Шрифт:
I
Через крутые вершины неприступных гор солнечные лучи прорывались сквозь дождь. В пасти каменной скалы, рдея от скромности, дрожали лепестки цветка, словно крылья бабочки. Зацелованная солнцем розовая орхидея восторженно открывала свои глаза навстречу теплым лучам. Они нежно прикасались к ее стану, похожему на конфетные фантики от карамели, буквально целуя.
Чистую душу цветка, изображенного маслом на картине, неспешно обдувал горный ветер. Изящный тонкий стебелек плавно качал бледно розовые бантики. Тончайший перламутр тропических снов, где вьются туманы, ложился на ее лепестки медленно и плавно, боясь испугать иноземную красавицу резким движением. Влага тихо стекала с каждого изящного листа, оставляя следы осадков. Поила его. А жемчужные солнечные лучи высушивали хрустальные слезы, чтобы не оставлять и намека на то, что этой ночью, склонившись над цветком, кто-то долго плакал. Орхидея не пряталась от дождя, покорно перенося испытание: хрупкие лепестки гнулись под каждой каплей. Утратившая покой розовая фея расцветала, пряча в себе тайну.
Девушка долго любовалась картиной. Вспоминала, как они с мужем нежно целовались в присутствии этого розового великолепия долгие дни и ночи. Часто, под монотонный предутренний дождь наслаждались друг другом, слыша, как вокруг них звучит упоительная чарующая музыка из капель и весеннего ветра. Она вспоминала, как от любого его дуновения бежали мурашки, и как запевшие струны в душах теребили каждый их плотский нерв, разжигая буйное безумство в крови. Волны накрывали с головой. Так сильно, что они в них тонули. Страсть, которая рождалась, превращалась в огромное море. Она обволакивала их сладкой патокой. И тогда небо над ними лилось благодатным теплом. Прикосновения губ к губам, ощущение бархата кожи подушечками пальцев и дыхание, которое вздымает грудь выше каждый раз и делает торчащие возбужденные соски все отчетливее. Под перестуки сердец тела сплетались в одно – нескончаемый восторг между двумя людьми под дождем из чувств. А длинные темные ночи помогали прятать любые стеснения.
Они стремились наперекор друг другу долгие три года, пока пронизывающий колючий дождь однажды не рассказал девушке, что не только с ней у ее мужа были просьбы не останавливаться, и что не только она податливо открывала свои лепестки навстречу его ласкам.
Девушка вспоминала последние аккорды прощальной близости, когда впивалась в плечи мужа ногтями, как кошка в испуге, цепляясь за жизнь; как алые, налитые сочной спелой ягодой губы распахнулись, и вырвался финальный стон; как потоком полился восторг. Пока сильный раскат грома не разбудил безумство. Наступила тотальная темнота, и небо заплакало звонко каплями. Пушистые ресницы задергались, и появились серые озера в недоумении. Именно тогда нежная розовая орхидея вместе с ней узнала от ее мужа о его романах на стороне. Чувственная интимная связь закончилась, а девушку накрыло новыми, ни с чем не сравнимыми до того момента ощущениями…
Как оказалось, длинные темные ночи прятали не только любые стеснения, но и тревоги, давно повисшие над их семьей грозными тучами.
Конец ознакомительного фрагмента.