Ночь Пса
Шрифт:
– Это – мои заботы, герр Комски, – не скрывая раздражения, отозвался Гонсало. – Я к вам с горячей информацией и терять время – не в ваших интересах... Завтра это уже не будет иметь никакой цены...
– Ну, вот может и подождем до завтра, чтобы не вводить нас в лишние расходы... – иронически усмехнулся Комски.
– Потеряете вы при этом гораздо больше...
– Учтите, Гонсало, вы можете еще водить за нос старину Комкси, но вот старина Комски не может себе позволить водить за нос господина Саррота... Поэтому ваша информация должна быть исключительно достоверной. Господина Саррота весьма волнует ход посещения Прерии гостем из системы Чура... Ведь вы об этом нам собрались рассказать, адвокат? – глядя в сторону осведомился Комски.
Наступила пауза.
– Признаюсь честно, – продолжил секретарь Клода Саррота, – не ожидал, что вы вот так – сразу придете к нам... Ваши клиенты подвели вас?
Гонсало зло дернул щекой.
– Клиенты подвести меня не успели, герр Комски. Меня подвела, думаю, та же сволочь из министерства, что продала эту информацию людям Магира...
– Вот как? Так это они испортили вам игру? А мы то со вчерашнего вечера ищем вас как проклятые... Послушайте, а почему вы тогда все еще живы, Гонсало?
– Это слишком долго объяснять, – адвокат поморщился при воспоминании об отвратительном привкусе, надолго оставшемся в его нервных окончаниях после воздействия «оксидара». – Так или иначе, эти ребята имеют солидную фору и...
– Так сколько вы просите за точную информацию о местонахождении Гостя? – прервал его герр Комски.
– Мне нужно убраться из этих мест, – коротко начал излагать свои кондиции Гонсало. – Документы у меня выправлены, но оплатить дорогу я попросил бы господина Саррота. Невелика услуга...
– Думаете отсидеться на Святой Анне? – чуть иронически осведомился Комски.
– Тогда мне лучше было бы сразу податься в прокуратуру... – Щека Гонсало снова дернулась. – Речь идет о каком-нибудь месте потише в сторонке от Главной Последовательности. Любой из Фордов вполне подошел бы...
– Речь идет, Гонсало, о том, – в бок адвоката уперся ствол «Венуса-плюс», – что мы с вами сейчас заедем в место понадежнее, где вы расскажете все по-порядку. Мне и другим... людям... Потом переоденитесь поприличнее, получите комиссионные... А потом займетесь тем, что вычислите ваших клиентов – самостоятельно и без фокусов. Ведь не будет фокусов, Гонсало?
Гонсало тяжело вздохнул.
– Не будет, – уныло признал он. – Фокусов не будет...
Вспомнил про письмо с обратным адресом Почтамта и нервно дернул щекой.
Господин секретарь сидел за своим столом, взяв пальцы в замок и напыженно изображал до предела возмущенную беспристрастность.
Конопатый детина в штатском, не в силах сдерживать себя, мерил кабинет широкими шагами. Полковник Ваальде – на кресле в сторонке
– был всецело поглощен жизнью громадного аквариума, украшавшего кабинет господина Азимова. Ким, спокойно занявший предложенное ему место, ожидал – какой именно грозой разразятся сгустившиеся над его головой тучи.
– Вы, кажется, уже знакомы с майором Свирским из нашей контрразведки, – сухо уведомил Кима господин секретарь. – У майора есть претензии к вашему способу вести дело...
Ким изобразил на лице полнейшее внимание и обратил его к малозапомнившемуся ему – по правде говоря – майору. – Вы были предупреждены, господин э-э... агент, – с раздражением начал тот, – о вполне определенном разделении функций между членами нашей комиссии... Во всяком случае, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что все моменты дела, связанные с такими вопросами, как шпионаж и внешние отношения Прерии, целиком и полностью относятся к компетенции контрразведки и внешней разведслужбы планеты...
– Ни коим образом не покушаюсь на ваши прерогативы, майор... – только и успел вставить Ким.
– И тем не менее, – майор Свирский возвысился над Агентом на Контракте подобно утесу, – как только мы направляем запрос в управление исправительных заведений относительно одного из фигурантов в предшествовавших эпизодах шпионажа по работам Толле...
Как только мы направляем свой запрос, мы тут же выясняем, что интересующий нас тип отправлен в столичное следственное управление по запросу, подписанному господином Ясновым...
«Вот он мне и отрыгнулся – неумело построенный разговор с господином Пареных», – констатировал про себя Ким.
– Вы имеете ввиду Пера Густавссона? – как можно более невинно уточнил он.
– Именно его, черт побери! – окончательно взорвался Свирский.
– Вам, милостивый государь, ничего не сказало название статьи, по которой загремел мистер Густавссон? «Шпионаж»! И вы, тем не менее, ничтоже сумняшеся...
– Прежде всего, – не дал ему развернуть атаку по флангам Ким, – наша следственная группа не собирается разрабатывать Густавссона по линии шпионажа. Нам нужен человек, который помог бы нам спрогнозировать поведение Гостя в условиях Прерии и по возможности помог бы вступить с ним в контакт... Напомню, что пока нет никаких оснований полагать, что в деле участвует агентура третьей стороны... Да и Густавссон осуществлял скорее промышленный шпионаж, а это...
Белесые, почти невидимые брови майора Свирски иронически взмыли ввысь.
– Вот как? Нет оснований полагать?... Промышленный шпионаж?... Невинный промышленный шпионаж?... Извольте ознакомиться вот с этим...
– Стоп, стоп, стоп, стоп! – господин секретарь еле успел перехватить пущенную решительным движением майорской руки по полированной глади стола тонкую стопку распечаток. – Господину агенту следует предварительно дать подписку о неразглашении...
– Я-то полагал, что дал их все... – с чуть наигранной наивностью вздохнул Ким.
– Не все, милейший, не все... – с улыбкой профессионального садиста заверил его господин секретарь, располагая на столе украшенный грозными грифами листок. – В двух местах – здесь и здесь... Вот так. Теперь – читайте...
Он с явным удовольствием поместил подписанную Кимом текстовку в защитную обложку, обложку же поместил в украшенную мудреными ярлыками папочку, а папочку вверг в недра скрытого за голографической имитацией панорамного окна сейфа, после чего с отеческим вниманием предался созерцанию макушки углубившегося в чтение распечаток Кима.