Чтение онлайн

Половина моего обрывочного образования касалась богов – как эти странные и пугающие создания играли главенствующую роль в делах людей много лет тому назад, а потом сошли со сцены. Да так надолго, что многие люди стали сомневаться в самом факте их существования.

Нет, я, Астерион, никогда не видел ни одного бога. Не видел в реальной жизни.

Тем весенним днем Ариадна рассказала мне подробности одной истории, которая лишь недавно долетела до острова Корик от материка, лежащего в сотнях миль отсюда. В этой истории рассказывалось о том, как год назад великие боги Аполлон и Аид, вкупе с поклонявшимися им людьми, сошлись в смертельной битве. Как Аполлон объявил Оракула своим и запретил человеческие жертвоприношения на этой горе, на которой, говорят, находится сам Олимп.

– Но это старые вести, – отметил я.

– Конечно, – вскинула подбородок сестричка. – Но разве плохо будет, если жители Корика тоже станут служить Аполлону?

– Возможно… но шансов у них маловато. Сомнительно, чтобы на острове нашелся хоть один действующий храм или алтарь Аполлона. Наш почтенный дядюшка поклоняется совсем другому богу.

– Я только что говорила с некоторыми Людьми Дани.

Нет, Ариадна не меняла тему разговора, хотя, возможно, ей и хотелось это сделать.

– Девять юношей и девять дев, как и требовал дядя?

Сестра кивнула.

– Ну, раз уж Дань прибыла, что же собирается сделать с ними дядя? Они же не рабы какие-то?

– Нет, среди них есть даже с благородной кровью в жилах. Дядя официально заявил, что они…

Ариадна замялась, потом сказала:

– Мне неловко кое-что рассказывать тебе, брат, а одна новость и вовсе ужасна.

– Говори. Начни с ужасной.

Но хотя я отважно приказал сестре говорить, сам же боялся того, что мог услышать. Что уже приходило ко мне в некоторых сновидениях, но что я с радостью позабыл. Но это уже не сон.

– Наш почтенный дядюшка, – начала Ариадна, – и все служители Шивы, которые слетелись на остров как мухи на падаль…

– Ну?

– …они говорят всем, что девять юношей и девять дев предназначены в жертву Минотавру. Тебе.

Я знал, что меня иногда так называют, словно чудище какое, не допуская даже мысли о моей причастности к человечеству. Тут уж ничего не поделаешь.

– В жертву, – повторил я. – То есть на смерть. Как рабов и пленных, о которых ты говорила раньше.

– Да.

Какое-то время я мучительно пытался осознать смысл ее последнего сообщения.

– Принести мне в жертву? Мне?

– Знаю, что это звучит глупо…

Внезапно рассвирепев, я развернулся и широким шагом начал мерить площадку, стискивая и разжимая кулаки.

– Глупо? Это еще слабо сказано! Они что, считают меня демоном, который требует человеческих жертв? Что, по их мнению, я буду делать с этими юношами и девушками? Съем? Я даже мяса не ем! Выпью кровь? Или залюблю их до смерти, буду гоняться за ними… Но ты знаешь, что я даже не…

– Я знаю! Знаю, милый Астерион!

Сестра попыталась мягко успокоить меня. Ухватила за палец огромной, но вполне человеческой руки и держала как на привязи, пока я метался туда-сюда.

– Зевс создал тебя не таким, как остальные. Я люблю тебя и понимаю. Но мир не знает тебя, как знаю я. Люди всегда готовы послушать страшилку про какое-нибудь чудовище. Боюсь, что все поверят царской сказке.

– И, конечно, Люди Дани действительно предназначены в жертву.

– Так хочет Шива. По крайней мере об этом шепчут его служители. Мы-то редко видим самого бога. Ходят слухи, что большую часть времени он проводит, распутывая заговоры.

Я считал, что человеческие жертвоприношения не были первоначальной целью узурпатора, когда он потребовал Дань. Скорее всего, молодые люди нужны ему были как заложники. Чтобы побудить враждебные народы найти способ с нами уживаться. Когда новый Минос с Шивой за плечами впервые потребовал Дань, он объяснял это желанием распространить свою власть на окрестных глупцов и сбить их разрозненные царства в одно – его собственное. Вышлите Дань, иначе мои корабли сметут с лица земли ваши гавани, верфи и суда!

Вскоре я справился с приступом гнева.

– Но с тобой, сестричка, произошло что-то еще. Что-то хорошее. Вряд ли бы ты радовалась, глядя на бесчинства нашего дяди.

Она сразу же просветлела.

– О да! Я знала, что ты сразу заметишь во мне перемены.

– Так что за чудо с тобой произошло?

Она вскочила и затанцевала, не в силах усидеть на месте.

– Его зовут Тезей.

– Ага.

– Я влюбилась, безнадежно влюбилась!

– Я так и знал.

– Его зовут Тезей! – почти пропела Ариадна.

Я радовался за сестру, но одновременно немного ей завидовал.

– Да, ты уже говорила. А кто он, откуда явился? Какой он, этот Тезей?

– Он один из Людей Дани. Какой он? Как же мне его описать? Как бог – сильный и могучий, мне слов не хватает его описать. Он настоящий царевич, его взяли в плен в какой-то глупой войне, а потом…

– Стой. Подожди.

Я еле успел вклиниться в этот словесный водопад.

– Давай вернемся к началу. Так, значит, он один из восемнадцати? Ариадна, ты шутишь!

– Астерион, я серьезна, как никогда!

– Возможно, – промолвил я, не сводя глаз с сестры. – Ты впервые сказала, что влюбилась в кого-то.

– Да… Конечно, я собираюсь как-нибудь устроить так, чтобы его жизни ничего не угрожало.

Для Ариадны смертельная опасность, нависшая над ее возлюбленным, была всего лишь досадным недоразумением, которое можно легко устранить. Вроде неудобно назначенной вечеринки – нужно только перенести ее на подходящее число, и все. Моя сестра, такая уж она есть, ни капли не сомневается, что ей все удастся устроить наилучшим образом.