Нежить

С начала времен мы, люди, боимся смерти. Причем, страх мы испытываем не только перед окончанием жизни и собственной неизбежной смертью, но и перед уже умершими. Почти во всех культурах существуют истории о душах, которым, похоже, трудно расстаться с земной жизнью, и которые остаются в мире живых, хотя им следовало бы его покинуть. Очень упрощенно такие призраки могут быть разделены на две группы.

Привидения и фантомы – это тенеподобные, бестелесные существа, остающиеся в мире живых, как своего рода эхо чьей-то души. Такое может случиться, когда человек умер при трагических обстоятельствах. Смерть многих покрыта тайной; став привидениями, они стремятся призвать к ответу своего убийцу, или отомстить за какую-либо иную несправедливость, или же хотят предупредить оставшихся в живых родственников о надвигающейся катастрофе. Иногда это всего лишь растерявшиеся души, которые попросту пропустили свою смерть и продолжают двигаться по накатанной колее, будто ничего не произошло. Независимо от причины превращения в привидение эти мятущиеся души редко представляют особую угрозу. Они скорее трагические фигуры, хотя столкновение с ними и может изрядно напугать.

Призраки второго типа значительно опаснее. Они – отвратительные живые мертвецы, которые встают из могил и терроризируют своих бывших близких, нередко – собственную семью. Бесчинства этих существ могут приводить к истреблению целых родов и деревень. Их называют нежитью или заложными покойниками, и легенды о них существуют по всему свету: от драугра в Скандинавии, до стригоя в Румынии, вриколакаса в Греции, прыгающего цзянши в Китае и скелетоподобного намородо в Австралии. Почти каждый из этих страшных духов умерших представляет для нас угрозу. Они полностью утратили все человеческое и стали демоническими существами, исполненными злобы к живым. Некоторые из них в основном устраивают разные выходки, другие душат своих жертв или распространяют болезни и безумие, а самые опасные охотятся на людей, убивают их, поедают их плоть и пьют кровь. Мало того, они обладают множеством удивительных способностей: нежить может меняться в размере, становиться невидимой, принимать облик близкого родственника или возлюбленного, а также появляться в виде дыма или тумана. Многие превращаются в различных животных. Чаще всего это коты, собаки, волки, крысы и – естественно – летучие мыши, однако в зависимости от того, где обитает нежить, она может возникать в любом виде, от гиен до коз. Другие типы выглядят, как относительно безобидные насекомые. Так, греческие вампиры часто предстают в облике ночных бабочек, а порождающие болезни адзе из Того выглядят, как светляки. Некоторая нежить появляется в облике даже не животных, а растений или предметов потребления. Самыми удивительными из всех кровососов, вероятно, можно считать вампиров-тыкв и вампиров-дынь, о которых рассказывают легенды с Балкан.

Лучше всех из нежити, несомненно, известны те, кого мы сегодня называем вампирами. В последние два столетия эти кровососы стали самыми любимыми и наиболее часто используемыми современной поп-культурой чудовищами. Граф Дракула, изначально придуманный ирландским писателем Брэмом Стокером, стал не только самым знаменитым вампиром, но и персонажем, фигурирующим в наибольшем количестве фильмов за все годы. Следует, однако, упомянуть, что в борьбе за данный титул участвуют также Тарзан, Шерлок Холмс, дьявол и сам Бог Отец. Кроме того, существует прямо-таки бесчисленное количество книг, театральных пьес, фильмов и компьютерных игр с вампирами, вдохновленных облаченным в плащ графом Стокера.

Но речь в этой книге пойдет не об обворожительном литературном вампире, который при бледном свете луны вонзает зубы в белые шеи прекрасных дев. Вместо этого мы присмотримся к призракам из народных поверий, вдохновившим писателей на создание трансильванского графа и его снабженных клыками последователей. А в мире народных поверий все выглядит несколько по-другому…

Обычно говорят, что в скандинавском фольклоре нет вампиров, но это справедливо лишь отчасти. Такую же роль, как вампиры в Центральной Европе, здесь играют злые духи, хотя они чаще всего душат своих жертв. В качестве скандинавского кровососа наиболее часто упоминается трагический мюлинг – призрак младенца, рожденного в тайне и затем убитого матерью. Во многих записанных легендах рассказывается о мюлингах, которые, разузнав, где находится мать, приходят к ней, припадают к ее груди и сосут, пока женщина не умирает. Утром ее находят мертвой, а из груди у нее течет кровь. Это значит, что мюлинг осуществил свою месть.

