Чтение онлайн

– Я решил рассчитаться, Макс, просто рассчитаться.

Я выплюнул сгусток крови и кое-как сел. Я все еще поверить не мог, что это Джо убил Криса и всех остальных.

– Почему? За что? Я думал, тебя схватили. Я сохранил твою долю. Я ждал тебя.

– А я это знаю, – сказал Джон. – Я следил за вами. Я ведь вернулся сюда раньше вас.

У меня кружилась голова, я уже ничего не понимал.

– Но почему? – снова выговорил я.

Джо мрачно смотрел на меня. В его глазах не было ничего человеческого. Я уже пришел к заключению, что погибну, но не мог понять, лишился ли я рассудка из-за удара по голове или и впрямь мой друг и партнер по бизнесу совершил все эти убийства.

– Почему я прикончил всех этих ребят? Только из-за денег. Сами они ничего для меня не значат. Ни твой приятель Хексхэм, этот жалкий трус, ни Калински, ни даже Таггер Льюис. Парень он был нормальный, но ничего особенного, а однажды надул меня в карты. Обманул и забрал деньги, которые ему не принадлежали. Таких вещей я не забываю.

– Но почему меня, Джо? Я-то что тебе сделал?

– Ты убил мою жену, Макс. Ты убил мою жену.

– О чем ты?…

Мне не суждено было закончить свой вопрос. Я увидел, как Джо замахнулся лопатой, сверкнувшей металлическим блеском в свете луны, и быстро поднял руки, защищая лицо, и ее острое лезвие полоснуло мне по локтям. Почувствовал невыносимую боль, я упал на спину и свернулся калачиком.

– Не знаю, о чем ты говоришь, Джо, – простонал я. – Клянусь, я этого не делал.

– А современные технологии, Макс? Ты о них забыл. Помнишь Дитриха Фенцера, парня, которого осудили за ее убийство? Так вот, полгода назад он покончил с собой, а до того все время твердил о своей невиновности. Говорил, будто он действительно встречался в тот день с Эльзой и они поссорились, но он ее не убивал. А три недели назад мне позвонили из германской полиции, сообщили, что они заново расследуют это дело. Оказывается, они тоже засомневались в результатах следствия и еще раз проверили образцы ДНК из спермы, взятой в тот раз из тела Эльзы, и после дополнительного исследования оказалось, что она вовсе не Фенцера. – Он замолчал и с силой ударил меня по спине, так что я закричал отболи. – Для него уже слишком поздно, но зато я кое-что вспомнил. Я ведь знал: она крутит с другими. Меня это бесило, но я терпел, так как чертовски ее любил. Но я помнил ее рассказы, и это заставило меня подумать, что один из тех, с кем она водила шашни, был ты, Макс.

– Джо, клянусь…

Лопата снова опустилась, на этот раз мне на пальцы. Я слышал, как они ломаются, но не отнимал их, понимая, что это вызовет новый удар по незащищенной голове, и только скрипел зубами от невыносимой боли.

– Я все время старался выкинуть эти мысли из головы, ведь Макс Айверсон был моим самым верным другом, приятелем, с которым мы так славно выпивали.

– Я был ими есть.

– Черта с два! – зарычал он в бешенстве, еще раз ударив по сломанным пальцам. Я закричал отболи, и слезы невольно брызнули у меня из глаз. Не знаю, сколько еще я мог вынести. – Но потом этот коп, позвонивший мне, сказал, будто они заново проверяют солдат, в то время служивших на базе, так как пришли к выводу, что она якшалась с некоторыми из них. Я вдруг вспомнил, как ты старался найти убийцу, как ты нервничал, и если бы они столь скоро не арестовали Фенцера, может, я стал бы подозревать тебя, хоть ты и считался моим другом. Я думал, если ты видел, как она поссорилась с Фенцером, то мог подбросить ему в дом орудие убийства, которым сам ты и воспользовался…

– Пожалуйста, Джо, прошу тебя. Я не делал этого, клянусь!

