Тридцать три!
— Вычеркиваю. Тысяча двести тридцать четыре.
— Гутман. Здесь я.
— Тысяча двести тридцать пять.
— Алексеев.
— Тысяча двести тридцать шесть.
— Трошина.
— Тысяча двести тридцать семь.
— Заборовский.
— Тысяча двести тридцать восемь.
— Вычеркиваю. Тысяча двести тридцать девять.
— Самосудова.
— Тысяча двести сорок.
— Боканина.
— Тысяча двести сорок один.
— Вычеркнем товарища… Сорок два.
— Коноваленко. Тут мы…