Чтение онлайн

Он тоже улыбнулся, но совсем иначе. Серо-черный мир пока еще не перешагнул страшный порог, до первого Взрыва оставалось еще полгода. Советская разведчица ничего не знает о проекте «Манхеттен». В Москве и Лондоне, конечно, есть осведомленные, но они не спешат делиться секретом. Иначе мир и в самом деле можно испугать.

– …На нашем фронте применено что-то иное. Действие оружия подобно сильному землетрясению. Земля поднимается волной, высокой, до полусотни метров. На фронте у Конева очень большие потери.

– Но Красная армия, несмотря ни на что, продолжает наступление, – не выдержал он. – Кто бы сомневался?

Рюмки со стуком приземлились на скатерть. Ричард Грай затушил папиросу в переполненной пепельнице.

– К черту! Наливайте, майор. Не знаю, как вам, но мне на трезвую голову такое слышать тяжко.

К его удивлению, «баритон» даже не попытался спорить. Стекло ударило о хрусталь. Бывший штабс-капитан взял со стола рюмку, сжал в кулаке.

– Мне плевать, что вы сейчас подумаете. В Москве меня давно уже записали в психи, так что постараюсь оправдать репутацию…

Пить все же не стал. Сел в кресло, отвернулся, чтоб не видеть чужие лица.

– Есть такая вещь, как технические возможности цивилизации. Никакой гениальный изобретатель не способен перескочить через эпоху. Первобытные люди не смогут изготовить танк, даже если снабдить их чертежами. Единичный образец можно скопировать, но не пустить в серию. Сейчас несколько государств работают над оружием, в котором используются радиоактивные материалы. Его назовут «ядерным». Это страшное оружие, вы о нем скоро услышите. Но даже Штаты не смогут поначалу изготовить больше трех единиц. Сколько городов уже уничтожено? Восемь? Больше? У Германии нет и не может быть столько ядерных боеприпасов. В Москве это наверняка знают, но, естественно, молчат…

Коньяк обжег горло. Бывший штабс-капитан помотал головой, поймал ртом воздух.

– Оружие, похожее на сильное землетрясение, теоретически возможно. Оно будет называться «тектоническим». Но сейчас изготовить его нельзя, по крайней мере, в этом мире. Даже если какие-нибудь марсиане поделятся секретом с Гитлером – все равно не выйдет. Значит, следует исходить из того, что в войну вмешалась неизвестная и неучтенная сила. Что-то чужое – не с вашей Земли и не с вашего Марса. Эта сила любой ценой желает сохранить нацистский Рейх, что лично меня совершенно не устраивает…

Гости переглянулись.

– Я, кажется, понял, зачем меня хотели вытребовать в Москву. Кому-то понадобилось разоблачить международный заговор немецкого шпиона графа Тросси. Арестовать Гершинина, арестовать меня, заставить признаться в обмане, успокоить англичан и американцев. Может быть, и хуже – какой-то идиот вообразил, будто именно я нажимаю кнопки… Не поможет, люди все равно будут гибнуть! А если Сталин и Рузвельт упрутся, по Европе ударят так, что война кончится сама собой. Единственное, что сейчас можно сделать – подготовиться к переговорам с покойником. Тросси будет в Эль-Джадире в следующую среду, ему тоже что-то нужно, иначе бы он не спешил с воскресением. Если хотите об этом поговорить, я не против. А нет – катитесь! Меня уже хрен чем напугаешь и хрен чем удивишь. Даже человеческой глупостью.

Молчали долго. Ричард Грай успел допить коньяк, зажечь папиросу и сделать первую затяжку. Наконец послышался непривычно тихий голос майора.

– Меньше бы эмоций вам, гражданин Гравицкий, о-о-от… Не один вы такой умный, соображать и мы обучены. Вы себя и подельщика своего, фашистского подпевалу Гершинина, не выгораживайте, о-о-от… В чем вы нас убеждаете? Что есть сила, против которой не попрешь? И выход, получается, один – с Гитлером мириться, о-о-от… Я ничего не перепутал? А гитлеровского приспешника графа Тросси обсудить можно, если вы так настаиваете, о-о-от… На будущем процессе и этот материал на пользу пойдет. Только просьба к вам, гражданин Гравицкий: не пугайте нас больше, потому как пуганые, о-о-от… И сами кого хочешь можем напугать.

– Тросси жил в городке Cкансано. Это юг Тосканы, провинция Гроссето, – негромко рассказывала Мод. – Маленькая коммуна, виноградники, храм Иоанна Крестителя. Ничего примечательного, глушь, вроде нашей Елатьмы…

Женщина устроилась в кресле. Другое занял «баритон», вооружившийся уже знакомым карандашом. Лист бумаги был пристроен поверх лежавшей на коленях папки. Ричард Грай присел на край кровати, поставив пепельницу на одеяло.

– Боев там не было, только американцы пару раз бомбили. Муниципалитет возглавляют коммунисты, хорошие товарищи, сразу же вызвались помочь. Но смотреть оказалось нечего. Тросси жил в небольшом доме на окраине, каменном, чуть ли не XV века. Дверь была опечатана, ее открыли в нашем присутствии…

Она сделала паузу, покосившись на своего соседа, уверенно орудовавшего карандашом. «Баритон», не отвлекаясь от работы, дернул ладонью. Мод улыбнулась.

– Товарищ майор, все это есть в протоколе, мы даже заверили русский перевод. В доме ничего не оказалось, кроме мебели и книг. Пусто! Ни фотографий, ни документов, ни картин. А между тем, если верить местным товарищам, Тросси в дальние края не собирался. И умирать не думал. Поехал в Гроссето, это центр провинции, зашел выпить кофе в бар на вокзале – и упал. Отвезли сразу в морг, оттуда – прямо в Скансано, в храм Иоанна Крестителя на отпевание. Домой к нему заезжать не стали. Тросси жил один, за неделю до смерти даже прислугу уволил. На дверь повесили печати… Но кто-то успел раньше нас.

«Баритон» на миг оторвался от бумаги, взглянул удивленно:

– Зачем кому-то успевать, капитан? Сам он все и подготовил, о-о-от… Документы и прочие вещдоки отослал – и в отрыв ушел, гад фашистский!

Мод пожала плечами:

– Если и ушел, то недалеко. Труп вскрывали, сверялись с медицинской картой. Это Тросси. И в могиле он, все, кто был на эксгумации, подтвердили. Рассказывали о нем много, охотно, но… Ничего интересного. Жил тихо, почти каждый день ходил с этюдником, картины дарил соседям, школе, муниципалитету. А еще работал над гравюрами, их отвозил в Рим. Кстати, по документам он никакой не граф, просто Чезаре Тросси. Соседи считали его бастардом, сводным братом Карло Феличе Тросси, известного автогонщика. И действительно, они переписывались, на почте подтвердили.

– А теперь, гражданин, который не граф, собирается воскреснуть, – «баритон» недоверчиво хмыкнул. – Товарищ капитан, не впадайте, о-о-от… в нездоровую мистику. Мне вполне достаточно присутствующего здесь гражданина, о-о-от…

Ричард Грай покачал головой.

– Вам нужна версия для начальства, майор? Сколько угодно. Сюда, в Эль-Джадиру, прибудет не покойный Тросси, а самозванец с его документами. Вам от этого сильно полегчает?

Карандаш молнией метнулся в сторону кровати.

– Вот! Правду-то не скроешь, о-о-от… Вы говорите, гражданин Гравицкий, не останавливайтесь. Фамилия этого самозванца, о-о-от… Имя, воинское звание, агентурная кличка.