Джо со всей силой вонзил мне в бедро острие лопаты. Я инстинктивно схватился за это место раненой рукой, почувствовав, как оттуда потекла кровь, и Джо высоко занес лопату, готовый снова обрушить ее на меня.

– Почему бы тебе не признаться, Макс? Почему ты не признаешься? Я же знаю, что ты…

Тишину ночи потряс оглушительный выстрел, и искаженное яростью лицо Джо стало вдруг изумленным. Он пошатнулся, и лопата выскользнула у него из рук, громко звякнув о бетон. Грянул второй выстрел, и на этот раз он упал вперед, совсем рядом, и стал дергаться всем телом. Через пару секунд он затих.

С трудом преодолевая боль, я повернулся посмотреть, кто стрелял. Таггер сжимал пистолет, не тот, который был у него в руке, когда он наткнулся на меня в коридоре. Он по-прежнему лежал на земле и оперся на локоть, чтобы сделать выстрел. Глаза его казались остекленевшими, кровь все так же струилась изо рта, и в спине торчал нож.

Я кое-как поднялся на ноги, вздрогнув от боли, пронзившей меня, когда оперся на землю перебитыми пальцами. Я захромал к Таггеру, зажимая рану на бедре, из которой хлестала кровь, но Таггер умирал.

Он перевернулся на бок и отчаянно закашлялся, выплюнув сгусток запекшейся крови, смешанной с мокротой. Я сел перед ним, пытаясь сообразить, как его спасти, хотя и видел, что дело дрянь. Наконец он заговорил, медленно, но старательно, казалось, ему было очень важно это сказать.

– Я не мухлевал в карты, – тихо произнес он. Потом упал на спину и скончался.

Долго я сидел около него, не в состоянии что-либо осмыслить. Потом я заставил себя встать и, спотыкаясь, побрел к фургону, решив обязательно попасть на Бермуды, хотя бы это стало последним делом в моей жизни.

Я страшно измучился, пытаясь открыть ключом дверь в квартиру Элейн, мне удалось это только с третьей попытки. Было пять минут восьмого утра, я выглядел страшно и дико, хуже не бывает. Глаза подбиты, на губах запеклась кровь, лоб рассечен, три пальца оказались сломанными, а рана на бедре смотрелась так, словно была инфицирована. Невозможно описать, как я сюда добирался, но все-таки я доехал.

В квартире было темно. Я не стал окликать Элейн, она могла еще спать. Я тоже мечтал поскорее рухнуть в кровать. Я хотел было привести себя в порядок, прежде чем показаться ей на глаза, боясь насмерть перепугать бедную женщину, но у меня не хватило сил.

Я медленно прошел по коридору к спальне и тихонько отворил дверь. Спущенные шторы не пропускали света, но я различил под одеялом очертания фигуры. Это было самое желанное зрелище. Я опустил сумку с деньгами на пол, потом сбросил на нее брюки и рубашку. Раздевшись догола, я осмотрел бедро: рана еще кровоточила. Нужно бы перевязать ее, а потом уж ложиться в постель.

– Макс? Это ты? – Элейн села, протирая глаза. – Что ты здесь делаешь? Я думала, ты вернешься позже.

– Ничего, не волнуйся. Через минуту я лягу.

Она включила лампу у кровати и ахнула.

– Господи, что с тобой? На тебя напали?

Мне удалось мрачно улыбнуться.

– Можно сказать и так. Только не стоит беспокоиться. Все будет нормально, поверь мне.

– Боже ты мой, иди сюда. – Она слезла с кровати, одетая только в кружевную ночную сорочку, и на какой-то момент моя боль стихла. Просто поразительно, как влияет на мужчину нежное женское тело. Мы обнялись, я поцеловал ее в губы, не обращая внимания на боль. – Хорошо, что ты вернулся, – прошептала она, глядя на меня и поглаживая мне бедро. Несмотря на все, что мне пришлось перенести, я почувствовал возбуждение. – Ты достал деньги?