Нежность
Шрифт:
Внезапно, где-то около полвосьмого, он почувствовал, что его отпускает. «Может быть, потянет еще хоть немного», – как обычно в такие моменты подумалось ему. Но нет. Его неотвратимо отпускало. Дальше догоняться было бесполезно – пустой перевод продукта.
«Черт! – он посмотрел на Олега, которого до сих пор впирало. – Меня отпускает».
«Да? – Олег говорил по-кошачьи игриво. – И что по этому поводу думаешь делать?»
«Наверное, спидов куплю, – он пожал плечами, давая понять, что Олег задал вопрос, ответ на который известен всем заранее. – Ты будешь?»
«У меня денег нет», – Олег развел руками.
«Ну отдашь потом», – ему нужна была компания. Не нюхать же в одиночку, как конченному торчку.
«Тогда конечно, – Олег приобнял его. – Скоро и меня отпустит, а впереди еще afterparty. Надо продержаться».
Диджей поставил «Driven to Heaven». Кое-кто из танцующих радостно завизжал. А вот и Валентин. Как всегда, в нужное время, в нужном месте.
«Валя! Спид есть?»
«Для тебя – тысяча двести», – вообще-то Валентин всегда был королем спида.
Он быстро отсчитал деньги и получил взамен крохотный пакетик с твердым сероватым комочком.
«А он не сырой?» – обеспокоено поинтересовался у пушера.
«Да нет, нет! – Валя отрицательно закрутил головой. – Если хуевый, сразу деньги верну. Попробуй».
«Ну все, – сказал он пританцовывающему неподалеку Олегу. – Пошел в туалет, нюхать». Олег одобряюще кивнул.
На пяточке между WC и танцполом он неожиданно снова ее встретил. Как же он упустил ее из вида! Надо было общаться, а теперь, похоже, она тоже скучнеет. Решение пришло сразу.
«Клаудиа, – он тихонько тронул ее за руку. – Do you want speed?»
«Oh», – она посмотрела на него такими влажными итальянскими глазами, что ему вдруг захотелось встать перед ней на колени, обхватить ее ноги руками и зарядить что-нибудь любовно-банальное. – «Oh, speed is my favorite club drug».
«Go with me», – он слегка обнял ее за талию и они пошли в туалет. Кровь стучалась в височных венах, он пока не верил в свое счастье. «Главное сейчас не облажаться, главное ничего не испортить».
Он галантно пропустил ее внутрь кабинки первой.
«Are you the club member?», – спросила она, присаживаясь на корточки рядом с ним.
«Yeah», – он вытащил клубную карточку.
Осторожно высыпал на грязноватую крышку унитаза немного порошка. Чуть-чуть повозился, растирая его в еще более мелкие частицы. Потом аккуратно вывел две жирные, почти кокаиновые дороги.
«Aren’t they too big?», – Клаудиа свернула трубочку из пятидесятирублевки.
«It’s for the first time, – он сделал приглашающий жест. – Please».
На него пахнуло смесью духов «Miracle» от Lancome, особенного клубного пота и никотина.
«Ah!», – она сделала сниф и начала тереть пальцами нос, видно спид был неплохим. Он взял из ее рук трубочку и проделал то же самое. Фен действительно был термоядерным. Нос обжигало. Как обычно, в первые минуты он ничего не ощутил. Никакого изменения состояния. Он повернулся к ней, чтобы узнать, подействовал ли наркотик на нее. Ее губы были так близко, а глаза так блестели, что он, неожиданно для самого себя погладил ее по щеке, провел рукой по уху с маленьким гвоздиком – бриллиантом, иссиня-черной пряди волос, спадающей на плечи.
«Darling», – сказал он вдруг.
«Honey», – выдохнула она.
Когда уже после afterparty он ехал домой в раздолбанном скрипучем такси, он все время вспоминал ее. Немного по отдельности. Глаза, губы, шею, грудь. Он думал, что столь нежного секса у него не было никогда и, возможно, никогда больше не будет. Что Клаудиа невероятным образом с первой секунды чувствовала его так, будто знала вечность, предугадывала желания и была бесконечно, невозможно нежной.
Дело было даже не в сексе. Сам по себе он был простой и быстрый, несмотря на действие MDMA. Все заключалось в той стремнине ощущений, не тактильно-низменных, но духовно-высших, которая растворила его в себе. Не факт, что Клаудиа чувствовала то же самое. Возможно, для нее это было всего лишь очередным клубным приключением. Но что ему, в сущности, до нее? Главное – те, доселе неизведанные эмоции, что он неожиданно для самого себя испытал. Никогда не представлял себе, что способен на столь сильные нежность, самоотдачу, отрешение. С Клаудией он внезапно получил приход, который был мощнее всех его наркотических приходов вместе взятых.
Все кончилось быстро, даже, возможно, нежелательно быстро.
Она дала ему свой телефон в Милане. Он обещал звонить. Когда он садился в такси, ветер вырвал из рук скомканную салфетку с записанным на ней номером. Он даже не предпринял попытки поднять ее с весеннего влажного асфальта. Он возвращался домой. Дома, в двухкомнатной квартире пятнадцатиэтажного панельного дома его ждали жена и двое сыновей: Лешка восьми лет и Сашка – пяти. Они ждали его из краткосрочной командировке в Нижний Новгород.