При создании образов вампиров в художественной литературе за основу берут духов, происходящих из Центральной Европы, прежде всего из Румынии, Венгрии, Греции и Германии, а также из славянских стран, таких как Польша, Украина и Сербия. Однако разница между румынским стригоем или мороем и скандинавским злым духом не так велика, как можно подумать. Главным образом она заключается в том, что последние во многих историях даже не пьют кровь, а причиняют вред каким-то иным образом.

Надо сказать, что все вампиры не являются нежитью в полном смысле слова. Согласно определению, вампир – это просто-напросто существо, жаждущее крови или жизненной силы живых. Следовательно, это с таким же успехом может быть относительно обычное насекомое или животное – комар, пиявка, клещ или несколько более экзотическая летучая мышь-вампир, – представляющее собой живого мертвеца. Существует также множество не относящихся к нежити сверхъестественных существ – любителей крови, таких как ведьмы, колдуны, демоны, природные духи или даже боги. Такой оборотень, как скандинавская мара, может считаться своего рода вампиром, поскольку она высасывает из спящих жертв жизненные силы. В контексте вампиров часто упоминается также волк-оборотень. Между ними существует непосредственная связь, хотя волков-оборотней обычно относят не к нежити, а к живым людям или колдунам, способным превращаться в волков. Греческое слово для вампира – «вриколакас» – восходит к славянскому «върколак», что означает именно волк-оборотень. Если добавить к этому, что многие вампиры способны превращаться в волков, становится очевидным, что эти два существа теснейшим образом связаны и временами сливаются воедино. Кроме того, совершенно обычные люди могут при определенных обстоятельствах действовать как своего рода вампиры. Например, в Исландии старались не позволять младенцам и пожилым людям спать в одной комнате, поскольку боялись, что старик ночью непроизвольно похитит у ребенка жизненную энергию.

По всему миру бытует древнее представление, что жизненная сила находится в крови. Поэтому пить кровь означает пить жизнь, вследствие чего кровь часто рассматривали как лечебное средство против болезней. В Швеции, как ни удивительно, особенно действенной считалась кровь казненных, убитых или самоубийц. Поэтому при публичном обезглавливании обычно выставляли стражу с острыми кольями, чтобы держать народные массы на должном расстоянии. Это так называемое «остроконечное оцепление» не давало народу подбегать и с помощью кувшинов, носовых платков, ложек и прочего имевшегося под рукой собирать кровь, чтобы использовать ее для всевозможных домашних врачеваний. Говорят, что римляне пили теплую кровь для излечения от «падучей болезни» – эпилепсии, а египетские фараоны лечились от различных болезней купанием в человеческой крови. Можно упомянуть также знаменитую венгерскую графиню Елизавету Батори (1560–1614), которая замучила и лишила жизни более 600 девушек, чтобы, купаясь в их крови, сохранять молодость. Поскольку кровь – это жизнь, нет ничего странного в том, что ее так вожделеет нежить. Кровавые жертвы часто используются в некромантии – искусстве общения с душами умерших. Классический пример имеется в «Одиссее», где Одиссей во время посещения царства мертвых готовит кровавую жертву, чтобы получить возможность беседовать с находящимися там душами.

Слово «вампир» столь же таинственно, как существо, которое оно обозначает, и появилось в нашем языке относительно поздно. О его происхождении существует множество теорий, но чаще всего склоняются к тому, что данный термин является искаженным вариантом славянского слова «упырь», которое, в свою очередь, восходит к турецкому «убер» (ведьма). Из французских и немецких текстов начала XVIII века слово «вампир» – vampir/vampyr/vampire (написание немного отличается от языка к языку), в дальнейшем распространилось в остальную часть Западной Европы.

В данной книге наименования распределяются следующим образом: «призрак» и «дух мертвеца» – мятущиеся души мертвецов в целом; «привидение» или «фантом» – духи мертвецов, не имеющие конкретной формы; «злой дух» или «нежить» – обладающие телесной субстанцией, чаще всего злобные, духи мертвецов. О последних, главным образом, и повествует книга. Слово «вампир» используется только для существ, которые высасывают кровь или жизненные силы. Правда, термины сливаются, и иногда почти невозможно провести между ними четкую границу.