Шрифт:
Издательство «Перо», 2020
Дёмин С.Г.
Манное сражение
Сёмке было пять лет, а Насте в сентябре исполнится тринадцать.
Сёмку водили в детский сад – с горем пополам. Он страшно не любил это дело!
Настя училась в школе – тоже, счастья от этого было мало.
Папа и мама работали на заводе: тут ничего не скажешь – вполне добросовестно работали. Фотографии обоих родителей гордо красовались на заводской доске почёта!
Всё казалось, было обычным и закономерным. Но, наступило лето и вся система рухнула! Детский сад закрыли на ремонт, школа закрылась на летние каникулы, и только завод не закрывался, а продолжал работать на полную мощность! И перед родителями встал вопрос – куда девать детей? А девать их было некуда и приходилось детям одним, дома, коротать время, пока родители находились на работе.
Настя, как старшая, оставалась хозяйничать по дому, и в её обязанности входило уложить Сёмку спать в обед, а потом покормить его кашей. Казалось бы – делов-то! Да не тут-то было! Оказывается, Сёмка на дух не переносил эти самые мелочи. И если спать, после короткого сопротивления, он соглашался. Всё-таки можно было просто притвориться и лежать тихонько, накручивая чуб на палец. А когда чуб накручивался на палец, то глаза, почему-то становились соловелые, а потом и вовсе закрывались.
Что же касается каши, то всё становилось гораздо сложнее – тут уже чуб не покрутишь! И Сёмкино сопротивление было отчаянным! А если перед носом стояла, почти полная, тарелка с манной кашей! Эти противные комочки – кто их только придумал!
Так оказалось и в этот раз. Настя усадила Сёмку с краю стола и поставила перед ним тарелку с манной кашей, а свою тарелку с кашей, поставила с другой стороны стола. И началось противостояние: Настя заставляет есть – Сёмка отказывается. Уговоры и угрозы не помогали, пошла в ход тяжёлая артиллерия – не сильный, но обидный подзатыльник! Но и эта мера не помогла. Тогда Настя села на своё место, придвинула свою тарелку, взяла ложку и строго сказала:
– Не выйдешь из-за стола, пока всё не съешь! И ещё, я маме скажу! И она тебя, завтра, отведёт в детский сад!
Сёмке было так обидно, он не знал, как быть. И вдруг он быстро зачерпнул ложкой кашу и запустил её в Настю! Она сидела к Сёмке боком и ковырялась в своей тарелке. Всё произошло молниеносно: ложка осталась у Сёмки в руке, а каша смачно влипла Насте в самое ухо.
– О-о-о, – тихо прошипела Настя и от неожиданности вжала голову в плечи.
Сёмка радостно хахакнул, восхищённый таким метким попаданием! А потом, вдруг, испуганно замер, ожидая, что же в ответ предпримет Настя.
Тем временем Настя пыталась выковырять кашу из уха, а потом, вдруг, с криком:
– Ах ты, гадёныш! – резко зачерпнула ложкой кашу и пустила ответный снаряд.
Сёмка даже шевельнуться не успел, только глаза зажмурил. Со звонким чпоком сладкая жижа напрочь залепила ему правый глаз!
Он вздрогнул и от неожиданности чуть не грохнулся со стула!
Настя, увидев это, покатилась от смеха! А Сёмка, не от боли, а от обидного смеха, скривил губы и начал тихо выть, а из уцелевшего глаза покатилась слеза! Потом он взглянул на тарелку, зачерпнул кашу и запустил второй снаряд в хохотушку!
Настю опять застали врасплох, и вторая порция каши основательно въелась ей в шевелюру!
Теперь уже Сёмка, забыв недавнюю обиду, захохотал во весь рот!
Настя была в бешенстве! Что она теперь будет делать со своими волосами? И с криком:
– Скотина! – запустила ответный комок.
Этот снаряд угодил Сёмке, прямо в разинутый рот! И ему, волей-неволей, пришлось проглотить этот гадкий манный комок. От возмущения, у Сёмки из носа надулся большой пузырь, и тут же лопнул!
– Ду-урачка! – пропищал он.
Настя так ещё никогда не смеялась!
Она думала, что вот-вот помрёт от смеха, но вдруг раздался шлепок, и Настя почувствовала, как за шиворот сползает что-то вязкое и противное! Секундная тишина, и теперь уже слышен весёлый хохот Сёмки!
Сражение продолжалось, но теперь уже снаряды ложились всё больше на стены. Толи у противников сбился прицел, толи они уже просто устали. Ещё только раз, Сёмка был основательно подбит. Каша со свистом угодили ему в лоб! Но в этот раз, он уже не обиделся и хохотал вместе с Настей.
И вдруг, Настя испуганно замерла и посмотрела на настенные часы! Сёмка тоже замер с открытым ртом и ничего не понимая, смотрел на Настю!
– Сёмка, бли-ин! Через пол часа придут с работы родители! Если они увидят, что мы натворили!.. – прошептала Настя, и они посмотрели на себя, и на стены.
Сёмка, испуганно лупал глазами. Настя решительно сказала:
– Быстро в ванну мыться, а я принесу чистую одежду!
Помыв Сёмку, и по быстрому, приняв душ сама, Настя оделась в чистую одежду и помогла одеться Сёмке.
А потом они дружно кинулись собирать разбросанную кашу. Стены были основательно заляпаны, но Настя проявила всё своё усердие! Сёмка тоже старался помочь, хотя больше мешался под ногами.
И они успели!
Папа и мама пришли усталые с работы и ничего подозрительного не заметили. А когда мама спросила у Насти: «Хорошо ли сегодня поел кашу Сёма?», Сёмка с ужасом замер, а Настя ответила:
– Сегодня, Сёма кашу ел хорошо! Даже добавку просил, но я не дала. А то ещё обожрётся!
Сёмка с благодарностью посмотрел на сестру, и они тихонько хитро улыбнулись друг другу, вспомнив недавнее сражение.
Партизаны
– Утреннее солнышко поднималось в голубое, безоблачное небо. День обещал быть жарким, впрочем, как и всё лето в этом году.
Восьмилетний Сёмка собирался, вместе со своей мамой в гости к бабушке Фросе. Баба Фрося была маминой мамой, и жила она в селе, километрах в двадцати от их посёлка.
Они к ней ездили в гости, примерно два раза в месяц. Сёмка любил ездить в гости к бабушке Фросе, потому что там, рядом с ней, жили Люда и Маринка – его двоюродные сёстры.