Я, Кохановского подручный,В полдневье века о НиобеКонцерт, как ветер, темнозвучныйВ Ольштынской сочинил чащобе.Пускай своим негромким ладомТебе во славу он послужит.Ты в летний зной была прохладойИ рукавичкой — в снег и стужу.Себе в прическу, Семиструнной,Вплети нехитрый слог поэта.Ты — песнь моей дороги трудной,Ты — блеска всплеск и светоч света.
Посылка
Любимая, поблекнут строчки,Утихнут в темных скалах ветры,И внук меж тучами увидитТвой взор — сияющий и светлый.
I
ЕВТИФРОН
УВЕРТЮРА
1
Несуразна, непригожа,день и ночь стоит у моряобратившаяся в камень
2
дочь несчастная Тантала,Амфионова супругагоремыка Ниобея;
3
семь сынов ее, семь дочекАртемида с Аполлономрасстреляли на рассвете.
4
А вокруг земля пустая,ни огня на побережье,только камень жмется к камню.
5
Небо стынет над Ниобой,днище тучи тускло блещет,хлюпает вода о камень.
6
Не приходит парус дальний,он сторонкою проходит,а глухая ночь приходит,
7
непригожа, несуразна.Вдалеке гуляет буря,а в лицо наотмашь ветер.
8
Над Ниобой вьюга воет,вьюга снег по кругу водитнад подругой музыканта,
9
над супругой Амфиона,бедной дочерью Тантала,и полны глазницы снегом.
10
Стынут каменные слезы,развиднеется не скоро,только чайки стонут.
ВИЗАНТИЯ
АЛЬМЕЦЕЗАРВАТИСТУИМИЗЕРЕРЕДОМИНЕ
Такой антифон сложил стихотворец Талиарх, сын бочара, во печаль погруженный, и расписал его на пять наиславнейших колоколов града Византии.
А имя первого колокола было Евтифрон,
второго — Архангел,
третьего колокола — Никола,
четвертого — Герион,
пятого — Акрокерауния.
Так величали колокола.
И когда они звонили песнопенье Талиарха, говорят, будто от звона оного падала золотая тень на тысячу двести куполов, у ворон вырастали золотые крылья, зеленели тучи, а стоящая на площади Михаила Архистратига фигура Ниобеи заметно веселела.
Первым вступал Евтифрон, возглашая АЛЬМЕ, АЛЬМЕ, за ним — Архангел со своим ЦЕЗАР, Никола восклицал ВАТИС, Герион — ТУИ, а колокол Акрокерауния, сбежавший потом в Рим, гудел МИЗЕРЕРЕ, и все голоса смешивал, и братьев заглушал, да так ловко, что в звоне его слыхать было каждый голос: и Евтифрона, и Архангела, и Николы, и Гериона. Герион же, колокол, из всех пяти братьев колоколов был самый радостный; статуя Ниобеи скорбящей, внимая ему, чуть ли не руку протягивала, словно бы просила гребень.
А когда исполнились сроки и Магомет II вступил со своим войском в город, статуя Ниобеи повалилась и голова статуи откололась. Тогда стихотворец Талиарх, сын бочара, выскочил из своего убежища, схватил голову и сбежал с ней во Флоренцию.
Данте уже полтораста лет как умер.
Такова изначальная история мраморной головы Ниобеи, именуемой Неборовской.
МАЛАЯ ФУГА
1
Что за вихрь по дорогам Европымчал тебя потайными путями?Кто владел тобой, мраморный обликс эллинско-славянскими чертами?
2
Кто в галере провез тебя с риском?Кто в возке таскал через заносы?И, тобою восхитясь, какой епископоборвал на полуслове «Патер ностер»?
3
В стороне какой, в какой державеты злодейства знавала и розни?И какой отпетый мерзавецтыкал факелом в древние ноздри?
4
Где была ты? Где? В какие летатать волок под плащом вороватобелый мрамор, черные секретыроттердамских антиквариатов?
5
Может, Гольбейн, Дон-Жуан, Учеллона тебя молились, как на образ?Может, Карл-Филипп — скрипач умелый,Иоганна Себастьяна Баха отпрыск?
6
Может, Тициан, на лик твой глядя,ошалел средь веницейской ночии на волоса тебе приладил,шутки ради, миртовый веночек?
