Чтение онлайн

Куросаки так и не успел остановить собственную фантазию, невольно достроившую продолжение подобного развития событий, включая сцену пробуждения... К горлу Ичиго подкатил комок, и сдержать рвотный позыв шинигами сумел лишь с большим трудом.

– Ой, что-то мне тошно от разговоров с тобой становится, - одновременно с этим, словно читая мысли, пожаловался Нацу, побледневший вдруг больше обычного.
– Шел бы ты, куда ты там шел...

– Не заговаривай мне зубы, пустой, - кажется, желудок успокоился, хотя разум пока еще по-прежнему пребывал в немного шоковом состоянии.
– Ты работаешь на Айзена...

– Ичи-кун, мне стыдно ходить с тобой по одному городу!
– перебил его нумерос со своей просто обезоруживающей непосредственностью.
– Мы своих родителей не выбираем, ты и сам должен знать такие прописные истины.

– Я...

– И если тебе совсем нечем заняться, то, правда, иди и поспи, а?
– продолжил Нацу, не давая собеседнику вставить и слова.
– Или еще чем займись, чем нормальные парни в твоем возрасте занимаются. Найди какую-нибудь девчонку и погуляй с ней. Ты вот, кстати, о здоровье Тацуки-тян справлялся?

– Нет, - протянул Ичиго, с удивлением осознавая, что арранкар в чем-то был прав.

– Во-о-от, - укоризненно покачал головой Шайтано.
– Так иди и сходи к ней, проведай, поговори, проведи вечер в приятной компании и не порть этот вечер другим.

– Стоп!
– Куросаки снова не без труда вытряхнул из головы тот самый "кисель".
– Ты опять это делаешь, опять издеваешься...

Почему-то в компании этого пустого рыжий шинигами упорно ощущал, что со стороны они смотрятся точь-в-точь, как Асано и Кодзима. Причем в качестве Мидзуро был именно Нацу, а Ичиго доставалась роль "балбеса Кейго".

– Ичи-кун, я уже и вправду из-за тебя опаздываю!
– нумерос явно задергался, а в его речи впервые появились раздраженные нотки.
– Ты хотя бы представляешь, как некрасиво со стороны кавалера опаздывать на первое свидание?

– Подожди, так ты и вправду собрался...

– Нет!
– буркнул Нацу и кивнул на свой букет.
– А эти цветы я в гроб Садо-куну постелю, для красоты! Сразу после того, как он слопает проклятый мандарин! Во имя матери моей Хоугиоку, хватит тупить, Ичиго!

Куросаки несколько стушевался, но так или иначе, весь его боевой запал теперь уже окончательно выгорел.

– Я просто не думал, что ты тогда всерьез говорил, насчет Йоруичи-сан...

– Действительно, с чего бы мне быть серьезным тогда?
– снова с сарказмом откликнулся Нацу.
– С чего бы это вообще мне, симпатичному сексуально активному мужчине в самом расцвете сил, вдруг обращать внимание на такую, как она? Чье тело живое воплощение древнегреческой богини. Чья грация и сила завораживают, подобно танцу хищной змеи. Чьи глаза сверкают как краски осеннего заката, вызывая желание навечно утонуть в этом омуте. Чей чудный голос способен растопить ледяное сердце Хьёринмару и одновременно пронзить иглой раскаленной насмешки даже самый искушенный разум, - нумерос мечтательно зажмурился и с придыханием вздохнул.
– А удар с правой?
– синие глаза пустого снова широко распахнулись.
– Я, знаешь ли, не мазохист, Ичи-кун, но чтобы прочувствовать всю виртуозность и идеальность той атаки, нужно было все-таки под нее попасть. Это было совершенно настолько...

– Хорошо-хорошо, - внезапно раздался рядом смеющийся голос Шихоуин.
– Я поняла, что ты меня уже заметил.

Ичиго ошарашено посмотрел влево, где с ветки большого дерева, растущего за невысокой оградой, за ними с улыбкой наблюдала та, кому только что пропел дифирамбы Нацу.

– Йоруичи-сама!
– арранкар внезапно залился алой краской.
– Нет, что вы! Как вы могли подумать! Если бы я знал, то нашел бы куда более достойные вас слова, чтобы описать, все то, о чем сейчас упоминал...

Бывший капитан мягко приземлилась на тротуар рядом с ними. Блондин, тем временем, сумел справиться со своим смущением.

– Надеюсь, этот скромный подарок, хоть как-то искупит мою оплошность!

– Ой, это мне?
– золотые глаза Йоруичи озорно блеснули, а букет коралловых роз спустя мгновение оказался у нее в руках.
– Какая прелесть!

Пока девушка с явным удовольствием вдыхала аромат цветом, почти зарывшись лицом в огромные бутоны, Нацу шустро подскочил к замершему столбом Куросаки.

– Так, рыжий, вот тебе мандарины, - пустой сунул авоську Ичиго с тоном, нетерпящим возражений.
– Шуруй к Тацуки-тян, как и договаривались. Половину можешь отдать ей, а за второй я потом зайду. И главное, не тормози там, когда придешь...

На последних словах Нацу вытащил из-за пазухи какой-то очередной флакончик и пару раз пшикнул из него на себя.

– Пожелай мне удачи, приятель.

В следующую секунду арранкар уже снова стоял рядом с улыбающейся Шихоуин.

– Так как вы, Йоруичи-сама, смотрите на то, чтобы нам совершить небольшой ночной променад по окрестностям? Я, признаться, всего второй раз в этом милом городке и не отказался бы от небольшой экскурсии по местным достопримечательностям в компании столь очаровательного гида...

Глядя в след уходящим, Куросаки с трудом подобрал с земли нижнюю челюсть и на автомате поплелся в сторону дома своей одноклассницы. В голове у Ичиго теперь уже свербела одна, но совсем другая мысль.

"Я тоже хочу так уметь!!!"

Только когда случайный ночной прохожий вывернул из-за угла и, издав тихий всхлип, рухнул в обморок, Куросаки вспомнил, что позабыл вернуться в материальное тело. Детская страшилка о жуткой летающей авоське с проклятыми мандаринами была популярна в Каракуре еще несколько лет.

* * *

– Так там точно нет ничего такого?
– Иккаку смерил недоеденный полуфабрикат суровым подозрительным взглядом.

Продукт местной технической кулинарии попытался от этого взгляда растаять в воздухе, но был обречен на неудачу, из-за столкновения с законом Ломоносова, неизбежным в нормальном физическом мире. Юмичика, тем временем, изучал состав содержимого на своей упаковке.

– Ничего опасного, во всяком случае, для живых тут нет.

– А для шинигами?