Шрифт:
Глава 1
Сколько себя помню – я постоянно умирала. Каждый день, из года в год.
А потом вставала, как ни в чем не бывало.
Я пробовала всё: запираться в доме, изолировать себя от общества и общество от себя, весь день практически не двигаться – всё бесполезно!
Я смирилась… Почти.
Точнее сказать – я научилась с этим жить.
Это моё проклятие и моя тайна.
Я искренне верю, что избавлюсь от этого. Когда-нибудь.
Но мама считает иначе. Ей проклятие так и не удалось преодолеть. Она – черная вдова.
Красавица, она до сих пор не потеряла ни капли женского очарования и мужчины слетались на неё как мухи на мед, но для каждого из них все заканчивалось неизбежно плохо.
Мама пресекала любые попытки познакомиться, но Судьба как будто в насмешку подкидывала ей на пути самых упорных в мире мужчин. В итоге – за плечами семь браков, приличное состояние и косые взгляды соседей…
Моё рождение для мамы стало великой радостью и великим горем. Проклятие передалось и мне… Но в другой форме.
Для того, чтобы скрывать нашу жизнь от любопытных глаз, маме пришлось научиться не только тратить деньги, но и умело их вкладывать, зарабатывая на безбедное существование. И закрывать глаза и рты некоторым личностям.
Женщина, имеющая на руках маленькую дочь, просто не имеет права быть слабой. Мы сменили сотни домов, десятки городов и один раз даже жили в деревне, когда над нами нависла беда.
Но теперь, когда я стала взрослой, нам стало намного проще. Я сама научилась подчищать следы, и маме уже не было необходимости следовать за мной по пятам. За все эти годы она устала до предела и сейчас осуществляла свою мечту – путешествовала.
Я открыла свое маленькое дело и жила как все, со стороны никто бы и не сказал, что со мной что-то не так. Годы практики отточили навыки маскировки, а то, что моё проклятие было стабильно – играло мне на руку.
Я никогда не видела рассвет, только в кино… В это время я была мертва.
Я пыталась перехитрить проклятие и запирала себя. Тогда моё сердце просто останавливалось…
Поразмыслив с мамой немного, мы решили, что если выбирать между несчастными случаями с тайным вывозом меня из морга и тихой смертью дома, будет проще оборудовать специальную комнату. А из неё я бы выходила утром как новенькая.
Время учебы, наиболее рискованное для меня, миновало, и я вступила во взрослую жизнь с верой в счастливое будущее.
Будущее без проклятия.
Оставалась самая малость – узнать, как от него избавиться. А для этого надо было найти его корни и выяснить причины рока Судьбы, постигшего наш род.
Мама утверждала, что эта беда касается только женщин нашей семьи и проявляет себя по-разному: бабка не знала спокойного сна – её всю жизнь преследовали кошмары, прабабка прославилась прозвищем «Смертельный поцелуй». Как поговаривают, со своим единственным мужем она ни разу в жизни так и не целовалась. А моя тетка сейчас живет затворницей в глуши – все, на кого бы она ни посмотрела, непременно падали и получали серьезные травмы. Была у меня в родственницах еще одна двоюродная тетка, но она пропала много лет назад и о ней давно ничего не известно…
О, как же долго я дулась на Судьбу! Уж лучше бы я дарила «смертельные поцелуи» – казалось мне. Не большая это проблема – их избегать. А вот избежать смерти мне ещё ни разу не удалось.
Со временем я стала относиться к этому даже с юмором. Когда ты со Смертью на «Ты» такое бывает…
Моя личная жизнь была «роскошна»! Пара вечеров подряд с мужчиной – мой личный рекорд. Именно вечеров. Я всегда находила повод уйти или же просто по-тихому сбегала из его дома до наступления глубокой ночи.
Мой же дом был моей крепостью, в которую не ступала нога ни одного мужчины. Ну, это я конечно, преувеличиваю. Строители-то явно были мужчинами. Да и курьеры тоже заходят…
Когда-то давным-давно мы были свободны от проклятия, и я хочу вернуть былые времена. Хочу вернуть покой женщин своего рода и снять с нас эту паутину бед. Я хочу быть счастливой, и никто не сможет мне этого запретить!
***
Обожаю просыпаться! Кровь течет по жилам, мозг начинает разминку и готовится к дневному марафону, а сознание кричит: «Я жива!». Вот только кипенно-белый потолок надо мной свидетельствовал, что я опять не рассчитала время.
– Вельмира, по бутербродику? – не знаю как, но он всегда чувствовал, когда я возвращаюсь в сознание, и неизменно приветствовал меня ритуальной фразой.
– Спасибо, Сереж, но ты знаешь ответ! – садясь и откидывая плед с колен, я как всегда отказалась от столь «соблазнительного» предложения.
– А зря! С ветчинкой! – покрутил у меня перед носом бутербродом городской патологоанатом. Спокойно положил его рядом с предметом своей непосредственной работы, и у меня к горлу подступил комок. И это я себя считала привыкшей к его нещепетильным рабочим привычкам?
Что-то я себя переоценила.
– Что на этот раз? – мои черные длинные волосы превратились в один сплошной колтун. Руки нащупали засохший березовый листик. Та-а-ак, где моя сумочка? Это воронье гнездо надо срочно разворошить расческой!
– Пересечение Петроградской и Садовой, – начал свою любимую игру в «отгадай дальше» мужчина. Его внушительный живот совершенно не мешал ему ловко маневрировать в достаточно тесном рабочем пространстве.
– Опять авария? – неужели и эта машина в хлам?
Сергей отрицательно покачал головой с парой островков волос и достал из кармана белого халата маленькую серебристую фляжку.
– Открытый люк? – ну а что, и такое было…
Патологоанатому пришлось прервать серию больших глотков любимого рома и ответить мне:
– Не, в этот раз было как никогда оригинально! Даже я обалдел! И это после пяти лет с тобой пятка к пятке!
– Скорее кошелек к карману! – мысли пустились вскачь, подкидывая предположения, и я невольно стала рассматривать своё тело, хотя знала наперед, что не найду на нем ни единой царапинки. Так было всегда.