Шрифт:
Annotation
Олег не бог, не царь и не герой. Он не собирается завоевывать мир и нагибать всех подряд. Все, что ему нужно для счастья - комфорт и немного роскоши. Чужого ему не надобно, но за свое он будет грызть зубами. Вот только своего пока не лишку. Недоросль, в тело которого запулили Олега высшие силы, беден, как церковная крыса. Но как так случилось, что самый обыкновенный менеджер среднего звена получил шанс на вторую жизнь? А вот как. Человек он был не плохой, но и не хороший. На ад не нагрешил, на рай не наработал. Ни туда, ни сюда. Ниочёма. И куда его теперь? А пускай еще погуляет. Может, стронется с нулевого баланса добра и зла хоть в какую-нибудь сторону?
Ниочёма - 2
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Ниочёма - 2
Глава 1
Где-то в воронежском поместье рода Песцовых
В имении, еще недавно принадлежавшем самой императрице, а до того новосибирскому роду Оленевых царила суматоха. Наконец-то после почти трехмесячной задержки в имение собирался приехать новый хозяин. Разумеется, слуги живо интересовались всем, что связано с личностью человека, который смог отжать вкусный кусочек у самой Львовой. К их разочарованию, достоверно узнать удалось немногое: несовершеннолетний гимназист, в перспективе – талантливый маг, приглашен из Воронежа в лучшую гимназию империи. Случайно нашел драгоценности Короны, за что был обласкан Императором, награжден орденом и приглашен на Рождественский бал в императорский дворец. Всё прочее крутилось на уровне слухов. Мол, был причастен к попаданию в немилость Орловых, Ростопчиных, а теперь вот ещё и Оленевых. Мол, были разные темные истории. Не то он что-то у кого-то отобрал, не то у него отобрали. А еще родовые земли Песцовых – и это было известно абсолютно достоверно – граничат непосредственно с территорией поместья. И пока малолетний глава рода шатается по столичным гимназиям, у него на фамильных болотах завелось Предок знает что.
Интерес обслуги был понятен и неудивителен: благополучие слуг впрямую зависит от хозяина. С прежней хозяйкой было непросто. Когда она бывала в дурном настроении, то придиралась по-пустому. К каждому пятнышку, к каждой пылинке. И даже если вся работа была сделана идеально, находила, за что сделать обидный, несправедливый выговор и оштрафовать на половину жалования. А когда настроение было хорошим, она и вовсе не искала недостатков. Могла просто так вынуть из кошелька немалого достоинства купюру и одарить ею попавшего на глаза человека, вне зависимости от его должности и качества работы.
К сожалению, большей частью настроение у хозяйки бывало преотвратным. Когда она забирала свои вещи из особняка, слуги и вовсе старались не попадаться ей на глаза. Будь её воля, она вынесла бы все подчистую, до последней ниточки. К счастью, визиты хозяйки были редки, и большую часть времени обслуживающий персонал был предоставлен сам себе.
Теперь же – новая метла. И как она пометет? Пацан, тинейджер. Что он вообще смыслит в серьезных вещах? У таких все мысли крутятся, в основном, вокруг женского пола: посмотреть, а если повезет, то и потрогать. Что же до большего, то их победы совершаются, главным образом, во влажных юношеских мечтах и в похвальбе перед такими же прыщавыми сверстниками.
Две горняшки переглянулись меж собой и негласно порешили: развести мальчика. Где-то поприжаться, где-то сверкануть белым телом, распалить, выманить хрустящие бумажки, да и задинамить.
Кухарка вздохнула: а ну как придется снова изгаляться, всяческие деликатесы стряпать? Да еще привезет с собой свору дармоедов, как, бывало, прошлая хозяйка, и корми их всех. То безе, то марципаны с кремом, то фуагру подавай. И каждый норовит морду скривить: мол, в Парижах лучше. Так на кой хрен вы сюда прётесь? Валили бы в свой Париж, и жрали что душе угодно. Говорят, в тамошних краях сырых лягушек употребляют. Даже без соли, лишь чуть сбрызгивают лимонным соком. Как есть дикари.
Мужики молчали. Они надеялись на мужскую солидарность, а также на извечную тягу настоящего мужика ко всевозможным железкам. А от старой хозяйки осталось целых три допотопных рыдвана. Авось, пацан заинтересуется, и в серьёзные дела не полезет.
А управляющий хмурился. Он за прошедшие три месяца успел прокрутить в свою пользу несколько махинаций, и теперь прикидывал, насколько легко сможет ездить по ушам гимназисту. В том, что сможет, он даже не сомневался. Вопрос стоял лишь в том, сколько сил и времени это займёт. В идеале, нужно было так запудрить мозги малолетке, чтобы он отказался от контроля. Пусть древние машины курочит, пусть горняшек приходует, пусть кухарке мозги выносит. И не мешает серьезным людям делать деньги.
Таксист заломил за доставку в поместье несусветные деньги – пятьдесят рублей. Мотивировал он это тем, что место, якобы, проклято. Олег хмыкнул, вспомнив анекдот про «Автоваз», и заплатил. Заодно внутренне посетовал на несовершенство законодательства: пока не исполнилось восемнадцать, получить права и ездить самому не выйдет. Прискребётся опять какой-нибудь капитан, и что тогда делать? А хуже всего, если он еще и прав окажется. Тогда придется платить. Повода-то спорить с властью не будет!
Поместье Олегу понравилось. Всё ухожено – по крайней мере, с виду. Центральная усадьба – сравнительно небольшое двухэтажное здание, выглядело лёгким и изящным. Никаких колонн, портиков и пилястров. Всё достаточно современно, необычно и красиво. На задах – полный комплект хозяйственных построек: флигели, мастерская, гараж не несколько автомобилей, еще какие-то зданьица, аккуратно вписанные в ландшафт. Небольшой парк, фонтан, отключенный по причине холодов, открытый бассейн – всё на высшем уровне. Захотелось спросить Аргуса: как, мол, ему владение? Но хранитель пока ответить не мог. В рюкзаке у Песцова лежал кирпич, а в кирпиче мирно дремала нежить. Ну да, домовых перевозят со старым веником или со старой обувью хозяина, а хранителя – вот так, с кирпичом. Или с любым другим подходящим камнем, но непременно являвшимся частью дома.
У крыльца нового хозяина встретила старая прислуга: управляющий поместьем – этакий толстячок-живчик, механик, он же шофёр, пожилая кухарка, две молоденькие симпатичные горничные, садовник и дворник, по совместительство сторож и вообще мастер на все руки. Первое впечатление было положительным. Разве что управляющий выглядел подозрительно слащавым, но проверить его честность будет несложно. Значит, с него и начнем. А что касается остальных – покажет время.
– Филимон Васильевич, - обратился Олег к управляющему. – Покажите мне дом. Заодно проведем ревизию.