Обитатели
Шрифт:
А во-вторых, Блейк внезапно заметил, что высокий остался один. Маленького и след простыл. Кроме — возможно — вздувшегося внезапно правого кармана плаща высокого…
«Пара психов, — сказал себе Блейк, развернулся и побрел обратно в кабинет. — Совершенно неподходящие клиенты».
Он заставил мисс Керстенберг выслушать всю историю, невзирая на суровые предупреждения профессора Скоггинса относительно излишнего панибратства с младшим персоналом. Та сочувственно цокала языком и смотрела на шефа честными глазами из-за толстых стекол очков.
— Не правда ли, мисс Керстенберг, настоящие психи? — заметил он, закончив свой рассказ. — Совершенно неподходящие клиенты, а?
— Не мне решать, мистер Блейк, — ответила она с неумолимой скромностью и засунула в пишущую машинку фирменный бланк. — Почту Хопкинсону отправить сегодня после обеда?
— Что? А, наверное. То есть конечно. Само собой, после обеда, мисс Керстенберг. И прежде чем отправить, дайте мне, я просмотрю письмо еще раз.
Он вернулся в кабинет и протиснулся между столом и стулом. Вся эта история его очень расстроила. Такая возможность в первые же дни… Но этот человечек — как его, Боху? — и набитый карман…
Сосредоточиться на работе Блейк смог только после обеда. Тут-то и раздался звонок.
— Блейк? — прохрипела трубка. — Это Гладстон Джимм.
— Да, мистер Джимм? — Блейк сел по стойке «смирно». Гладстон был старшим из сыновей Джиммов.
— Блейк, какого дьявола вы отказываете в аренде?
— Я — что? Простите, мистер Джимм, но…
— Блейк, ко мне в контору только что вошли двое джентльменов по имени Тули и Були и сообщили, что не смогли арендовать у вас тринадцатый этаж небоскреба Мак-Гоуэна. Они говорят, что эта площадь свободна, но вы упорно отказывались заключить договор. В чем дело, Блейк? Вы что, думаете — фирма вас наняла, чтобы отпугивать выгодных клиентов? К вашему сведению, Блейк, отсюда, из центрального офиса, это вовсе не кажется смешным.
— Я был бы очень рад сдать в аренду тринадцатый этаж, — взвыл Блейк. — Одна только проблема…
— О каких проблемах вы толкуете, Блейк? Ну, говорите же, черт!
— У нас нет тринадцатого этажа, мистер Джимм.
—Что?
— В небоскребе Мак-Гоуэна тринадцатого этажа нет.
Блейк с мучительной скрупулезностью описал расположение этажей еще раз. К концу рассказа он поймал себя на том, что рисует план здания в блокноте.
— Хм, — буркнул Гладстон Джимм, когда Блейк замолк. — Ну, знаете что, это объяснение определенно в вашу пользу.
Он повесил трубку. Блейк понял, что его трясет.
— Психи, — прошептал он со злобой. — Настоящие психи. Совершенно неподходящие клиенты.
Но когда следующим утром он явился на работу, мистер Тоху и мистер Боху уже ждали его у дверей кабинета. Высокий держал ключ.
— По условиям аренды, мистер Блейк, ключ от нашего главного офиса должен находиться у управляющего. Слесарь только что сделал для нас копию, и мы его возвращаем. Вы довольны?
Сидней Блейк прислонился к стене, ожидая, пока кости вернут себе твердость.
— Аренды? — прошептал он. — Центральная контора подписала с вами договор об аренде?
— Именно, — ответил высокий. — Без каких-либо сложностей мы смогли добиться результата.
— Единение душ, — добавил маленький из-под коленной чашечки своего товарища. — Пиршество разума. Природное сродство. В вашем главном офисе не так цепляются за математические тонкости, молодой человек.
— Могу я взглянуть на договор? — выдавил Блейк.
Высокий молча вытащил из правого кармана плаща сложенную вчетверо бумагу очень знакомого Блейку вида.
Это был договор об аренде тринадцатого этажа небоскреба Мак-Гоуэна. Стандартный. С одним небольшим дополнением, которое Гладстон Джимм внес от руки: «…наниматель арендует этаж, который обе стороны признают несуществующим, но порядковый номер которого представляет собой ценность для нанимателя, каковая ценность приравнивается к стоимости аренды…»
Блейк облегченно вздохнул:
— Это другое дело. Почему же вы сразу мне не сказали, что вам нужно только название? Мне показалось, что вы намерены занять арендованную площадь.
— Мы действительно намерены занять арендованную площадь. — Высокий сунул договор в карман. — Мы внесли авансом месячную плату.
— И, — добавил маленький, — месячную страховку.
— И, — закончил высокий, — комиссионные агенту в размере месячной платы. Так что мы определенно намерены занять арендованную площадь.
— Но как, — Блейк истерически хихикнул, — вы намерены занять площадь, которой…
— До свидания, молодой человек, — перебили наниматели хором и двинулись к лифту.
И вошли.
— Тринадцатый, пожалуйста, — услышал Блейк. Двери закрылись.
Мимо прошла мисс Керстенберг, вежливо чирикнув: «Доброе утро!» Блейк едва кивнул. Он пялился на двери лифта. Вскоре они открылись, и толстый лифтер, прислонившись к косяку, заговорил со швейцаром.
Блейк не смог сдержаться. Он подскочил к лифту и заглянул внутрь. Никого.
— Слушайте, — выговорил он, хватая толстого лифтера за рукав засаленной униформы. — Эти двое, которые сейчас поднимались, — они где вышли?
— Где и хотели. На тринадцатом. А что?
— У нас нет тринадцатого этажа. Вообще нет!
Лифтер пожал плечами:
— Послушайте, мистер Блейк, я делаю свое дело. Попросят меня на тринадцатый — везу на тринадцатый. Попросят на двадцать первый — везу на…
Блейк шагнул в лифт.
— Везите туда, — потребовал он.
— На двадцать первый? Секунду.
— Да нет, вы… вы… — Блейк заметил, что лифтер и швейцар сочувственно переглядываются, и заставил себя успокоиться. — Не на двадцать первый, а на тринадцатый. Отвезите меня на тринадцатый этаж.