Шрифт:
На любых руинах
Ватутина Мария Олеговна родилась в Москве в 1968 году. По образованию юрист. Поэт, эссеист, прозаик. Лауреат второго литературного Международного Волошинского конкурса (Коктебель, 2004).
* *
*
Ад — это слово, которое символизирует... вечную смерть,
Смерть, которая все время происходит.
М. Мамардашвили.
Видишь, я выжила: даже смеюсь подчас.
Даже молюсь на эру “за нашей” — третью.
Жизнь начиналась сызнова несколько раз
И никогда не заканчивалась со смертью.
Смерть преломляла память. И в тот излом,
Словно древесный гриб, заселивший древо,
Снова — аул к аулу — лепился сонм
Сирот библейских, которых рожала Ева.
Вот и твержу тебе, что не упомню зла.
Тихо спускаясь по опаленным склонам,
Я сберегла молитвы, им нет числа,
На языке мне искони незнакомом.
Да и о ком молиться, не вспомню впредь.
Просто спускаюсь — тонет тоннель в улитке.
Бег через твердь — это я постигаю смерть.
Ты ее знаешь так, что берут завидки.
Знаки ее, повадки ее, язык,
Звуки ее, ее времена и сроки.
...Вздрогнет посуда на столике — рельсов стык;
Скрипнет закрытой двери петля навскрик,
Новое древо впитает земные соки.
Поздний младенец Господу отойдет.
Не дозовешься через толпу у храма.
Кто тебя ждет, Мария, кто тебя ждет?
Ждал хоть один тебя со времен Адама?
30. 3. 2004.
* *
*
А у нас — война.
Я отдала пацана
Маме.
Теперь они — под врагами.
А сама машу рукавами
Длинными и пустыми
И кричу холостыми
В мартовскую тишину.
А враг говорит, жизнь мою отнимая,
Что же ты развязала войну,
Безрукая и немая?
Диптих
1
Дыши дуновеньем ветра в мое лицо
Я руки свои сплету вкруг тебя в кольцо
Ах только б успеть с молитвой своей успеть
Когда по пятам идет за тобою смерть
Кто в это утро молился еще со мной
О том чтоб она опять прошла стороной
Замешкалась напоролась на волнорез
Раздумала опоздала сменила рейс
Входи осторожно в воду не спи ничком
А если в гортани ком под воротничком
Глуши его стоном проталкивай стопарем
Давай мы с тобой любимый мой не умрем
А если умрем то лучше уж в облаках
Чтоб ангелы отнесли нас в рай на руках
Целехоньких не судимых судом ничьим
А просто летевших рейсом одним ночным
2
Лишь вещи в полет упакованы
А бабы уже гомонят
Слетаются старые вороны
На сотовый ночью звонят
В туманное лунное варево
Всплывают подлодки со дна
И челядь не спит государева
Осталась неделя одна
Мы все проходили на цыпочках
По августу и не дыша
Но вотчина смертью напичкана
Как печень того алкаша
И так почернела циррозная
Что горек ее чернозем
И Грозный стал призраком Грозного
Ивана глядевшего псом
Но даже когда закорючиной
Летят самолеты на гать
Тебе суицидник обученный
Россию умом не понять
Мы сами в себе не уместимся
И плачем и пьем впрозапас