Шрифт:
Настя выходила из супермаркета, когда в сумке затрезвонил телефон. Откопав его, она посмотрела на экран, номер был ей незнаком. Настя не любила звонки с неизвестных номеров, потому что обычно ничего хорошего от них ждать не приходится, но она сделала над собой усилие и ответила на звонок.
– Алло.
– Алло. Это Иванова Анастасия Сергеевна?
– Да, это я, – отозвалась Настя. Женский голос на том конце ей не понравился, он был жестким и безучастным.
– Иванова Людмила Васильевна ваша родственница?
– Да, это моя мама. А что случилось?
– У нее был сердечный приступ, она в больнице. Записывайте адрес, – скомандовал голос.
Трясущимися руками Настя записала незнакомый ей адрес.
«У мамы приступ? Сердечный? – сбивчиво думала она. – Мама никогда не жаловалась на здоровье».
На том конце трубку бросили, не попрощавшись. И только после того как Настя услышала короткие гудки, она поняла, что даже не успела спросить, как мама себя чувствует.
Столкнувшись с незнакомой ситуацией, Настя растерялась. Она не знала, где находится эта больница, не знала, нужны ли лекарства и куда пристроить сумку с продуктами, которая была у нее в руках. Настя сделала пару глубоких вдохов и вызвала такси.
***
Такси остановилось возле невысокого здания бледно-желтого цвета. Уже стемнело, и стал накрапывать дождь. В приемном покое Насте сказали номер палаты.
Когда она увидела маму на больничной койке у нее сжалось сердце и комок подступил к горлу.
– Мама, как ты себя чувствуешь? – тихо спросила Настя, присаживаясь к ней.
– Нормально, дорогая. Не переживай, – она слабо улыбнулась.
– Как я могу не переживать? Я так испугалась, когда мне позвонили из больницы.
– Это ничего, пройдет, – отозвалась она.
– Что произошло? Тебе стало плохо на работе?
– Да, но ты не переживай. Врачи сказали, что я побуду здесь еще несколько дней и меня выпишут.
Насте показалось, что мама напугана не меньше нее.
– Тебе что-нибудь нужно? Какие-нибудь вещи?
– Да, привези мне, пожалуйста, халат и туалетные принадлежности.
– Хорошо, – ответила Настя, – утром они будут у тебя.
После секундной паузы Людмила Васильевна сказала:
– Доченька, у меня есть к тебе небольшая просьба.
– Конечно, мам. Все, что хочешь.
– Ты же знаешь, завтра к нам в театр приезжают москвичи с гастролями. Будет полный аншлаг, а я здесь и заменить меня на работе просто некому. Подмени меня на один вечер, пожалуйста, – в глазах Людмилы Васильевны читалась мольба.
Мама Насти работала гардеробщицей в одном из театров города. Копеечная зарплата ее не пугала, ей было важнее быть частью этого мира. В театр она была влюблена с детства. А повзрослев, вышла замуж за начинающего молодого актера с большими амбициями и великими планами на будущее. Рождение ребенка не вписывалось в эти планы. Он уехал искать счастья в Москву и больше о своем существовании не напоминал.
Настя зарабатывала достаточно, чтобы им вдвоем хватало на нормальную жизнь, но Людмила Васильевна ни за что не хотела расставаться с театром и дочь смирилась.
Сначала Настя решила, что ослышалась и переспросила:
– Заменить тебя на работе?
– Всего один раз, прошу тебя, – взмолилась мама.
– Но разве в театре не предусмотрена замена на подобный случай?
– Ты же знаешь, у нас были сокращения. Там костюмы некому в порядок приводить, не то что… – Людмила Васильевна не договорила, чуть помолчав, она добавила. – К тому же они все семейные, у кого дети маленькие, а у кого и вовсе внуки подрастают.
– Может у Марины Ивановны, твоей напарницы, есть подходящая знакомая?
– Да откуда? Она живет одна. Я ее единственная подруга, ты же знаешь.
Настя не хотела расстраивать маму, учитывая ее положение, но бегать в местном театре с номерками ей казалось унизительным. Вдруг еще попадутся знакомые или клиенты. Вот это будет конфуз.
Настя молчала, раздумывая над маминой просьбой, и молчание затягивалось. Она теребила ручку сумки и избегала маминого взгляда, но вдруг она поняла, что мама действительно боится потерять эту работу. Наконец, решившись, она спросила:
Конец ознакомительного фрагмента.