Обряд
Шрифт:
Во даёт! Владимир оделся и, выйдя наружу, первым делом встретился с Натальей — чуть не столкнулся. И увидел, насколько широки её глаза, велико изумление на её лице.
— Небо! — выпалила она. — Вы видели небо?! Идёмте, покажу!
Она схватила его за руку — Владимир даже опомниться не успел — и повлекла за собой к лестнице.
Когда они вбежали в “астрономическую каморку”, Владимир и сам увидел. Зыбкие, переливающиеся всеми цветами радуги полотна в зените — полярное сияние. В медленно тающей тьме вокруг оно выглядело особенно внушительно. И — тишина вокруг. Обычно к этому моменту просыпались синицы, другие лесные птицы — лес здесь в двух шагах. А сейчас тихо-тихо. И небо, пронзительное ясное небо.
— Мне это очень не нравится, — сумел высказаться Владимир, когда немного пришёл в себя. — Совсем не нравится.
— Мне тоже! — посмотрела ему в глаза Наталья. — У меня очень неприятные предчувствия. А где Ганя? Спит?
— Нет, уже в душе. Просила кофе сделать.
— Я сделаю! — Наталья кивнула. — А вы делайте, что хотели. У вас же был какой-то план, да? Не буду мешать.
И убежала прочь. Она права, подумал Владимир, бегом направляясь в мастерскую. И у Владимира-второго очень дурные предчувствия. Ну-ка, что он там вчера успел придумать по поводу детекторов и всего такого?
Владимир-второй отчего-то вспомнил о маркере с красным колпачком, лежит на одном столов мастерской. Зачем он вдруг нужен? Что в нём такого? Владимир торопливо исполнил “набросок” виграфа, который вчера успел продумать его двойник — что-то там для противостояния “стальной воле” и подобным воздействиям — а затем мысли двойника о маркере стали сводить с ума. Владимир обнаружил его секунд за пять до того, как услышал шаги. Успел только спрятать в карман.
Агафья. Бодрая и довольная.
— Вы снова работаете! В душ хотите? У нас ещё есть…
Оба их телефона одновременно ожили — на каждый пришло сообщение. И Агафья, и Владимир оба достали телефоны и прочли.
* * *
Мэтр Зервас проснулся сам, минут за десять до сообщения диспетчера. Как чувствовал — важная новость.
— Слушаю, — позвал он, прикоснувшись к сенсору.
— Три совпадения из трёх, мэтр Зервас. Каждый параметр проверен минимум по десяти источникам, все подтверждают.
— Что в этот раз — радуга?
— Никак нет, полярное сияние.
— Где ожидается извержение?
— Флегрейские поля, мэтр. По оценкам оперативного штаба, произойдёт в течение ближайших трёх-четырёх часов. Четверо наших агентов в окрестностях, их данные подтверждают оценку. Также ожидается извержение вулканов Казбек, Сент-Хеленс и Эребус, примерно в том же временном интервале. Ожидаемое количество жертв — от пяти до семи миллионов человек.
— Всех агентов на исходные позиции, — распорядился мэтр Зервас. — Авто к подъезду моего дома, созвать оперативный штаб.
* * *
Лиана постучала в их дверь ещё через десять минут. Агата и Владимир к тому моменту успели одеться и привести себя в порядок.
— Началось, — коротко пояснила Лиана. — Нам может потребоваться ваша помощь. Следуйте за мной.
Агата и Владимир переглянулись, и забрав свои вещи, отправились следом за Лианой.
По пути Владимир пару раз оглянулся — Асвил замыкала, лицо её — если можно так сказать — ничего не выражало.
* * *
Сообщение выглядело странно. Пара нечитаемых слов — набор букв — и далее: “прибыть на точку ноль в течение пятидесяти минут”.
— У нас мало времени, — позвала Агафья. Владимир посмотрел в её глаза и оторопел. Только что была та Агафья, из закутка — весёлая, смешливая и легко смущающаяся. И вот — оперативный работник Инквизиции. Исчезла улыбка — взамен спокойное, сосредоточенное выражение лица. — Идёмте.
Она быстрым шагом направилась вон из мастерской, а Владимир… пошёл следом. Странным было ощущение: словно стал зрителем в теле, не хозяином. Попробовал остановиться, не идти — тотчас кольнуло сердце и заболела голова. То есть сопротивляться можно, но будут последствия. Что за чёрт!
“Ваша задача — остаться в живых”, сказала тогда Вероника. Или как-то так. Уже понятно, что с Агафьей что-то случилось — Владимир шёл за ней следом, и не узнавал Агафью: движется быстро, почти бесшумно, ни одного лишнего движения.
Они вошли в комнату, быстро переоблачились в “волшебную одежду”. Сумку Владимир не взял: попробовал взять, но вновь был “условно наказан”. Получается, только то, что на них — снаряжение, и всё. Что происходит вообще? память Владимира-второго не особенно помогла.
— Нам нужен транспорт до Управы, — пояснила Агафья, застегнув свою куртку, и вновь посмотрела в глаза Владимира. И того сковало на пару секунд, словно упал в густой, горячий кисель. — Поставьте “Неведение” в наших комнатах. Во дворе через минуту, — добавила она и быстрым шагом покинула комнату.
Владимир попробовал взять сумку — куда там! Тут же начинала кружиться голова. Владимир поставил тот самый виграф, “Неведение” — во всех трёх комнатах — и направился к выходу, сразу же стало ощутимо легче. В коридоре его догнала Наталья.
— Что происходит? Куда вы?!
Владимир попробовал сказать “к Управе”, но словно набрал полный рот клея — не получилось сказать именно это.
— Мы в беде, — ответил он, стараясь двигаться медленнее. — Мы все. Пожалуйста, не говорите с Агафьей! — Он сумел остановиться, и головная боль, пронзив голову тупой иглой, становилась всё сильнее. — Пожалуйста, найдите в моей сумке заколку для волос, чёрную розу, — сумел добавить Владимир — терпеть боль становилось всё сложнее, от неё шли чёрные круги перед глазами. — Только не трогайте её голыми руками! И не оставайтесь в нашей комнате, там теперь опасно!
Он успел увидеть, как Наталья кивнула и метнулась в их с Агафьей апартаменты — и успел ещё услышать, как она выбежала оттуда вон. Владимир быстрым шагом пошёл ко входной двери. За окошком вахты увидел откинувшегося на спинку стула охранника — глаза закрыты, улыбка на лице. Хочется надеяться, что жив.
* * *
В зеркальном зале было теперь полно народа — но этих людей ни Владимир, ни Агата не знали. Люди стояли группами перед зеркалами. Время от времени кто-то то уходил в зеркало, то выходил из него. Лиана подвела Агату и Владимира к ближайшему свободному зеркалу — перед ним стояло три стула.