Нимформация
Шрифт:
Вы догадываетесь, кто победил?
Услышав крики внизу у входа в ресторан, Дейзи Лаз постаралась не замечать обычные для пятниц сирены, песни рекламок и шумные звуки драки. Весь остаток вечера она работала над сложными уравнениями хаоса. Вероятности для того и этого; шансы жить и быть любимой.
Нежданный звонок телефона вырвал ее из страны больших чисел.
— Кто это? — спросила она.
— Я, — ответил голос в трубке. — Твой отец.
— Кто-кто?
— Джимми Лав. Не забыла такого? Рад слышать тебя, дочка.
— Кто это? Что за глупая шутка?
— Разве я похож на шутника?
Дейзи опустила трубку на телефон и вернулась к домашнему заданию. На самом деле ей давно полагалось спать. По субботам она подрабатывала в книжном магазине и без хорошего отдыха рисковала заснуть там прямо за прилавком. Но ей позвонил отец. Черт! Он действительно позвонил! Хотя она могла перепутать его с кем-то. После стольких лет.
И после того, как она объявила его погибшим в аварии.
Поверив в гибель ее родителей, Макс Хэкл помог Дейзи получить прибавку к стипендии. Сиротское денежное пособие. Ее мать действительно умерла, однако отец был жив. По-прежнему жив. Она просто отказалась от него и дала университету неверные сведения о нем. Слишком много горьких воспоминаний. Слишком много несбывшихся грез.
Ее отец мог стать великим математиком, но предпочел жизнь дилетанта, серой неприметной мыши. Но самом деле Джимми Лав работал водопроводчиком и каждый вечер возвращался домой грязным и уставшим. Он увлеченно занимался в одиночестве сложнейшими расчетами, не допуская дочь в свой мир.
Страшно подумать, но Дейзи затягивал вихрь воспоминаний, увлекая ее назад в далекое прошлое, когда в возрасте семи с половиной лет она играла с отцом в домино. В то время мамы уже не было. Девочка почти не говорила, и отцу пришлось заняться ее обучением. Для этого он использовал старый и дешевый набор домино из черного пластика с белыми точками.
7а. Стандартный набор домино состоит из двадцати восьми костяшек — от дубль-пусто до дубль-шесть. Эти кости, поделенные центральной линией, содержат все комбинации промежуточных чисел. Всего в игре имеется 168 точек или очков.
7б. В оригинальной игре каждый участник выбирает для начала пять костяшек домино. Право первого хода получает тот, кто предъявляет наивысший дубль (или, при его отсутствии, кость с наибольшим количеством очков). Игроки поочередно делают ходы, стыкуя костяшки с соответствующими очками игровой цепочки. Если участник не может сделать ход, он стучит по столу и вытягивает новую кость из кучи домино, которые еще не использовались в игре. Костяшки вытягиваются до тех пор, пока игрок не находит нужную комбинацию. Победителем считается тот, кто первым избавляется от всех костяшек домино.
7в. Существует мнение, что схожую игру с числами придумали древние египтяне. Их домино вырезалось из человеческих костей. Другие люди верят в средневековое происхождение игры и считают ее детищем моды Мементо Мори: собранные кости якобы составляли череп. Игра в том виде, в каком она описана в пункте 7б, появилась в Италии в начале XVIII века. Домино вырезалось из слоновой кости, и благодаря этому игра получила свое вульгарное имя.
7г. Компания АнноДомино имеет право заимствовать образы и атрибуты исторической игры. Тем не менее, для лотереи Домино Удачи были придуманы новые правила, свод которых перечислен в данном документе.
7д. Название игры содержит латинские корни: Бог-Отец, Иисус Христос — Его Сын, Доминус. Анно Домини — Год Господа. Поэтому оригинальная игра несла в себе религиозный смысл. Кроме того, она ссылалась на мастера своего дела — Домино. Это итальянское слово выкрикивалось вслух победителем: «Домино!» Что означало: «Я выиграл! Я мастер!»
7е. Игрокам, выигравшим приз, позволяется выражать свои эмоции только в течение первых десяти минут после оглашения результата.
Скольжение назад во времени.
— Домино! Я выиграл! Дейзи, я мастер!
Ее отец сделал победный глоток виски, и девочка раздражением швырнула оставшиеся кости на пол гостиной.
Числа, красивые числа. Дождь проигравших точек.
— Дейзи, детка, ты такая неудачница, — съязвил ее отец.
— Ныэ-э, ныэ-э, ныэ-э! — закричала Дейзи.
— Ты должна научиться играть и выигрывать, моя дитя. То, что у тебя лишь половина мозга, еще не значит…
— Ныэ-э, ныэ-э!
— Прекрати орать!
Он ударил ее. Прямо по лицу. На один леденящий миг маленькая Дейзи потеряла голос. Затем она закричала внутри себя: «Пошел ты к черту, папа!» Но с губ срывалось только: «Ныэ-э, ныэ-э, ныэ-э!»
— Ладно, забудем, — произнес отец и начал собирать домино. — Все хорошо, малышка. Я извиняюсь за то, что ударил тебя. Прости меня.
Еще один глоток виски.
— Давай сыграем еще раз. Только теперь играй до победы.
Это далекое воспоминание вернулось к Дейзи в тот момент, когда она, наполовину сонная, склонилась над последней задачей. Зачем теперь думать о детстве? Глупая девочка не имела ни малейшего шанса на выигрыш. Разве не так? Она могла произносить слова внутри себя, но к тому времени, когда они срывались с губ…
— Ныэ-э, ныэ-э, ныэ-э.
Маленькая Дейзи была сущим кошмаром — эгоистичным ребенком, жившим только своими интересами. Как, наверное, отец ненавидел ее немощное бормотание…
— Ныэ-э, ныэ-э.
— Бери кости! Живо!
Потирая болевшую щеку, Дейзи выбрала пять домино. Она взяла их из кучи перевернутых и перемешанных косточек, после чего отец начал набирать свою собственную армию. Воспоминания… Через минуту он злобно рассмеялся и с криком «Домино!» приставил последнюю кость к ее глупенькому дублику-пять. «Мастер».
— Дейзи, неужели ты думаешь, что эта игра зависит только от удачи? Неужели твоя мама умерла напрасно?
В словах отца звучала тихая тоска или, возможно, отголоски утерянной любви.
— Ты видишь это, Дейзи?
Он снова показал ей старое исцарапанное домино, висевшее на кожаном ремешке — кость пять-четыре, с просверленной центральной точкой у пятерки.
— Оно досталось мне, когда я был мальчишкой. Смотри, сейчас я буду играть на проигрыш. Договорились? При каждом ходе я буду использовать самые слабые кости. Победителей не бывает без проигравших. Ты понимаешь меня?